Бабушка: я вам подарок дарю, но пусть он у меня постоит

-Выбирайте! — сказала Тамара Макаровна, распахнув шкафы, — тут всего полно.

Дело было 30 лет тому назад, мы с ее сыном Олегом только что поженились: на дворе 90-е, с работой туго, с деньгами еще туже, хорошо я успела в последний вагон запрыгнуть — уехала работать еще по старому доброму распределению и от работы получила малосемейку. 

Люди постарше помнят, что это тогда значило. Моя будущая свекровь сидела на распределении дефицитов. Мои же родители жили, как все, то есть выживали. Как все. И я бы никогда не подумала, что семья Олега такая состоятельная: он одевался скромно, жил в общаге. 

-Надо хоть какую-то мебель купить, — сказал Олег, когда мы посчитали скромные дары родственников и друзей, которые мы собрали на нашей свадьбе.

С мебелью, как впрочем и со всем остальным, был напряг. Старенькая кровать, доставшаяся мне вместе с комнатой, стол, стул, тумбочка. Но и одеты мы были не ах.

-Тебе нужны ботинки, — сказала я, — так что давай поедем в Москву. Тут их не купить. 

-Мама звала в эти выходные, — сказал Олег, — помочь надо. А уж в следующие выходные поедем.

Муж поделился с мамой планами, тогда-то она и распахнула свои сказочные сокровищницы. Ботинки нужного размера. На весну, осень, зиму. Коробками. Новенькие, нахватанные «по случаю» и «про запас». 

-Примеряй, — сказала сыну Тамара Макаровна, — я все их твоего размера брала.

Олег стал мерить. Отложил то, что понравилось, по одной паре. Мама зашла, выбор похвалила и… молча убрала заветные коробки туда же, где они стояли. И когда мы собрались уезжать, старательно делала вид, что ничего не обещала, ничего не предлагала выбирать. Мне было дико, а муж махнул рукой и посоветовал не обращать внимания.

Это потом уже я поняла натуру своей свекрови. А тогда мужа мы на последние деньги обули. Рассказывать про все трудности нашей жизни в те годы не буду. Почти всем было так же трудно. Вот просто несколько зарисовок из общения с Тамарой Макаровной.

-Людочка, — умильно и ласково говорит Тамара Макаровна, — тебе сегодня 30 исполнилось? Я хочу тебе подарок сделать.

Мне исполнилось 30. У меня сыну было 3 годика. Но мама мужа редко называла меня так ласково. Все больше официально — Людмила Сергеевна. Этим она подчеркивала свою интеллигентность и то, что выбор сына ей не нравился категорически.

-Смотри, какое чудо! — продолжала мама мужа, доставая невиданное для нас в те годы богатство — нарядный комплект красивейшего постельного белья, — Бери, это мой подарок.

Подарок был мной принят с самыми теплыми благодарностями, положен в прихожке свекровиного дома, мы попили чай с тортом и засобирались: нам еще домой ехать на электричке.

Обуваюсь, муж сыну помогает одеться, а Тамара Макаровна, вышедшая нас проводить, молча берет подаренный мне комплект и уносит его обратно в дом. И слышно стук двери шкафа, откуда он был дарительницей извлечен и куда вернулся.

Дарю подарок тебе, но он пусть и дальше у меня лежит. Оригинально, правда?

-Я хочу поближе к вам перебраться, — сказала Тамара Макаровна 9 лет назад, — дом продаю, квартирку себе покупаю. Нет, не в вашем районе, там дорого. От вас только помощь в переезде.

Я была не в восторге от будущего проживания со свекровью в одном городе. Отношения между нами так и не сложились. Всегда, когда я могла, я избегала ездить к ней. Неприятно. Олегу она мать, моему Никите — бабушка, а мне она кто? Чужой была, чужой осталась. Но чувства мужа для меня дороги, он переживал за мать — возраст, она там одна.

-Да и до чертиков мне надоел ее участок, — признался муж, — каждые выходные звонит и требует то одно сделать, то другое. Проще будет, если уж она будет жить в квартире. 

Мы жили в ипотечной тогда еще двушке. Постепенно утряслось и с работой, и машину купили. Ботинки мужа, и постельное белье перестали быть проблемой и брешь в семейном бюджете уже не пробивали. Я даже согласилась помочь свекрови увязывать ее вещи.

-Вот, — собирая нажитое в коробки, — хвалилась свекровь, — я хорошо жила. Много добра, все есть.

-Мама, — сказал Олег, — все это барахло не поместится в твоей двушке, надо срочно избавляться от ненужного.

Тамара Макаровна с собой забирала не всю мебель: квартирка маленькая, не поместится. Часть мебели она продала. Но расставаться с вещами ей не хотелось.

-Поместится, — сказала мама мужа, — все хорошее, новое, выбрасывать жалко. Вот, например, сколько обуви. И тебе пригодится, и внуку, у него почти уже такой же размер.

Пред наши очи явились те самые коробки, среди которых когда-то «выбирал» обувь мой молодой муж. Добротные, но совершенно старомодные ботинки.

-Ха, раритет, — хмыкнул сын, — я такое носить в жизни не буду.

И муж не будет. Короче говоря, многочисленные коробки и мамины подарки сыну 20-ти летней давности, пришлось отнести на помойку. Поставили аккуратно, может «добрым людям» пригодится. 

А потом мы собирали все остальное: вот мой подарок — то самое постельное белье. Я, кстати, давно купила себе почти такое же. Вот набор серебряных ложечек, подаренных нам с мужем на годовщину свадьбы, вот новые книги, которые свекровь дарила своему единственному внуку.

-О, — увидел Никита книги, — а их я сразу в отдельную коробку положу, это же мой подарок, мы домой увезем.

Свекровь мялась-мялась, а потом переложила книги из отдельной коробки в свою собственную:

-Пусть так переедут, потом заберешь.

Потом так и не наступило до сей поры. Да и не нужно уже Никите ничего из того «потом». Подростковые энциклопедии он уже не читает, да и в ходу у нас уже давно книги электронные.

-Подарю тебе, но пусть у меня стоит? — смеялась моя мама, которой я все это рассказывала, — Плюшкин? Нет, не похоже. Вещи-то действительно хорошие. 

-Хорошие, — говорю, — многие хорошими были когда-то. Много лет тому назад.

И стоит теперь в квартире свекрови телевизор, подаренный внуку на окончание школы, сервиз столовый, который она преподнесла нам с мужем на серебряную свадьбу, часы, подаренные мамой мужа своей племяннице и многое другое.

-Наверное надо к бабушке с Катей сходить, — Никита собрался жениться и на днях официально нам с отцом об этом объявил.

Для нас решение сына новостью не было: возраст подходящий, с Катей они дружат уже 3 года. Теперь вот решили расписываться.

Тамара Макаровна в жизни внука особенно не участвовала никогда: ограничивались «протокольными» мероприятиями на ее день рождения, 8 марта и Новый год. Ей 77 лет, обслуживает себя сама, в магазин ходит за молоком и хлебом, с соседками на лавочке общается. 

-Олег ездит, реже — я, — отвечала я на вопросы, как складываются отношения у меня со свекровью, — если что-то надо, делаем. Лекарства покупаем, они же дорогие, продукты возим на месяц, нет, на ее деньги. Мы коммуналку на себя взяли, можем что-то просто так купить, но у меня как-то не лежит душа содержать ее по полному пансиону. Самим еще многое надо.

Гости у Тамары Макаровны — редкое явление. А кому приятно общаться? Но Никите с невестой съездить к бабушке и представить свою избранницу надо обязательно. Он — единственный внук.

-Ой, — улыбалась свекровь при виде внука и Кати, — наконец-то! Может еще правнуков дождусь. Как свадьбы не будет? На ипотеку деньги собираете? Как-то не по-людски. Зачем вам ипотека? После меня хорошая квартира вам достанется!

Ага, сидеть и ждать, не жениться, или жить с кем-то из родителей и бабушке названивать каждый день: а не скоро ли, бабуля, квартирка освободится? 

-Ну ладно, — «расщедрилась» Тамара Макаровна и позвала Катю к стенке с посудой, — вот, смотри, наборы мельхиоровых столовых приборов и сервизы чайные. Выбирай любые, по одному. Это мой вам с Никитушкой подарок!

-Любой не надо, — подал голос Никита, — вот этот — ты маме в прошлом году дарила, а этот, вроде бы тети Ани.

-Ну выбирайте из оставшихся, — бабушка явно разозлилась на внука за такое напоминание, — еще два в коробках на антресолях стоят.

Катя выбрала сама. Один сервиз, один набор ложек-вилок.

-Посидели немного, — рассказывал позже сын, — стали собираться. Смотрю, а бабушка начинает убирать «подарки».

-А зачем Вы убираете? — спросила Катя Тамару Макаровну, — Мы с собой сейчас заберем. Никита же на папиной машине.

-Да вам пока ставить некуда, — попробовала было остудить пыл молодежи Тамара Макаровна, — пусть у меня стоят, целее будут. Я же все для вас. Так будет удобнее.

-Нет, — сказала Катя, — заберем. Я родителям хочу похвастаться, какие нам подарки бабушка Никиты сделала!

Против такого приема Тамаре Макаровне возразить было нечего. Помялась на пороге, но пришлось расстаться с имуществом, подозреваю, что сердце свекрови слезЬми горькими в этот момент обливалось.

-Людмила Сергеевна! — позвонила мне свекровь через час, — Мне категорически не понравилась будущая невестка. Она Никите не пара совершенно!

-Да почему же? — спрашиваю.

-Жадная, алчная, меркантильная! — заявила любящая бабушка, — Я сервизы им показала. Так она вцепилась в подарки зубами! Говорю, пусть у меня постят, нет, отдайте. 

-А зачем, — спрашиваю, — у Вас им стоять, если Вы их подарили молодым? Забрала и правильно. А то выйдет, как с теми ботинками, которые сын посмотрел, порадовался, а через 20 лет на мусорку отнес.

Трубку свекровь бросила. Муж качает головой. Сын посмеивается. И не надо списывать на деменцию поведение моей свекрови — она всегда такой была. А Катя… молодец. Мне в свое время очень такой находчивости и решительности не хватало.

Уважаемые читатели, пробую поднимать статьи со дна сайта. У меня отпуск, публиковаться буду стараться.