Не говорила, что беременна вторым, знала, что ругаться будем

-Женя нормально живет, — отвечает на вопросы Антонина Ивановна, — муж, двое детей, работа. В этом году у нее младшая дочка в школу идет. Жаль только, что редко мы с мужем старшую дочку видим. Она даже обижается на нас.

-Все для Полины, когда она уже на ноги встанет и вас с отцом не будет дергать, — выговаривает родным по телефону Евгения на отказ мамы приехать и проводить в школу младшую внучку, — сколько можно? Ей уже 29 лет, а вы все ее поите и кормите!

-Женечка, — да не можем мы с отцом ехать сейчас, — извиняется перед дочерью Антонина Ивановна, — Полина хоть немного успеет поработать до родов.

-До каких родов? — повис в телефонной трубке вопрос Жени, — Она что, второго собралась рожать? С ума сойти, куда? Пусть не дурит, сначала проблемы свои пусть решат, а потом семью увеличивают.

Но «не дурить» сестре Жени уже поздно. Шестой месяц. И старшему ребенку едва исполнилось два с половиной.

У Антонины Ивановны с мужем две дочери. Жене 36 лет, живет с семьей в Омске. Младшая Полина тоже замужем, живет в Подмосковье, недалеко от родителей. Но с самого первого дня замужества родители «тянут» дочь. И не только ее одну.

-Квартиры нет, — возмущается Женя, — живут на съеме. Ребенка родили, а кто их всех кормит? Правильно, мама с папой. И ее, и зятя, и сына.

Муж Полины вскоре после ухода жены в декретный отпуск лишился работы. Искал, резюме рассылал, на случайные подработки ходил, но пока постоянного источника дохода у него так и нет.

Полина до декрета работала на непыльной работе и маленькой зарплате. Выходить из декрета ей и садиться в декрет мужу — не вариант. Все равно у него даже случайные заработки больше, чем ее официальная зарплата.

-Куда уж отложить, — вздыхает Антонина Ивановна, — они не тянут даже съемное жилье, коммуналку, бывает, задерживают на месяц-два. С чего им отдавать ее потом? Вот мы с отцом и подкидываем дочке деньжат.

-Может быть мы с вами поживем? — спросила Полина около полугода назад, — Все же экономия будет.

Но об этом не хочет и слышать отец Полины: он зятя терпеть не может. Деньги дает дочери и внуку, ну заодно и зятя кормит, но жить с ним в одном двухкомнатном пространстве не согласен.

-Мужа раздражает Полинкин Костя: спит до обеда, ходит по дому сонной мухой, — говорит Антонина Ивановна, — Вот и выходит, что денег им выкроить с наших пенсий и зарплаты мужа легче, чем пустить к себе. Злимся, но хотя бы не на глазах все…

Родители Полины уже 2 года не могут позволить себе слетать в Омск, к родственникам и старшей дочери: только отложат деньги, как видят, что у Полины нет сезонной одежды (она поправилась после родов) или младшая дочь сама идет: дайте денег, за свет (коммуналку, квартиру и прочее) за 3 месяца должны.

Брать деньги у Жени на дорогу — неудобно. Перед ней изворачиваются и придумывают: отца с работы не отпустили, мама спину потянула.

-Надеялись, — вспоминает Антонина Ивановна, — что Полина выйдет из декрета, хоть немного будет легче. А тут она сама месяц назад пришла.

-Мама, — обратилась к матери младшая дочь, — нам место в саду дадут только в ноябре, а я хочу на работу выйти, не посидишь с внуком? Денег совсем нет, Костя все никак постоянную работу с хорошим заработком не найдет. Я хотя бы пару-тройку месяцев поработаю. Нет, не на том месте, неофициально, в магазине рядышком. Мне предложили.

-А сама в кофту кутается, — говорит Антонина Ивановна, — а на улице жара под 30. Ну я подошла, откинула кофту, а там — живот!

Оказалось, что Полина беременна. Вторым. Почему не сказала родителям?

-Не хотела волновать, — говорит дочь, — 5 месяцев почти. Аборт делать поздно, да и я против абортов, и Костик против. Я так и знала, что вы будете ругаться, поэтому и не говорила. Ну так ты выручишь нас? Согласишься посидеть?

Антонина Ивановна так и села: что толку от того, что она сейчас выручит дочь и посидит с внуком, если через 4 месяца им с мужем предстоит тянуть на свое шее уже 4-х человек?

-Она думала, что само рассосется! — бушевал отец Полины, — Мы с тобой хотели к Женьке лететь, а тут опять получается, что не получается? Будем решать снова проблемы младшей дочери и зятя, который научился только детей делать?

-Что теперь сделаешь? Ребенок уже будет. Точка. Жаль, что к Жене не поехать, но может Полина хоть немного заработает, чтобы малышу на пеленки… — начала было Антонина.

-Сейчас заработает, а потом? Кто ее ораву будет тянуть потом? Мне 66 лет, долго я еще проработаю? — спросил муж Антонину, — Как хочешь, а я к Женьке поеду. И денег Полине больше не дам. Умеют детей рожать, пусть сами и кормят.

Антонина Ивановна с мужем спорить не стала: он главный добытчик. И дочку жалко, и внуков. И Женьку, которая после разговора с матерью позвонила сестре с вопросами: чем думала, зачем плодишься, не стыдно ли на пожилую мать вешать очередную обузу и когда вы с мужем начнете жить сами?

-Ну у тебя же двое детей! — ответила младшая сестра, — Я не звонила тебе с вопросами, чем ты думала, когда рожала! А мне вообще надо было детей не иметь, если у моего мужа нет жилья и с работой не складывается?

-Я своих двоих сама кормлю, — отрезала Женька, — а твоих кормить опять будут папа с мамой? Я заберу к себе родителей. Там продадут жилье, здесь купят. И живите как знаете! Все равно вы им не помощники, а только нахлебники!

Полина трубку бросила. Отец с ней разговаривать не хочет, мать прячет глаза: отец едет прощупать почву и как дальше сложится — неизвестно.

-А вдруг уедут? — опасается Полина, — И как тогда? Ведь даже «потом» в таком случае нам с Костей не светит квартира, так и проживем на съеме? Неужели мама сможет меня оставить в таком положении?