Достали мамы своей заботой

-Я хочу сбежать куда-нибудь на необитаемый остров, — прошептала одна из мамочек, месяце на 6-м, ожидающая своей очереди на плановый осмотр, — я 15 минут назад из дома ушал, так засыпали сообщениями.

И мама, и свекровь, и супруг. «А ты одела куртку или в плаще?», «Тебя должны без очереди пропустить», «Почему ты не съела творог, который я утром принесла? Ты не думаешь о моем будущем внуке». Достали….

Лера, как называла девушку ее соседка, находящаяся на приличном сроке, поведала, что живут с мужем они уже 3 года. Никогда к ним никто особенно и не лез в отношения. Жили себе и жили.

В гости к родителям чаще всего они с супругом ходили сами. Единственное, что волновало обеих мам, так это два с лишним года отсутствия намеков на интересное положение Леры.

-Каждый месяц, то одна, то обе интересовались, — говорит девушка, — а не пора ли уже пинетки вязать. Пришлось маме нагрубить, а она уж и донесла мой негатив до своей сватьи. Дружные они у меня, спелись. А когда тест показал 2 полоски, то жизни у меня никакой и не стало.

Лера жила на территории мужа, точнее в квартире, которая принадлежала свекрови по дарственной от кого-то из бездетных родственников.

И молодых супругов никогда не напрягало, что у мамы мужа есть от квартиры ключи. Она и не приходила никогда в их отсутствие, а перед приходом всегда звонила. Сначала по телефону, затем в дверь.

-Суббота была, — рассказывает Лера подруге, — я на втором месяце, раннее утро. Спим еще. Просыпаюсь от запаха с кухни. Оказалось, что мама мужа пришла чуть свет и полезный завтрак мне готовит. Кашу с орехами и фруктами. А заодно и вещи в стиралку загрузила.

-Ты должна быть ответственной, — сказала свекровь проснувшейся Лере, — в холодильнике я сделала ревизию. Теперь там только полезные продукты. Чипсы, орешки и сушеную рыбу я выбросила. Да, и сыну нечего это есть, раз тебе нельзя.

-Я возмутилась, — говорит Лера, — я не ела чипсы никогда, но знаешь, у беременных же бывает, специально на этот случай купили и рыбку, и соленые огурчики и орешки. Перебить утреннюю тошноту. А от запаха молочной каши мне стало плохо. Ни ложки в себя впихнуть не смогла. А дальше — больше.

Дальше обе мамы приходили в любое время, вместе и попеременно. Пока Лера была на работе, в мусорку ушла часть ее белья: вредно такое будущей мамочке носить. Косметика: эта химия проникает в кровь через кожу.

-Как сказать, чтобы от нас отстали и не приходили, квартира же ее, -рассказывает Лера, — хорошо, что муж взял это на себя, поменял замки и маме ключ не дал, под угрозой, если еще раз придет без нас или без предупреждения, то уйдем на съем. Но и ему теперь мозг промыли основательно. Одержимость какая-то. С животом разговаривает, кроме комедий ничего смотреть не разрешает, заставляет кутаться, на кошку косо стал посматривать.

-Радуйся, — говорит Лере ее приятельница, — такая забота. А моим всем чихать с высокой колокольни. На все. На то, что спина ноет и ноги отекают. Попросишь вечером мужа за чем-то вкусненьким сходить — не придумывай. Ты не больная, а всего лишь беременная, что это я должен твои капризы выполнять. Про свекровь вообще молчу, месяц назад на даче картошку выбирала. Не то чтобы наравне со всеми, ведра не таскала, но все с присказкой: «Подумаешь, бабки в поле работали до самых родов И ничего. Работай, тебе полезно». И по дому никакого облегчения. И с животом никто не разговаривает, даже вещи детские сама выбрать не могу: от золовкиной дочери остались, пропасть всего. А нам УЗИ сына показало.

-Ну не скажи, — говорит Лера, -твой случай — другая крайность. А у меня теперь две потенциальных «Яжебабушки» ждут с нетерпением появления внука на свет. Боюсь, что самое трудное меня еще только впереди ждет. Замучают советами, избалуют, будут вмешиваться во все. Вот как с ними бороться?