Для всех брат добрый, кроме родной сестры

-Вот так и живем, — жалуется соседка моих родителей Анастасия Григорьевна, — сын мотается на работу вахтами, семью не видит совсем, а получает за это копейки.

Про дочь вообще молчу, с мужем разошлась, двоих детей на ноги одна поднимает, с работы сократили. На одну мою зарплату выживаем. И ведь самое обидное — брат родной высоко сидит, в начальниках. Одним мановением пальца мог бы все проблемы решить. А он нас знать не желает. Загордился.

Если бы эту историю слушал кто-то другой, то наверняка осудил бы заносчитвого брата-чиновника. Как же так, не помочь ближайшим родственникам? Но я-то их семейную историю еще помню.

20 лет тому назад.

Мама Анастасии И Юрия болела давно и давно было понятно, что надежды нет. Насте тогда было 30 лет и она была замужем давно и прочно. Жили на территории мужа со свекровью и двумя детьми.

А Юрка женился за полгода до этого. Жили тоже на территории жены, в наследственной однушке супруги.

-Домина-то какой у нас остается, — жалела их мать, — продавать и делить деньги меж собой вам придется. Вот бы кто из вас его себе оставил, а другому долю за наследство выплатил?

У Насти денег не было тогда, она, если честно, и продала бы наследственный родительский дом, уж очень ей с мужем машину иметь хотелось. А Юра задумался.

Дома посоветовался с молодой женой.

-Да что думать, — сказала супруга, — продадим мою квартиру, выплатим твой сестре деньги и будем в доме жить, нам все равно надо будет и детей рожать, и расширять жилплощадь.

Даже мама знала, что Юра будет жить на родительском месте, а Настя получит деньги.

Затягивать с этим делом не стали, тем более, что на квартиру Юркиной жены сразу нашелся выгодый покупатель. Сами с женой в дом к маме и перешли, вещи перевезли.

Деньги отдали Насте при матери, а на следующий день договорились с нотариусом, чтобы на дом приехал и все оформил. Только до следующего дня матери не стало.

После поминок Настя купила вожделенную машину, заверяя брата, что все остается в силе и она вступать в наследство не будет, а на счет расписки о полученных сестрой деньгах Юра по молодости лет не задумался.

-Заявление о вступлении в наследство Вашей сестрой давно подано, — огорошила нотариус брата, — так что двое наследников законных.

Юра кинулся к сестре, а она губы поджала и говорит:

-Машину мой супруг расколошматил, живу я с ним плохо, вот-вот разведемся, а мне с детьми жить негде будет. Так что, извини, братец, у меня планы поменялись.

Дом был продан, деньги поделены, Юра с женой сначала мыкались по съемным углам, потом купили снова однушку на имя жены, а Юра зубы сжал, да в работу вгрызся. И квартиру потом нажил, и в люди выбился.

Настя с мужем не развелась, полученные от наследства деньги вгрохали в ремонт, новый автомобиль и покупку мебели. Брат с ней общаться отказался.

Чувствовала ли сестра угрызения совести? Не знаю, на все упреки, что она очень непорядочно поступила с родным братом, женщина отвечала:

-На рынке два дурака: продавец и покупатель, умнее братцу надо было быть. А что я сделаю? Мне тоже свою выгоду соблюдать надо. Он мужик. Он еще наживет.

Юра нажил, а у Насти с годами все как-то разладилось, муж допился до цирроза, у детей ни кола, ни двора, ни судьбы счастливой.

-И ведь для всех он добрый, — говорит Анастасия Георгиевна теперь, — и детей одноклассников своих устраивает, и седьмой воде на киселе на лечение ребенка денег дал, только от сестры родной нос воротит. Ему чужие люди роднее и ближе меня, для них он добрый, для них старается. Что я ему плохого сделала?

А действительно, что плохого?