Свекровь «профукала» две квартиры: личную жизнь устраивала

-У нас есть еще одна квартира, — говорил тогда еще мой жених, а позже законный муж Максим в день, когда мы подавали заявление в ЗАГСе,

— от моей бабушки осталась, двухкомнатная, мама всегда говорила, что когда я женюсь, то пойду с семьей жить туда.

Это здорово, когда к взаимному светлому чувству прилагается бонус в виде отсутствия жилищных проблем с самого начала семейной жизни. Но оказалось, что бабушкину квартиру к своему не менее светлому чувству примеряла и моя будущая свекровь.

-Мама, — весело сообщил Максим, когда мы вошли к ним домой, — мы с Таней заявление подали.

Таня, как понимаете, это я. Мама Максима вышла из ванной и расплылась в улыбке.

-Ну наконец-то, — сказала она, — я уже думала, что не дождусь этого радостного дня. Ну раз сын будет в хороших руках, то я спокойно смогу и свою личную жизнь устроить, завтра и я стану официальной невестой.

Максим такого поворота не ожидал. Хотя в принципе, что такого? Свекрови было 44 года, давно в разводе, женщина моложавая, за собой следила, симпатичная. Почему она должна была ставить крест на своей личной жизни?

-А где вы жить будете после свадьбы, — осведомилась Светлана Игоревна.

-Как где? — ответил Макс вопросом на вопрос, — в квартире бабушки.

-Ээээ нет, — сказала свекровь помешивая сахар в чашке с чаем, — у меня немного изменились планы. Квартиру бабушки я намерена продать, у меня у жениха бизнес, будем развивать, а чтобы развивать, надо вкладывать.

Максим с мамой основательно поругался. В свете новых подробностей и я свое мнение изменила. Жених был моложе Светланы Игоревны на 11 лет. И бизнеса у него никакого не было. Бизнес он думал начать с помощью жены, а точнее ее квартиры.

Убеждать влюбленную женщину в том, что она добровольно отдает собственность в сомнительные руки возможного альфонса, было предприятием тухлым.

Муж с мамой разругался, на нашей скромной свадьбе она не присутствовала. А я была приезжей, так что жить нам предстояло пока в съемной комнате.

-Квартиру не осилим, — мрачно сказал Максим, — ведь надо еще деньги откладывать на что-то свое, пусть и в кредит.

На маму у мужа была громадная обида. И я его понимала. Мы жили, работая каждый на двух работах, через два года только смогли взять ипотеку, все это время моим самым большим страхом была внеплановая беременность, которую пришлось бы прервать, иначе мы бы не справились с ипотечными выплатами.

А Светлана Игоревна продала бабушкину квартиру, купила мужу автомобиль, арендовала для него какой-то полуподвальчик и они начали заниматься бизнесом, то есть торговать продуктами.

Беда была в том, что рядом с их полуподвальчиком располагались 3 сетевых продуктовых магазина, цены там были дешевле, а у свекрови с мужем дело явно не шло.

Через три года после нашей свадьбы у нас была ипотечная квартира и тест с двумя полосками. Я ревела, Максим пытался меня успокаивать. Но прерывать беременность не пришлось.

Отец, с которым моя мама давно развелась унаследовал от родителей дом в Подмосковье. Жить там папа не собирался, он его продал, а деньги поделил между своим сыном от второго брака и мной.

Ипотеку мы не закрыли, но платеж удалось существенно снизить. Муж сказал, что он справится, а я стала готовиться к родам.

Вот через полгода после рождения дочери и возникла Светлана Игоревна на нашем пороге. Без мужа, в слезах и с долгами. Куда делся ее обожаемый муженек? Оформил развод, свекровь взяла кредит, а он просто исчез в тумане. Оставив маму мужа без квартиры, магазина, машины и прочего, зато с долгом.

Максим маму просто послал.

-Ты ради мужа старалась, — сказал он матери, — ну и живи теперь, как хочешь. Мы по твоей милости ипотеку тащим, у нас ребенок маленький и отдавать долги твоего альфонса я не намерен.

-Ты не должен был даже раскатывать губу на квартиру бабушки, — заявила свекровь, — это было мое наследство, а не твое. А вот помочь родной матери — твоя святая обязанность. Я тебя растила.

Ну да, может сын и не имел права на квартиру бабушки, но свекровь он за язык не тянул, она сама ее сыну обещала. А на счет того, что родила-растила… Ну не Максим же просил о своем появлении на свет?

Я успокоилась. Мужа поддержала. Только через полода свекровь все равно нашла повод повесить на Максима свои проблемы.

-Маму избили, — сообщил муж, — в больнице лежит.

Оказалось, что муженек не только кредит оставил на Светлану Игоревну, но и еще долг перед авторитетными людьми. Его-то нет, а долг теперь требовали с матери мужа.

-Я квартиру продам, — сказала свекровь, когда мы пришли ее навестить, — поживу с вами какое-то время, потом может ипотеку возьму, может комнату в коммуналке…

Пострадавшей маме, которая теперь боялась, что в следующий раз ей сильнее достанется, муж не сумел отказать. Вот так свекровь, из-за светлого чувства прокакавшая две квартиры, оказалась у нас.

Сначала она вела себя тихо и мирно, а потом начала садиться мне на голову. Работать абы кем она не желала, на правах гостьи требовала ее обслуживать.

-Максим, — сказала я мужу, — мне это надоело. Пусть снимает жилье, ипотеку берет, хватит, я не хочу, чтобы она жила с нами.

Донести до мамы мужа эту мысль оказалось непросто. Она позвонила всем родственникам, своим и моим, которых знала.

-Ваша дочка выгоняет меня на улицу, — жаловалась Светлана Игоревна, ища сочувствия.

Только не дождалась. А отношения с сыном она испортила окончательно. Теперь снимает комнату. Я стала замечать, что мама мужа выпивает. Городок-то небольшой, все на виду.

-Пропадает мать-то твоя, — частенько упрекают Максима знакомые его мамы, смотри допьется…

А до чего допьется? Все, что могла, она промотала совершенно в трезвом уме. Так и живем, со свекровью не знаемся. А те, кто раньше нам сочувствовал, что мать сына на молодого мужа поменяла, теперь злословят: бросили ее на старости лет в коммуналке и без помощи.

Меня разговоры не волнуют. Вот только мысль гложет: допьется, денег снимать комнату не будет, куда свекровь придет? К нам?

Ведь рожала-воспитывала?