Енисейские сказания. Часть 1

Я долго думала, как опубликовать эти воспоминания, а потом решила: пусть будет так, с минимально редактурой. Авторским текстом. Почти.

***

В 1931 году в дом моего прадеда пришли активисты местной коммунистической ячейки.

Семья проживала тогда в крупной казачьей станице в Забайкалье, дед был директором местной гимназии. Имел большой дом в два этажа, лошадей, коров, овец и несколько работников: двух постоянных и несколько сезонных, нанимаемых с весны до начала зимы.

Павел Николаевич был гураном, так называли потомков русских и бурятов. Работали в семье все, в том числе он сам, жена и пятеро их детей.

В тот день прадеда застрелили прямо во дворе их дома, жену и детей вместе с остальными такими же «преступниками» загрузили на баржу.

В станице почти все жители носили одну фамилию. В семье другого зажиточного односельчанина, в батрачках, долго работала девчонка Таисья, которая в 16 лет связалась с сыном хозяина, вышла за него замуж и родила четверых детей одного за одним.

Когда и в их дом пришли активисты, Таисье Фоминичне, памятуя о её простом происхождении, предложили остаться, она отказалась и попала со своей семьёй на ту же баржу.

Так начался их персональный ад.

Баржа шла по Ангаре, причаливала к берегу, их выбрасывали на пустой берег. Ссыльные рыли землянки. Многие не выдерживали, ряды «пораженцев в правах», как тогда называли раскулаченных, стремительно редели, но самые сильные держались.

Только начинали обживаться, как весной вновь подходила баржа, оставшихся живыми людей грузили и везли дальше. Повторялось это 5 раз. Таисья Фоминична, бывшая батрачка, потеряла одного за одним всех своих четверых малышей.

Последний раз их выбросили уже в маленькой деревушке на левом берегу Енисея и оставили в покое.

Обжились, наш человек много может. Некоторые даже обзавелись коровами и огородами, начали рубить избы: кругом тайга бескрайняя, у мужиков руки по работе стосковались.

Муж Таисьи работать не любил, всё в учётчики лез и получалось, надо сказать. Красив был, языкаст, бабы липли, ушёл от Таисьи, женщины, что фактически добровольно пошла за ним в ссылку.

Через пару лет и встретились они, мои дед и бабушка: Таисья Фоминична и Михаил Павлович — второй сын убитого Павла Николаевича, был он на два года младше бабули.

Фамилия у них была одинаковая, расписываться не стали, но в церкви ухитрились повенчаться. До начала войны родились у них дочь (моя мама) и сын.

К.Н.