Свёкры запретили прервать беременность и надеялись, что дочь полюбит этого ребёнка

-Сказала, что вообще не понимает, как я могу общаться с этой падшей женщиной, — разводит руками Олеся, — дескать, если я понимаю ее поступки, значит, я такая же, как и она.

Олеся 2 года замужем за Максимом, у них растет 4-хх месячная дочь. Семья живет отдельно от родителей мужа и до недавнего времени отношения со свекрами у женщины складывались вполне хорошо. Все расстроилось из-за решения Олеси сделать крестной мамой малышки сестру своего мужа.

-Мы ровесницы, — говорит Олеся, — шапочно были с ней знакомы еще со школьных времен, до того, как у меня завязались отношения с ее старшим братом. Не дружили, но пересекались на разных школьных и городских мероприятиях, мило общались, а потом Нина из школы исчезла, я конечно слышала разные сплетни, но была далека от всего.

Когда Олеся познакомилась с будущим мужем, то его родная младшая сестра Нина уже была вычеркнута из жизни семьи: свекор о ней и слышать не хотел, свекровь всячески плевалась при упоминании дочери. Первой Олесю посвятила в семейную историю свекровь:

-Да кукушка она. Просто другого слова для собственной дочери найти не могу, шал…а.

-Я и подумать не могла, что младший брат мужа и не брат ему вовсе, а племянник, которого золовка родила, когда ей еще и 16 лет не исполнилось, — говорит Олеся, — мальчику 11 лет, я думала, что это младший сын свекров. Поздний ребенок, так же бывает.

Оказалось нет, Максим с неохотой, но все же рассказал тогда будущей жене историю появления у его родителей «позднего ребенка» по имени Илья.

-Нина родила. Мать заставила. А когда Илюхе было 2 года, уехала. Родители лишили ее прав, Илью усыновили, в общем, тема сестры у нас — табу. Мать ее за этот поступок не простит, об отце и говорить нечего. Мне каждый раз, когда о сестре речь заходит, кажется, что его сейчас инсульт шарахнет.

Долго Олеся думала, что Илья родился от случайной связи, что сестра мужа просто распущенная женщина, кукушка, а потом в разговоре с более сведущими подружками, она узнала, что все обстояло не совсем так, как рассказывают свекры.

-Нина совершенно не была распущенной, — говорит Олеся, — не гуляла, ноги не раздвигала перед первым встречным и поперечным. А Илью она рожать не хотела, мать заставила. Этот ребенок — результат изнасилования, но мать муж и в этом изнасиловании умудрилась обвинить свою дочь.

-Я тебе сколько раз говорила, чтобы ты не красила глаза, не провоцировала мужиков! — кричала мать на Нину, которая с обычного дня рождения приятельницы вернулась избитая и в порванной одежде, — допрыгалась? Небось, сама хвостом крутила!

-В общем, у родителей мужа так: самка не захочет, самец «не вскочит». Самадуравиновата. Тем не менее заявление о произошедшем они подали, насильники даже получили несколько лет, мало, правда, так как они тоже были несовершеннолетними, а свою дочь свекровь заставила рожать. Зачем? Ну такая у нее установка была: дочь накосячила, пусть расплачивается.

-А ты как думала, — кричала на Нину мать, когда узнала о беременности, — порхать будешь бабочкой и дальше? Никаких абортов, слышишь! Допрыгалась? Будешь рожать и воспитывать, глядишь, прибавится ума. И потом, аборт — это в случае с первой беременностью очень опасно. Раз сделаешь, больше вообще не родишь.

Нина просила, умоляла, но мать была непреклонна: родишь как миленькая, или ты мне не дочь, пойдешь после аборта в публичный дом, я тебя кормить и поить отказываюсь.

-Свекор с женой был категорически согласен, — говорит Олеся, — а моего мужа не было, он в армии служил, ему даже не сообщали. Вернулся, а тут бац — у сестры ребенок.

Нина родила мальчика. Как она сама признается теперь, носила она ребенка с ненавистью, ничего не почувствовала и тогда, когда увидела «розовые пяточки». Материнский инстинкт к ребенку, которого не хотела и который являлся живым напоминанием о пережитом ужасе, так и не проснулся.

-Кормила, мыла, успокаивала, делала все, что нужно, — говорит Нина, — на автомате. Но вот ничего не чувствовала. Я хотела учиться. И не хотела этого ребенка. Тем более, что еще и мама постоянно подливала маслица в огонь: «А как ты хотела? Родила — воспитывай».

Терпение Нины закончилось через неделю после ее 18-ти летия, собрала вещи в сумку, взяла паспорт, несколько тысяч рублей заняла у подруги и ушла из дома, когда ее сын и мать прилегли отдохнуть после обеда. По телефону потом ответила матери, что не вернется, что ей не нужен этот ребенок.

-Вы хотели, нет, вы приказали, чтобы я родила. Я родила. Но матерью Илье я быть по-прежнему не хочу. Делайте, что хотите, я не вернусь.

Нина уехала в большой город, окончила с грехом пополам вечернюю школу, устроилась на работу, даже сожительствовала с мужчиной, но в брак вступать и рожать ему ребенка отказалась. Она и сейчас высылает родителям четверть своего заработка, но о сыне не спрашивает.

-Илья называет мамой и отцом бабушку и деда, — говорит Олеся, — хотя знает, что его родила Нина. Но для племянника мужа Нина тоже на букву «ш». Мой муж? Он с сестрой общается. Он даже ей помогал, когда она ушла из дома. Правда, свекровь, узнав об этом, несколько лет не разговаривала со старшим сыном. Только незадолго до нашего знакомства они как-то наладили отношения и тут я.

Родители Максима долго были не в курсе того, что их блудная дочь общается с семьей брата, поэтому решение Олеси позвать в крестные их дочери Нину, было для них ударом.

-Как так? Какая она крестная? Она своего ребенка бросила. Я ее знать не хочу, и тебя знать не стану, если ты настаиваешь на кандидатуре этой потаскухи! — завила Олесе свекровь, — Нашла подругу и родню! Посмотри на Илью, это надо, такой хороший мальчик, а мать его бросила, понимаешь, бросила! Если бы не мы, он бы в детдом пошел.

-Если бы не вы, — отважилась сказать Олеся маме мужа, — Ильи бы просто не было, Нина, возможно, была бы счастливой женой и матерью, а не женщиной со сломанной судьбой. Вы не хотите ее знать? Ваше право. Но и у меня, и у моего мужа есть права общаться с ней, нравится Вам или нет.

-Да что ж такое-то, — сказал отец Максима на слова невестки, — дочь потаскуха и сын жену нашел не лучше!

-В общем, с родителями мужа мы не общаемся, муж не простил им оскорбления меня, они нам не прощают общения с Ниной. Крестины? Состоятся непременно. У моей дочери будет крестная, это будет Нина. Не будет бабушки и деда со стороны отца? Ну что ж, значит, не будет.

Что думаете? История рассказана анонимно