«С первым ребёнком муж вёл себя совсем иначе, а сейчас ему оба не нужны», — жалуется невестка

-Постоянные обиды у нее на мужа, а выговаривает мне, — вздыхает Нина Яковлевна, — да все, как обычно: не помогает, ночью к ребенку не встает, вечером не бросается освободить жену, в выходные то же самое.

-Ну это неправильно как-то, — говорит Нине Яковлевне приятельница, — да, невестка в декрете сидит, но это не значит, что папа не должен помощь оказывать. Рожали-то вместе.

-И я не считаю, что женщина в декрете обязана одна все тянуть, это же никаких сил не хватит. И с сыном много раз пыталась поговорить, но помогает мало. А сама я что? Я на работе, как и сватья. Только и можем, что жалобы Наташи выслушать. И выслушиваем.

Сын Нины Яковлевны женат уже 6-й год, семья живет в отдельной квартире, купленной при помощи обоих родителей. Отношения с родственниками поддерживают хорошие, уважительные, никто никого не гнобит, нормальная здоровая атмосфера. Проблемы сейчас внутри самой пары. У Наташи к мужу просто тонна претензий.

-Я весь день кручусь одна, — говорит невестка, — к вечеру устаю так, что просто падаю. Если и прошу мужа о помощи, чтобы, например, спокойно в душ сходить, то получаю: «Щас. Ну дай мне отдышаться что ли? Не могла выкроить время в течение дня, ведь все дети спят, в конце концов? А ужина снова нет? Макароны варить с сосисками?»

Наташа сейчас действительно ничего не успевает, а муж не только не встает к ребенку по ночам, не делает ничего по дому, но и недовольство выражает по поводу того, что нет ужина, не поглажена рубашка, песок в прихожей и так далее. А ведь у жены на руках 4-х месячный младенец! Да еще и старшему всего год и семь месяцев.

-С первым ребенком муж совсем другим был, — вспоминает Наташа с обидой, — по ночам вскакивал вместе со мной, вечером, когда с работы приходил, то сразу отбирал у меня сына, качал, играл, был доволен как слон, когда сын первое слово сказал и это слово было «папа». А сейчас помочь не допросишься. Он устал, он же работает. Можно подумать, что я отдыхаю!

Младший ребенок у пары — тоже мальчик. Родился он внепланово, с такой маленькой разницей в возрасте супруги не хотели становиться родителями снова. Но случилось то, что случилось. Грудное вскармливание, неосторожность и — нате. О беременности Наташа догадалась по внезапной утренней тошноте, тест и визит к доктору подтвердили — беременность.

-Я считаю, что не надо было этого ребенка рожать, — говорит Нина Яковлевна, — сватья. Мать невестки, такого же мнения. Ну куда погодков? Это же ад. И сын мой не хотел появления на свет так скоро второго наследника. Квартира у них однокомнатная, представь себе, каково? Даже элементарно отдохнуть — никак. Ни взрослым, ни детям. Старший заснет, так малыш плачет, будет его. Потом наоборот. Устал мужик, перегорел.

-А его мнение Наташа учитывала, когда решала сохранять вторую беременность? — интересуется подруга.

-Конечно не учитывала, — говорит свекровь Наташи, — сын сразу сказал, что второй ребенок сейчас будет адом, что надо подумать, что лучше потом, через несколько лет, когда они купят двухкомнатную, когда немного подрастет старший сын.

-Но он же не сказал мне категорично, чтобы я шла на аборт! — говорит Наташа, — Я спросила, что будем делать. Он ответил, что я должна решить сама. Я решила, что будет ребенок, объявила об этом мужу, он кивнул, значит, согласился. А теперь он решил меня наказать за неправильное решение? Можно было бы тогда уж быть честным до конца и сказать, так, мол, и так: родишь, рассчитывай на себя, я не буду помогать, так что иди и делай аборт.

-То есть, то, что муж ее прямо на аборт не погнал, что головой кивнул, когда она сказала, что приняла решение рожать, твоя невестка расценила как желание мужа иметь второго ребенка? — усмехается подруга, — Ну ведь он намекнул, что не время, что Наташа должна решить. Он же не скакал от радости на одной ножке с криками: «Ура, забеременели, будем рожать!»

-Не скакал, — говорит Нина Яковлевна, — несколько недель пытался с женой поговорить, что она с одним младенцем зашивается, что нет помогающих бабушек, что нет условий, что квартира маленькая, а двое детей — это расходы, умноженные на два. Но та делала вид, что не понимает, о чем речь идет.

-Дура, — высказалась мама Наташи, — ты просто не представляешь, что такое погодки. И квартира однокомнатная еще много лет останется однокомнатной, потому что у вас будет двое маленьких детей, вечные больничные, большие расходы и лишь один полноценный работник. Ну ты же видишь, что нет у зятя никакого энтузиазма по поводу еще одного ребенка, а тебе зачем? Сын есть, радуйся, беги к врачу, пока не поздно.

Наташа к врачу не побежала, тихой сапой, игнорируя все советы и намеки оставила беременность. А потом резко обиделась: муж уже не прикладывает к ее животу ухо, не умиляется толчкам ребенка, не проявляет интереса к полу будущего малыша.

-Не так отреагировал на ее звонок о том, что она родила, не так встретил из роддома, не бросается помогать ни со старшим, ни с младшим, — перечисляет Нина Яковлевна, — ночью не встает, купил диванчик на кухню, так как Наташа не высыпается и частенько берет к себе в кровать младшего сына. В общем, как-то все совсем грустно.

-Он отец, — стонет Наташа, жалуясь маме мужа, — он обязан ухаживать за детьми так же, как и я. Никаких чувств, никаких эмоций. Даже к старшему ребенку как-то остыл. Тот к нему льнет, но папа старается побыстрее переключить его на меня. А я и так занята малышом. Так же нельзя. Он же совсем иначе себя вел, когда я первого родила. И потом, что значит, он второго ребенка не хотел? Я одна что ли его «сделала»?

Что скажете?