Тёща зятю: «У себя будешь носом крутить и вилкой ковырять, а тут ешь, что дали»

-Есть у него своя квартира, проблема в том, где эта самая квартира, — рассказывает Ольга Анатольевна, — попробовали они там жить, ну и поняли, что мало иметь жилье, работать надо где-то.

Дочь Ольги Анатольевны 4 года назад вышла замуж, муж был уроженцем городка в Архангельской области, они познакомились в годы учебы. Молодой человек заканчивал учебу, дочь женщины училась на 3 курсе. Два года жених «ждал», когда Ульяна получит диплом, снимал квартиру в часе езды на электричке от «нерезиновой», работал то там, то сям, не расстраиваясь по поводу «серой» схемы оформления.

-Он вообще не рассчитывал оставаться в столице, — говорит Ольга Анатольевна с некоторой язвительностью, — вот все стремятся зацепиться у нас, а мой зять гордый, дескать, зачем ему тут, когда у него там есть жилье, аж целая двухкомнатная квартира от бабушки. Да я не спорю, везде люди живут. Но кроме квадратных метров, надо еще где-то работать, чем-то зарабатывать, а с этим большие трудности. Дочь по специальности микробиолог, скажите мне, чем ей в Тмутаракани заниматься? Лаборанткой идти в СЭС или как там сейчас эти конторы называют? Или в школу биологию преподавать? Зять юрист, как говорится, их сейчас только отстреливать, но при желании для него любые варианты есть, везде. А о жене будущей он подумал?

-Ну в школе неплохо сейчас…

-Не смеши меня. В регионе, да еще и сразу после института? Я знаю, о чем говорю, Ульяну я переубедить не смогла, уехала, попробовала она в школе… Зарплата чуть больше коммуналки, которую ты платишь за свою квартиру. А квартплата тут даже меньше, чем там. В общем, слезы. Хорошо учителя начинают зарабатывать ближе к пенсии, да еще если из школы не вылезать сутками. Но за нагрузку тоже битвы и интриги. Ну да ладно, речь не об этом. Не получилось, так не получилось.

Через год и 2 месяца после того как Ульяна с мужем поженились и уехали в квартиру зятя на малую родину, они точно так же стремительно вернулись. Для зятя там тоже почему-то работы все не находилось, а дочь вынесла из своего опыта работы в школе самые жгучие воспоминания.

-Накопления у них были какие-то, а может быть сваты денег дали, не знаю. Сняли однокомнатную, дочь работу нашла довольно быстро, зять вроде бы тоже устроился, — продолжает Ольга Анатольевна, — у нас пожили пару недель. И за это время я насмотрелась на то, как и что ест муж моей дочери.

-Метет все, что не приколочено? — улыбается приятельница у которой двое взрослых сыновей, — Я уже молюсь, чтобы женились поскорее, устала на трех мужиков со сковородкой не расставаться.

-А вот и нет, — отвечает Ольга Анатольевна, — моего зятька не знаешь, чем и накормить. Сидит и в тарелке брезгливо вилкой ковыряет. Дочь, конечно, пыталась ему отдельно готовить и вообще к плите вставать и кашеварить на нас всех, но у нее работа заканчивалась позже моей и мужа. А у нас с супругом так заведено: я готовлю первое, завтракаем обычно бутербродами, а ужины на супруге.

Отец Ульяны готовить любит, блюда у него получаются сытными, вкусными. Нарезка, правда, мужская, одинаковой соломки от него не дождешься, ну так на вкус блюд их вид не влияет. Ольгу Анатольевну стряпня мужа устраивает, да и она особенно не заморачивается сервировкой, изысками как в ресторане. Культа еды в их доме нет и не было. Ульяну до замужества все устраивало. А вот ее муж сидел и, по выражению тещи, «чах над тарелкой».

-Мама, он такое не любит. Ой, папа, Руслан это не ест.

Но тогда родители Ульяны потерпели такое отношения только неделю. Хотя смотреть на зятя, уныло выбиравшего из салата лук и разламывавшего в тарелку с супом ломтики картошки на кусочки поменьше, было странно.

-Мужик он или не мужик, — наедине с Ольгой Анатольевной удивлялся отец Ульяны, — как полопаешь, так и потопаешь, как бабушка моя говорила. Работников раньше проверяли перед наемом едой: кто ест быстро и с хорошим аппетитом, того и брали, а этот сидит и перебирает.

-Проще вообще назвать то, что наш зять ест, — удивляется Ольга Анатольевна, — капусту не любит, макароны тоже, гречка — фу, субпродукты — отрава, рыба — нет, в ней кости, лук — упаси Боже. Ощущение, что он в графской семье вырос, не иначе.

-Наверное не кормили этим в детстве, вот и не ест многое, — предполагает подруга, — привычки нет.

-Я сватов ни разу в реальности не видела, дочь расспрашивала, что и как, — отрицательно качает головой Ольга Анатольевна, — семья там простая, родом из деревни, как и моя родня, и родня мужа. Ну где там ему деликатесы были? Тем более, что городок депрессивный, вряд ли там на питание большие деньги тратились. И в столице он не шиковал. То в общаге студенческой, то на квартире с нестабильной зарплатой. Но самое главное даже не в выборе блюд.

Уже потом, когда дочь с зятем съехали на квартиру, Ольга Анатольевна, бывая у дочки в гостях изумилась тому, как все у нее нарезано, как разложено на тарелках — сервировка ресторанная буквально, дочь корпит над каждой тарелкой, иначе ее Русланчик не ест.

-Винегрет резала, я чуть не упала — кусочки не больше 3-х миллиметров. Ну хочется Ульяне — ее дело. Мы с мужем дома посмеялись, что большому куску рот радуется, да и все. Но тут же они к нам жить пришли надолго, а со своим уставом, как говорится, в чужой монастырь не ходят…

Продавать свою квартиру зять в регионе не стал, сдавать ее в аренду тоже не получилось: нет там спроса на арендное жилье. Немного денег выделили молодой семье сваты, немного дали родители Ульяны, взяли молодые квартиру в строящемся доме. А потом случилось все одно к одному: у дочери тяжелая беременность, срок сдачи дома передвинули «на попозже», арендованную однушку хозяйка собралась срочно продавать.

-Мы пожалели дочь, — говорит Ольга Анатольевна, — куда ей волнения и переезды были, она и так из больничных не вылезала, за пару месяцев до родов переехала Уля с Русланом к нам. И снова первое время все было сносно, зять в тарелке ковырялся, но молча. И мы молчали. А потом, когда внук родился, зять наш начал «вякать».

-В каком смысле?

-Муж суп сварит, например, а Руслан возит ложкой, возит, а потом и выдает, что на четыре части порезанную картошку только свиньям дают. Нормально, да? Его пустили пожить, ему готовят, а он недоволен? Ну я и высказалась, что дома у себя он может вилкой ковырять, носом крутить, да ценные мысли свои высказывать, а тут — ешь, что дали и благодари.

Зять тогда из-за стола выскочил, упрекнули же. Ульяна обиделась, потом предложила, что готовить будет сама, на что Ольга Анатольевна твердо сказала, что готовить «сама» она будет в своей квартире и на своей кухне, а тут готовить будут так, как привыкли.

-Теперь зять принципиально дома не ест, — усмехается тёща, — квартиру вроде бы ищут. Месяц уже. С мужем дочери ни я, ни муж не разговариваем. Это он нас обидел, а не мы его. Да и в любом случае, не нравится — на выход. Не можешь выйти? Терпи.

Что думаете? На чьей стороне?