Муж страдает, что бывшая жена не даёт общаться с сыном, а на нашего общего внимания не обращает

-Не допросишься посидеть, а сам инициативы не проявляет никакой, словно и нет у него второго сына, — жалуется Марина, — зато постоянные стоны на тему: «Как я по Грише скучаю».

-Действительно обидно. А ведь так хотел, чтобы ты родила, просил…

-И хотел, и просил, — подтверждает Марина, — хотя я и не планировала рожать еще несколько лет, но уболтал, родила. И что теперь? Такое ощущение, что это только мой сын от первого брака, а у мужа в мыслях и словах только Гриша.

Марина замужем второй раз. Новый брак длится уже 4 года, сейчас ее ребенку год и 7 месяцев. В первом, еще студенческом браке, детей у нее не было. Да и сама «попытка номер раз» продлилась меньше года: страстная любовь очень молодых людей разбилась о быт.

-Мы были молодые, несамостоятельные, — вспоминает Марина, да и вообще, брак был сплошной авантюрой. Поэтому второй раз я замуж совершенно не торопилась.

Нынешний муж Марины старше нее на 5 лет, ему 37 и в прошлом мужчина тоже был женат, даже сын есть, Грише на настоящий момент 8 лет. Мальчик растет с бывшей женой супруга, в другом городе, отец его не видел 5 лет, с самого момента развода, хотя регулярно платит алименты и высылает дополнительные деньги на содержание ребенка.

-Познакомились мы с мужем тут, уже после того, как его первая семья развалилась, — продолжает Марина, — он уехал из родного городка, жил на квартире, работал.

Мужчина не делал тайны из того, что у него есть ребенок, Марина стала свидетелем всех страданий мужа по причине того, что бывшая препятствовала его встречам с ребенком. Тем не менее у них с самого начала возникла и «химия», и серьезные отношения с самыми серьезными намерениями. В результате 4 года назад расписались, стали жить.

-У меня квартира осталась от родителей, они, к сожалению, рано ушли. В этой квартире и живем. Ничего не скажу, муж заботливый, не отказывался делать ремонт в моей квартире, сказал, что раз он тут живет, пользуется всем, то и глупо считать деньги, потраченные на ремонт не принадлежащего ему жилья. И с самого начала заговаривал о ребенке, — вспоминает Марина, — даже обои выбирали в маленькую комнату под его мечты: «Вот сделаем из нее игрушку и родим, это будет детская».

-А почему там жена так возражает против встреч с ребенком?

-А просто так, мол, уехал, бросил семью, не мотай нервы, — пожимает рассказчица плечами, — насколько я поняла еще тогда, там жена истеричка, довольно стервозная особа. Муж говорил, что он долго терпел, во многом, из-за сына. А когда «терпелка» закончилась и он ушел, то бывшая решила мстить ему, манипулируя ребенком: «Бросил сына? Отлично, забудь как он и выглядит».

-Но деньги она же не стесняется брать? Почему же тогда муж не идет законным путем? Можно в опеку пойти, заявление подать в суд об определении порядка общения?

-Деньги она брать не стесняется, а подавать в суд муж не хочет. Что толку? Он живет за полторы тысячи километров от сына. Определит суд и дальше что? Ездить раз в год только получится. Если бы были нормальные отношения с его матерью, то мог бы привозить ребенка к нам хотя бы на каникулы, я бы не возражала, общались бы по телефону, по видеосвязи. А раз бывшая на дыбы встает, то и ни о звонках речи не идет, ни о каникулах с отцом. Но муж все надеется, что мальчик подрастет и они еще будут знать друг друга, — говорит Марина.

-Тем более не понятно, — считает подруга женщины, — такой чадолюбивый, сам просил тебя родить, на свет мальчик появился. Казалось бы, утешься, люби, расти, воспитывай, проводи время.

-И не говори, когда я из роддома ему звонила — плакал от счастья, на выписке встречал стоя на коленях, колечко дорогое подарил, а теперь смотри на ребенка, как на пустое место, — горюет Марина, — ни ночью встать, ни просто взять на руки, поиграть, провести время. Такое ощущение, что он не чувствует к ребенку ничего. Я обижаться устала.

Нет, муж зарабатывает деньги, посылая средства бывшей жене на Гришу, не скупится и на нужды Марины. Покупает второму ребенку игрушки, одежду, разные вкусные продукты, но не тянется к малышу совершенно. Если жена буквально сунет его отцу в руки — возьмет, посидит, но бдительно смотрит: освободилась Марина или нет, можно ли вернуть малыша матери?

-Беда в том, что Артемка прямо виснет на нем. Если не спит, а дверь входная хлопнет, то бежит встречать с криками «папа», это вообще было первое слово у ребенка. А папа погладит по головке и спокойно дальше пойдет, — расстроена Марина.

-А ты с ним пробовала говорить на эту тему? В чем вообще дело? По первому ребенку страдает, а второго не замечает в упор, хотя и плакал, как ты говоришь, и просил, и на коленях стоял?

-Пробовала, ничего не вышло из разговора, — вздыхает Марина.

-Артемка еще очень мал, — сказал муж, — вот подрастет и тогда, конечно, я буду проводить с сыном больше времени. А сейчас ему больше мама нужна.

-Отговорка какая-то, — уверена подруга. — его Гриша был чуть больше, когда он с первой женой расходился, ему всего 3 года было, когда папа, получается, видел его в последний раз, а страдает до сих пор?

Марина тоже считает, что это отговорка, у мужа масса фотографий в телефоне и ноутбуке, где он с первым сыном: и кормит младенца из бутылочки, и купает, и укладывает спать, и играет. И лицо у супруга на этих фото счастливое, а взгляд, обращенный на Гришу полон нежности, гордости и тепла.

-На нашего Артемку он ни разу такими глазами не посмотрел, — говорит она, — не ходил гордо гулять с коляской, не стремится его даже на руки брать: залезет сын на колени — пусть сидит, ладно. Слезет — какое облегчение. Вот смотрю на все это и думаю: зачем это мне? Что может измениться со временем?

-Ну да, — кивает подруга, соглашаясь, — только то, что Артем станет старше и будет замечать холодность отца. И страдать будет, пусть даже неосознанно: почему папа его не любит. Только психику малышу исковеркает.

-И я о том же, а если возобновит общение с подросшим Гришей — тем более, Артем будет все понимать и чувствовать себя обделенным. А не возобновит, так сейчас уже понятно, что дыру в сердце отца Артем не помог залатать. Вот и думаю, что будет честнее по отношению к моему сыну? Может уже развестись? Может, папа, лишившийся и второго ребенка, воспылает к нему чувствами?

Что скажете? Неужели развод — единственный выход из ситуации, чтобы оградить в будущем сына Марины от неприятных открытий, что для собственного отца он — пустое место, для мужчины существует только обожаемый, но далекий Гриша?