«У меня есть дети, их я и обязана обеспечивать», — отказалась помочь старшая сестра

Наталья Петровна расстроена: старшая дочь, в которую они с мужем в свое время вкладывались по полной программе, отказалась помогать младшей сестре, сказав, что у нее есть и свои дети.

-Так и заявила, что она младшей сестре ничего не должна и ей есть, кого ставить на ноги, о ком заботиться и в кого вкладываться, — расстроенно говорит пожилая женщина. — Я, грешным делом, думаю: хорошо, что муж не дожил до такого, ему бы было очень больно сейчас. И мне тоже очень больно.

-Да уж, — сочувствует подруга. — Кто же думал, что будет вот так? Если бы знали, попридержали вы свою помощь Ульяне, оставили что-то и на долю Анюты…

Наталья Петровна с мужем первую дочь родили в очень молодом возрасте, им было по 21 году. Дружили супруги со школы, на 4-м курсе института поженись, родилась Ульяна. Вместе супруги с нуля становились на ноги, вместе шагали к успеху. С ребенком первые годы помогала бабушка Натальи Петровны, а дальше сами.

Годы им достались трудные, но и полные возможностей. Наталья Петровна с мужем чуть ли не сразу после студенческой скамьи начали «мутить бизнес». Недоедали, недосыпали, каждую копейку вкладывали в дело, жили с бабушкой.

-Сначала торговали на рынке, сумки ворочали, потом палатку завели, — вспоминает Наталья Петровна. — Потом решили, что шмотки — это все ерунда, стали заниматься продуктами.

К сорока годам у Натальи Петровны с супругом были несколько торговых точек, кафе и при нем небольшая пекарня. Те годы женщина называет жирными. Умерла бабушка, Наталья вступила в наследство, потом жилье продали, приобрели квартиру в центре города и побольше. Затем еще одну трешку, выстроили загородный дом.

Ульяна, которая в ранние детские годы росла почти не видя родителей, не нуждалась уже ни в чем и росла принцессой: заграничные детские лагеря, моря и санатории, репетиторы, модная одежда, гаджеты и прочее. В институт ее родители отправили на платное отделение, потому что этот ВУЗ был очень престижным, с сумасшедшим конкурсом.

После окончания ВУЗа девушка получила в подарок новенькую машину, на нее же была переписана вторая родительская трешка. По специальности девушка работать не стала, решила заняться родительским кафе, через несколько лет бизнес тоже был переписан на наследницу.

И тут громом среди ясного неба прозвучало известие для Натальи Петровны: она беременна, в 46 лет, а рожать предстояло уже в 47. И делать что-то с неожиданной беременностью было уже поздно.

-Все сроки пропустила, — качает женщина головой. — Я же думала, что это уже возрастное, конец, так сказать, бабьего века. Пошла к врачу уже, когда шевеление плода почувствовала.

К счастью, беременность протекала нормально, женщину прокесарили и на свет появилась Анечка, здоровенькая девочка, вторая. Итого разница между сестрами — 26 лет. Естественно Ульяна не была близка с сестрой и к ее рождению отнеслась с недоумением: зачем матери с отцом вообще на старости лет все это понадобилось.

Вскоре после рождения младшей сестры Ульяна тоже вышла замуж, у нее появилась сначала дочь, потом сын. Сейчас расклад по возрасту такой: Ульяне 50 лет, Анне — 24. Детям Ульяны 20 и 14. А мужа Натальи Петровны уже 8 лет нет на свете.

-Онко. Болел долго, тяжело, — грустно вздыхает Наталья Петровна. — Что мы только не делали, куда только не ездили лечиться.

Родительский бизнес захирел еще в пору болезни мужа, так как Наталья Петровна просто не справлялась с делами. Потом торговые точки были проданы по очень дешевой цене. Для того, чтобы сделать операцию мужу за границей, продан был и загородный дом. Трехкомнатная в центре превратилась в двушку в спальном районе уже после смерти мужа. Часть денег была отдана старшей дочери, как наследство от отца.

-Счета и накопления растаяли, просто деньги утекли сквозь пальцы, как вода, — говорит Наталья Петровна. — А как я могла сказать мужу, что мы не попробуем вот это лечение, а потом это? Он же жить хотел…

Какое-то время после смерти супруга Наталья Петровна с младшей дочерью проживали остатки прежней роскоши. Теперь женщина ведет обычную жизнь пенсионерки. И, разумеется, Аня в детстве не имела и десятой доли того, что досталось Ульяне. Отец же лет 8 пытался сражаться с болезнью.

У Ульяны, напротив, дела идут просто отлично. Кафе, которое родители когда-то переписали на нее, женщина давно продала, деньги выгодно вложила уже совсем в другой бизнес, которым занимается муж, а сама все же воспользовалась престижным дипломом и сейчас работает финансовым директором крупного предприятия.

-Мы с нее денег не тянули, — вздыхает Наталья Петровна. — Да и не вытянешь особенно, Уля на мужа кивала, мол, все вложено, свободных средств нет. Ну да ладно, что теперь. Но я считаю, что все благополучие моей старшей дочери и зятя строится на том, что когда-то дочери дали мы с мужем. У Ульяны та самая трешка, еще две квартиры, которые просто стоят закрытые, раньше хотя бы сдавались, а сейчас — нет. Дом строят в престижном поселке за городом, машины у обоих и у старшей внучки.

Анна закончила институт на бюджете, устроилась работать и недавно она объявила матери, что собирается жить со своим молодым человеком. С пожилой мамой в двушке Анна жить не хочет, а снимать квартиру дорого, как говорит Наталья Петровна — это путь в никуда.

-И конечно я считаю, что сестре должна помочь Ульяна, — говорит Наталья Петровна. — Ведь то, что мы щедро дали ей, Анне было недоступно. У нас просто не было уже таких возможностей, отец серьезно болел. Но мы всего лишились в борьбе за его здоровье, а Ульяну не трогали. Сейчас старшая дочь, что называется, на коне. Дела у нее идут отлично. Я думаю, что ее моральный долг поддержать сестру.

Наталья Петровна приехала к Ульяне для серьезного разговора и предложила дочери дать сестре денег на первоначальный взнос. Или уступить, пусть и в ипотеку одну из своих квартир. Вычесть сумму первого взноса, а на остальное бы Анна взяла кредит в банке. В том, что для Ульяны это относительно небольшая помощь, Наталья Петровна не сомневалась, они с отцом, в свое время, дали Ульяне гораздо больше.

-А она усмехнулась так нехорошо и отказала, — разводит Наталья Петровна руками. — Сказала, что ожидала нечто подобное от меня, еще когда только узнала о том, что у нее будут сестра или брат.

-Вы с отцом думали, когда рожали ее? Если думали, то чем? Тебе было 47. Вы собирались жить вечно? Или изначально был расчет на то, что вашего позднего ребенка буду тащить я? Мама, если бы я вышла замуж так же рано, как ты, у меня были бы дети старше Анны. Ты рожала, а я буду сестре квартиру покупать? Ну и что, вы меня обеспечили. Это было ваше желание. Я — ваша дочь. Извини, мама, но у меня имеются свои дети, квартиры куплены для них. Вот их я обязана обеспечить, а сестру — нет. К тому же, все, что мы сейчас имеем, у нас с мужем общее. Давно уже загнулось бы то кафе и деньги пошли бы пшиком, как у тебя, если бы не мой муж. А кто Анна моему мужу, а?

Ульяна не считает себя обязанной. Да, ей родители дали, спасибо и свободны. Анне ничего не досталось? А разве Ульяна в этом виновата? Наталья Петровна возмущена и расстроена, Анна обижена и на мать, которая не подумала о ней, когда тратила все до копеечки на бесплодные попытки спасти отца. И на Ульяну есть обида: каталась всю жизнь как сыр в масле, загребла столько всего и отказывается поделиться хотя бы малостью.

Что думаете? Есть у мамы моральное право ждать помощи от старшей дочери для младшей? Или Ульяна права, у нее есть своя семья, проблемы сестры ее не касаются?