Бывший муж компенсирует все расходы, но контролирует даже личные траты

-Думаю, таким способом он ей банально мстит, — говорит Мария о ситуации своей золовки. — За то, что она посмела его, великолепного, бросить. А ей пока деваться некуда, хорошо еще жилье есть.

-А просто послать этого «царька» никак? Вот просто взять и послать, ишь, какой выискался, — возмущена подруга женщины.

-А как послать? А жить на что? В общем, Оксана сейчас в ступоре. Свекровь ей ничем помочь не может, и так разрешила в квартире пожить. У нее денег сейчас лишних вообще нет. Мы? Мы ипотечники с двумя детьми, у нас самих все в обрез. Собирает, пересылает, считает, пока только так, — говорит Мария.

Оксане, сестре мужа, 27 лет. 5 лет она была замужем, сейчас ее ребенку всего год и 4 месяца. Кроме Оксаны и мужа рассказчицы у свекрови есть еще младший сын. К сожалению, парень глубокий инвалид. 3 года назад свекровь уволилась с работы, так как умерла ее мама, которая сидела с младшим внуком. Одного его оставлять нельзя. В 19 лет у него умственное развитие как у 5-ти летнего.

-Не буйный, но он и двигается плохо, и соображает мало, — говорит Мария. — Когда бабушка мужа умерла, то квартиру ее свекровь сдала, все же деньги какие-никакие. На пенсию деверя не проживешь. А сейчас Оксана на голову свалилась. Вместе с матерью и братом они жить не могут, квартира двухкомнатная, тяжело. Свекровь арендаторов выставила, раз дочери с внуком деваться некуда.

Брак Оксаны начинался очень радужно: обеспеченный молодой человек, влюбленный до беспамятства, дарил цветы и подарки, даже помогал будущей теще, если требовалось куда-то отвезти младшего сына. Жить тоже начали хорошо, не ссорились, муж прилично зарабатывал.

-А потом Оксана забеременела, — разводит руками Мария. — Беременность была тяжелая, с регулярным постельным режимом, угрозой, больницами. И как-то муж золовки пошел не по той дорожке. Сначала пытался скрывать, а после родов вообще стало все плохо.

Муж Оксаны мог не прийти домой ночевать или явится под утро. На телефонные звонки жены отвечал довольно грубо или вовсе отключал телефон. Ясно стало, что мужчина погуливает. При этом, на все упреки и слезы жены, он отвечал:

-Ты живешь и как сыр в масле катаешься. Что тебя не устраивает? Телефон выключил? Я был с друзьями, а ты меня достала своими звонками. Хватит меня пытаться контролировать, достала.

-Ну ясно же, что был он не с друзьями, — уверенно говорит Мария. — И помада в бардачке машины чужая, и духами чужими от него несло за версту. При этом он говорил, что от жены не гуляет, что никогда не разведется, что семья и сын для него — святое.

-Ничего себе святое, — качает головой подруга Марии. — Такое святое, что ночевать можно не являться? Наглец.

Оксана мужа очень любила, долго терпела, долго не верила, что так называемые друзья носят юбки. Плакала, злилась, упрекала, просила. Все закончилось несколько недель назад. Оксана гуляла с коляской в соседнем дворе и застала мужа выходящим из чужого подъезда в обнимку с женщиной.

-При этом еще и на скандал нарвалась, муж накинулся на нее, что не фиг за ним следить, представляешь, какова была степень наглости? Ну Оксана развернулась и пошла домой вещи собирать. Две недели она у нас с сынишкой на кухне жила, а потом переехала в квартиру свекрови, — говорит Мария.

Золовка сразу же подала на алименты и на развод. Алименты назначили раньше. Беда в том, что тех алиментов — кот наплакал, львиная часть зарплаты мужа — в конверте. Подавать на алименты в твердой сумме? Жаловаться в налоговую? Но тогда он действительно наизнанку вывернется, но платить не будет. Или будет платить еще меньше.

-Он Оксану пытался вернуть, она не повелась, — продолжает Мария. — Потом сменил тактику, решил прикинуться благородным. Тебе, мол, свое жилье требуется, раз ты от меня все же ушла. В тещиной квартире ты жить не можешь, она тоже без денег. А он, дескать, не может спокойно жить, зная, что сын без денег. Ну и сказал, что будет платить ей добровольно и щедро, если она выполнит его условия.

Условиями почти уже бывшему мужа было тщательно фиксировать все расходы Оксаны. С чеками, с ежедневными отчетами. И не только на сына, но и на нее саму. От питания до прокладок.

-Я буду оплачивать все твои расходы. Все, понимаешь. Даже буду давать денег за съем жилья. По средней цене. Хочешь, помогай своей маме, хочешь — копи на свою квартиру. И не только сейчас, а пока ребенок не вырастет. Не такой уж я и плохой. Я обещал, что буду обеспечивать тебя деньгами, даже если ты от меня и ушла. Только мне нужны все твои траты.

-И она согласилась? Это же жесть! А ему это зачем надо? Проверять чего и сколько она купила? И какое его дело, чего и сколько она покупает для себя? — округляет подруга Марии глаза. — Это же тотальный контроль. Мне бы было неприятно, если бы бывший знал почем я себе трусы покупаю, когда и сколько. И прокладки, ну дичь же.

-Дичь, — кивает Мария. — Но Оксана согласилась. Деваться некуда. Часть денег от мужа она передает матери. Он действительно возмещает ей все, что она за неделю потратила. Если она идет на рынок и берет там овощи или фрукты без чека, то фоткает и отсылает ему товар, так сказать, в натуре. Это что, он еще и уточняющие вопросы задает: а эти таблетки кому и от чего. Она цистит словила, так он наверное википедию исследовал, чтобы узнать, что это не венерические дела.

-Мне от него внимания столько и в браке не перепадало, — грустно усмехается сама Оксана. — Не знаю, сколько я еще так выдержу. Но до 3-х лет край мне терпеть. Понимаешь, я маму без копейки оставить тоже не могу. Да, тотальный контроль, а что делать? Официально я бы получила меньше, даже с учетом того, что он обязан платить алименты и на меня. Про питание он вообще почти вопросов не задает, его интересуют больше промтовары. Да, контроль тотальный, а на пособие жить было бы лучше?

Мария не знает, как было бы лучше, Оксана хочет еще и сделать кое-какие накопления. А почти уже бывший муж все зовет ее с сыном назад, мол, ты ушла, но все равно я тебя содержу как жену, в курсе всех твоих дел, возвращайся и жизнь наладится, ну оступился, сделал глупость, но любить же я тебя не перестал.