«О помощи надо просить совершенно иначе», — считает старшая сестра

-Конечно же уже давно все оформлено, я же не дурочка, чтобы в таких делах на обещания полагаться, тем более в денежных делах родственников, — говорит Римма.

-Тогда я вообще не понимаю сути нынешних претензий и того, что мама ваша встала на сторону сестры? — пожимает плечами ее подруга.

-А суть, в общем-то, сводится к тому, что Олесе сейчас трудно и надо помочь. А нам легко, ага? — отвечает Римма на вопрос.

Ситуация в семье такая: Римма — старшая из двух сестер. Разница между сестрами 2 года, но Римма вышла замуж в 24 года, а ее сестра создала семью лишь 4 года назад. Сейчас Римме 36, сестре 34 и Олеся формально еще в декретном отпуске.

-У нас бабушка была по отцу, мама же не единственный ребенок, а папа был один, так что наследство досталось все только ему, ну а он уже оформлял на нас с сестрой пополам, — продолжает Римма свою историю. — Квартира двухкомнатная, вполне себе нормальная, мне было 25 лет, я уже первого ребенка ждала, когда все происходило. Но я тогда уже понимала, что надо как-то делиться. Жить в коммуналке даже в молодости не сахар, тем более, когда у меня семья и ребенок, а у сестры пока вольготная вольная жизнь.

Свекровь тогда и предложила помощь: она даст немного денег, супруги возьмут кредит и долю у сестры Римма выкупит, конечно же с выделением доли мужу. Римма подумала и согласилась. И Олеся согласилась, правда, младшая сестра деньги свои решила вложить в какие-то акции и ценные бумаги, так как на тот момент продолжала жить с мамой и папой.

Кредит, семье Риммы дался непросто, Римма же вскоре родила сына, через три года еще одного, работал муж, но они справились. Теперь четвертая часть жилья принадлежит мужу. Римма в этом ничего страшного не видит: все равно пришлось бы решать вопрос с общим жильем, всю жизнь не проживешь в однушке.

Годы шли, не стало отца сестер, потом замуж засобиралась Олеся. И даже тогда она не стала покупать себе квартиру — жилье было у ее мужа. Римма с супругом за эти годы встали на ноги, купили машину, позади уже давно декрет, на работе у обоих есть определенные успехи, машину купили, на море мальчишек возят.

-А у Олеськи все с мужем не так радостно, — говорит Римма. — В принципе, до того как расписаться, года два сестра с будущим мужем просто жила вместе, и уже тогда можно было понять, что это за человек. Что он ленивый, что бывает агрессивным. Но сестра все же осталась с ним, замуж вышла и родила.

Дочери Олеси сейчас 2 года. Молодая мать сидела спокойно дома, хотя спокойной жизнь было не назвать: муж регулярно устраивал скандалы, начал увлекаться женщинами, пошли постоянные «задержки на работе», а в последний раз, около полугода назад, на претензии к мужу Олеся получила удар по лицу.

-Я считаю, что она правильно сделала, что ушла от него, сейчас готовится к разводу. Нельзя жить с абьюзером, можно сколько угодно говорить, что сама за такого вышла, но все равно правильно — оставаться нельзя, — говорит Римма. — И я даже согласна была бы помочь ей на первых порах, пока она на работу не выйдет, но вот эти ее требования… Честное слово, помогать отпало всякое желание.

Буквально сразу после вселения сестры с племянницей к их маме, Римма получила предложение от Олеси: надо серьезно поговорить. Встретились сестры на нейтральной территории, старшая младшую пожалела, а потом услышала, что Римма ей должна.

-Вот у тебя двушка, муж и все в шоколаде, а я с чем осталась? Бумаги я продала все, деньги лежат, но ты же понимаешь, что за эти деньги я не смогу купить даже однокомнатную. У тебя двушка, а мне куда? В коммуналку?

-Я просто опешила, — признается Римма. — Чего угодно ждала, но не пересмотра старых договоренностей. По документам я купила у нее долю. Честно передала деньги. В том, что Олеся не копила, пока были какие-то дивиденды с бумаг — моей вины нет. Да, собственно, и дивиденды были смехотворные.

Римма считает, что у сестры могла бы быть сейчас вполне себе такая же двухкомнатная, если бы двушку себе она купила сразу после получения денег. Даже ипотеку и ту уже бы доплатила. Это же у нее сейчас есть ребенок и декрет, а годы Олеся просто жила в свое удовольствие, работала и ни о чем не парилась.

-Сначала у мамы с папой, потом у будущего мужа. Мне деньги на квартиру тоже не с неба упали. Да, немного дала свекровь, но львиную долю стоимости части сестры мы с мужем выплатили, отказывали себе во всем, но гасили долг. Муж пахал на двух работах, было время. А сестра все так преподнесла, словно я ее когда-то обманула, не доплатила, за бесценок ее долю выкупила. Нет же, не так все было. И мама с папой тогда были свидетелями, мы по вполне рыночной цене отдавали ей деньги, — говорит Римма.

Она была так ошарашена претензиями сестры, что высказала ей все, но в довольно резкой форме. Сестры поссорились основательно, а теперь и мама на стороне Олеси: обидели младшую.

-Она и так сейчас в сложной ситуации, ее пожалеть надо и помочь. У тебя с мужем все хорошо, дети уже подросли, жилье есть. А у нее? Какая ей ипотека, она в декрете! И потом, в чем-то она права. Вот если бы наоборот? Если бы Олеся тебе беременной дала в зубы сумму за долю и иди, куда хочешь? Родила бы ты второго? — говорит мама.

Римма считает, что родила бы. И квартиру с мужем они бы взяли сразу. И Олеся может взять ипотеку, сдавать жилье и жить пока у мамы, которая не гонит. Да, возьмет однушку и в долг, но кто виноват, что она когда-то так деньгами распорядилась?

А самое главное, если Олеся хотела у сестры помощи попросить, то начинать надо было не с денежных претензий, а теперь старшая сестра помогать младшей совершенно не горит желанием, как бы трудно той не приходилось.