«Бывший зять — никудышный отец, а дочь ему ребёнка доверяет», — злится мама

-Я считаю, что ребенка ему доверять нельзя совершенно, — злится Татьяна Алексеевна на бывшего зятя. — Если уж не избежать общения, так пусть оно будет в нашем присутствии.

-Ну да, судя по тому, что ты рассказываешь, такое общение ребенку просто вредит, да что там, оно опасно для здоровья, — соглашается с женщиной подруга. — А Лариса, что думает по этому поводу? Неужели она и дальше продолжит беспрепятственно отправлять сына к такому папаше?

-С Ларисой разговаривать невозможно вообще, — машет Татьяна Алексеевна рукой. — Она и раньше меня не слушала, хотя я сразу говорила: из их брака ничего путного не выйдет, а теперь и вовсе слушать не желает. Она же у меня самостоятельная стала, умная, своей головой думать хочет, своей жизнью жить. Она твердит, что сыну необходимо общение с отцом. А я больше склоняюсь к мысли, что просто Лара свою жизнь хочет устроить, у нее гульки, ребенка к папаше и трава не расти. А я же сказала, что поощрять ее отношения с мужиками не намерена, вот и сует мальчишку папе.

У Татьяны Алексеевны сложные отношения с дочерью, а еще сложнее — с бывшим зятем. Ларисе, дочери, 35 лет, внуку осенью исполнится 9 лет. Замуж Лариса выходила наперекор мнению матери 11 лет назад, сначала жили со свекровью, потом ушли на квартиру и все равно не ужились, когда мальчику было 2 года Лариса вернулась с ним к матери и бабушке (тогда еще мать самой Татьяны Алексеевны была жива).

-Зять, может, и добрый человек, — говорит Татьяна Алексеевна. — Но для семейной жизни он совершенно не годился. Это было видно невооруженным глазом и всем, кроме моей дочери. Легкомысленный, работать он время от времени не хотел, пропадал с друзьями. В общем, скандалы у них были чуть ли не самого начала. Но кто меня слушал? Я бы еще поняла, если бы замуж дочь бежала по залету, но нет. По большой любви.

После развода Татьяна Алексеевна дочь приняла и поддержала, забрала к себе в комнату старенькую маму (мама перебралась к ней после замужества Ларисы), помогала с внуком. У Татьяны Алексеевны много претензий к дочери, она и сама признает, что характерами они с ней несовместимы совершенно, но первые годы как-то жили.

После развода неожиданно отношения Ларисы с бывшим мужем улучшились, да и к сыну он тянулся, не прекращал общения, платил алименты и искал встреч. Хотя, по мнению бывшей тещи, продолжал оставаться тем же легкомысленным раздолбаем.

Через два года бабушка умерла. Ее квартиру Татьяна Алексеевна разделила со старшим братом, точнее, наследство продали, деньги разделили. Сестре досталось 2/3 суммы, брат — треть. Львиную часть этих денег Татьяна Алексеевна отдала дочери — чтобы купила себе жилье. На оставшиеся обновила ремонт и мебель в своей квартире.

Лариса уже вышла на работу, взяла в ипотеку квартиру в новостройке, какое-то время продолжала жить с матерью, так как делала в своем жилище ремонт, когда внуку исполнилось 3 года, дочь от матери съехала.

-И теперь она считает, что не обязана меня слушать и жить по моей указке, — качает Татьяна Алексеевна головой. — Особенно в том, что касается воспитания сына и участия в этом процессе бывшего мужа. Что ты! Нос задрала, самостоятельная стала.

Год с небольшим назад Лариса устроилась на новую работу, стала ощутимо больше получать, приобрела в кредит еще и машину, приоделась, у нее сейчас есть своя личная жизнь, хотя Татьяна Алексеевна этого активно не одобряет: если бы замуж собралась — одно, а просто так, для здоровья — не понимаю и не одобряю.

Внука татьяна Алексеевна любит, но сидеть с ним по первому требованию дочери не хочет: нечего Лариске хвостом мести. Да и Татьяна Алексеевна еще работает. Зато всегда готов забрать сына к себе бывший зять на пару дней. Мать его умерла, теперь он один живет в квартире.

-Забрал аж на неделю, внук не привит от кори, а в школе у них карантин был, — продолжает бывшая теща. — А зятек мой как раз временно не работает снова, перебивается какими-то шабашками. Ну и звонит Ларе на 3-й день: у мальчика живот болит, приехала скорая, говорят острый аппендицит. Только это не аппендицит. Это банальное несварение. Зять у меня всю жизнь питается черт знает как: чипсы, бургеры, колбаски, сухарики. И ребенка он этим же кормил три дня, а у внука есть проблемы, ему диету надо соблюдать.

-И что?

-И ничего. Лариса сорвалась, полетела, диагноз не подтвердили, так она на следующих выходных ребенка опять папе намерена отдать. Бывший зять ей поклялся, что суп он сварит и вообще наготовит нормальной еды. Ну не дура ли? Ведет себя так, словно у нее запасные дети имеются! — негодует Татьяна Алексеевна. — Я вне себя была. Я бы этому козлу лицо расцарапала и на пушечный выстрел к ребенку не подпускала год, встречи только в присутствии матери, а дочери — хоть бы хны.

-Сын любит отца, — говорит матери Лариса. — Бывший мой, может, хреновый муж, но к сыну он тянется всей душой. И он имеет право с ним общаться. Да, накосячил, но если бы ребенок сам эти чертовы чипсы не просил, то отец бы ему и не давал. Теперь оба знают, что надо есть нормальную еду. Нет, мама, я не собираюсь ограничивать их общение, оно им обоим на пользу. И, в конце концов, это единственный для меня вариант как-то решать и свои вопросы, ты же с внуком не сидишь.

-То есть, ей свои вопросы решать надо, а прикрывается любовью папы к сыну, — злится Татьяна Алексеевна. — В опеку идти? А что я им скажу? Что бывший зять ребенка не тем кормит, а мать попустительствует чтобы личную жизнь устраивать? Оба не алкаши, не наркоманы, в квартирах все есть, спросят ребенка — он действительно любит отца. Я не против, пусть встречаются, все втроем сходят погулять, в кино ребенка сводят. Но не так же — отдать сына отцу на неделю, чтобы он рисковал там здоровьем!

Историю рассказала подруга рассказчицы, имена изменены