«Я вам помогала когда-то, а вы теперь от меня отворачиваетесь», — обижается сестра

-Я ей прямо сказала: есть у меня заначка, 130 тысяч — бери, но больше я ничем помочь не могу, — говорит Ксения. — И хорошо, если Надя отдаст. А нет… Ну, значит, нет.

-Это хорошая сумма, — считает подруга. — А в долг надо вообще давать столько, сколько не жалко потерять. Ну в твоем случае — жалко или нет, но еще и родственные чувства играют роль, сестра же родная.

-И для нас с мужем это неплохая сумма, — соглашается Ксения. — Особенно с учетом того, что мы ипотеку платим и накопить даже эти деньги, учитывая мой декрет сейчас, нам было очень непросто. Да, оставляем себе на черный день немного совсем, но морально и я, и муж готовы, что Надя или не отдаст их нам вообще, или отдавать будет очень долго. И да, ты права, в долг надо давать сумму, которой не жалко лишиться. Беда в том, что Наде этого объективно мало и она обижается, что мы не хотим себе геморрой наживать.

-Ужас какой, как же она влетела! — хватается за щеки подруга. — Сколько же ей надо-то?

-Много, очень много, — отвечает Ксения. — А влетела не она, а муж. Но сути это не меняет. Муж ушел, долги пополам, а у Нади просто ничего не осталось и кредит никто уже не даст. Есть вариант продать им квартиру и расплатиться, жить можно и у нашей мамы, но Надя категорически этого не хочет, мол, дочь — подросток уже, куда в двушку к маме, а купить что-то, отдав долги с продажи, она тоже не сможет. Можно было бы об ипотеке снова говорить. Но, опять же, кто ей эту ипотеку даст уже.

Надежда — старшая сестра Ксении. Замужем женщина была второй раз. Была, потому что снова разводится. Из-за того, что муж был склонен к авантюрам и завиральным идеям, как сделать деньги. Какое-то время Надежда смотрела на это в розовых очках на фоне горячего чувства, а теперь глаза открылись.

Да и муж соскакивает, он нашел себе новую даму сердца, жилье в Подмосковье у Надежды имеется. Мама сестер живет в другом городе, вроде бы и недалеко, но Наде придется менять для дочери школу, а 15-ти летняя дочь возражает, кричит, что мать и так своей любовью ей жизнь испортила.

Надежда рассчитывает на единственный вариант: найти срочно еще одну работу или подработку из дома, получить кредит, отдать долги, забыв про второго мужа как про страшный сон, а потом жить, потихоньку расплачиваясь с долгом по кредиту.

Беда в том, что у сестры двушка была в ипотеке и она не раз задерживала оплату кредита, а теперь на ней еще невыплаченные долги мужа, самой ей кредит не взять. А вот ее квартира может уйти с молотка запросто: доли дочери там нет, а у обеих сестер по 1/3 в квартире мамы, то есть, жилье у Надежды не единственное, отберут, продадут, отдадут ей разницу. Допустить этого Надя не хочет, активно уговаривает Ксению:

-Ну возьмите кредит на себя, я буду отдавать. У вас история хорошая, вам такую сумму дадут, а я расплачусь, буду работать как вол, но расплачусь.

С учетом суммы долга, в том, что сестре удастся платить этот кредит, Ксения очень сильно сомневается. Это же надо не есть, не покупать одежду, жить буквально на воде и хлебе. И не месяц, несколько лет. Работа? Подработка? Не покроют этого, с учетом того, что отец племянницы сейчас почти не платит алиментов. А того, что платит даже на дочь не хватит.

Ксения прямо сказала сестре, мол, я замужняя, муж против, у нас двое детей, декрет, если ты не сможешь вовремя платить этот самый кредит, то мы на улице окажемся. Рисковать так не можем, прости, сестра, ищи другие варианты, бери наши 130 тысяч, продавай квартиру, живи у мамы, а как иначе?

-Вот как, — обиделась сестра. — А когда-то я вам помогала! Ты вспомни! 12 лет назад я полмиллиона вам дала. Без расписок, без всяких нотаций и опасений. Были и дала. А я тоже была замужем, у меня тогда тоже был декрет. Я вам помогла, а вы от меня отворачиваетесь.

И это правда. Надежда добавляла сестре с зятем на первоначальный взнос за квартиру. У них денег не было, а первый муж сестры тогда еще вел нормальный образ жизни, занимался бизнесом, какие-то схемы мутил. Сестра жила с ним в просторной трешке, растила дочь и не спешила на работу бежать, достаток и возможность такая была.

-Мы эти полмиллиона отдали с мужем за три года, — говорит Ксения. — Как раз перед разводом Нади расплатились. И ипотеку одновременно платили, и пахали на двух работах. А когда я старшего родила, муж работал днем, а ночью я шла работать, а он с ребенком оставался. Когда я спала? А не знаю, когда днем сын спал, тогда и я могла немного прикорнуть. Но мы были вдвоем, мы действительно на износ пахали.

-Ну, знаешь, есть разница между тем, чтобы дать в долг деньги, которые просто есть, просто лежат и тем, чтобы взять на себя кредит под конский процент. А он сейчас действительно конский. И ты права, вот есть у тебя 130 тысяч, их ты готова сестре дать. Как и она когда-то тебе дала то, что было свободно, — считает подруга. — Все справедливо. Если бы Надя тогда на себя кредит повесила — другой разговор, и то…

-И то, — эхом повторяет Ксения. — У сестры тоже есть это, авантюрное, не зря она дважды за бизнесменов мамкиных замуж умудрялась выходить. Нет, я не сомневаюсь, что сестра приложит все усилия, чтобы долг нам отдать, но… Она может не справиться, да и случается в жизни всякое, а рисковать жильем с двумя детьми — такое себе.

Кстати, мать сестер считает, что Наде с внучкой надо просто переехать к ней. Продать квартиру, отдать долги и не винить младшую сестру, которую и винить не за что.

А вы как думаете?