Стала понимать бывшего зятя: «С моей дочерью жить невозможно»

-Мы сейчас вообще туда даже в гости не ходим, — говорит Олеся подруге. — Наоборот, это свекровь к нам бежит каждую удобную минуту. Хотя и из-за этого у нее с дочерью скандал возникает.

-Смотри, еще немного и мама мужа к вам жить попросится, — предупреждает подруга. — Сильно дружить-то не стоит.

-Я и не дружу. А намеки со стороны мужа были уже, дескать, может быть маме квартиру снять, хотя бы на время. Но я против. И он прекрасно понимает, что при нашей ипотеке мы деньгами раскидываться не можем себе позволить. Лучше бы золовку все же убедили к докторам идти. Да, всегда был человек со сложным характером, а теперь вообще — полный аут, — отвечает Олеся.

Олеся в браке с мужем 7 лет, у них ребенок, дочка, которой 5 лет, супруги работают, платят ипотеку, растят ребенка. У них нет проблем во взаимоотношениях со старшим поколением: отношения ровные, вон, с мамой мужа в последние полгода стали даже ближе. Она к Олесе жаловаться приезжает. И душой отдохнуть.

Муж Олеси — старший из детей свекрови, есть еще дочь, которой сейчас 30 лет. Дочь всегда была «звездой» семьи. Умница, красавица, спортсменка и прочее. Замуж золовка вышла в 26 лет. И свекровь сильно довольной по поводу этого замужества не была.

-А чего было носом крутить, — считает Олеся. — Нормальный парень, у него даже студия своя добрачная есть. И симпатичный, и работает, и в быту не инвалид. Но мама считала, что ее Лерочка лучшего заслуживает. В общем, у нас как-то все не канонам было: невестка у свекрови была вполне подходящей, а с зятем ей не повезло. Как она считала.

Впрочем, до поры Валерия была своим браком довольна. Случались размолвки, характер у золовки трудный, но в какой семье ссор между супругами нет?

-Она перфекционистка, да еще и в чем-то всегда была занудой, — говорит Олеся. — По крайней мере, на мой характер. Будет страдать и ныть, если обувь неправильно стоит в прихожей. Сама переставить? Нет, ей важно прогнуть мужа было. Но он любил ее, действительно любил, это видно было.

-Я бы от такой жены, как моя сестрица, — признавался муж Олеси. — Бежал, роняя тапки. Она и в детстве такой была: все должно быть по ее. В отца.

С мужем свекровь давно разошлась. Сейчас все отношения взрослых детей с ним сведены к редким поздравлениям по телефону — отец живет очень далеко, женат, детей других у него нет, внуков тоже нет других, но он по этому поводу и не страдает. В общем, что есть он, что нет его. Помогал растить детей материально и слава Богу.

-Тяжелый человек, — признается свекровь. — Но Лера его сейчас даже перещеголяла. Хотя даже не так, я же вижу — это другое.

«Другое» началось, когда золовка забеременела. Первый год она сильно расстраивалась, нервничала, что никак они с мужем не могут зачать, хотя и расстраиваться было совершенно не надо: со здоровьем все в порядке, просто получилось не сразу.

-А когда получилось — начался ад, — говорит Олеся. — Лера решила, что она — хрустальная ваза и все ее капризы должны исполняться по мановению пальчика. Ну ладно, муж летал по своей студии и пыль убирал беспрестанно, потому что будущему ребенку вредно, ну ладно, отселила его Лера на матрас надувной, чтобы он в живот во сне ее не пихнул случайно, за орешками, огурчиками, клубникой и апельсинами мотался — классика жанра. Но у золовки же это не кончилось, когда родился сын.

Племянник мужа появился на свет совершенно здоровым и без всяких проблем. Классические роды, все в срок, выписали на 4-й день. Но в быту с Лерой стало еще хуже. Женщина требовала от мужа, чтобы он носил маску, никому не давала взять ребенка на руки. И при этом обвиняла, что она устала, что она не спала, что ей никто не помогает.

Свекровь до поры обвиняла зятя: не помогает, ему ребеночка родили, а он… топает, дверью хлопает, спит — из пушки не разбудишь. Через полгода терпение молодого отца начало лопаться, его еще и начали гнобить за то, что у него всего лишь студия, а была бы хотя бы однокомнатная, то он бы мог храпеть на кухне, а не ребенка своим храпом пугать.

-Надо немедленно продавать и покупать полноценную квартиру, — напирала Лера. — Вот прямо вчера и надо было.

-То есть, продай свою, купим общую? — усмехается подруга Олеси.

-Ага. Но у мужика тоже в черепной коробке не опилки, в общем, он ей сказал, что или живут они нормально, или пусть она идет к маме и там капризничает. И в этот момент моя свекровь рванула посильнее там, где должна была пытаться склеить, — отвечает женщина. — Она на зятя обрушилась с негодованием и упреками, высказала ему, что он никудышный муж и отец, забрала дочку и внука, убедила Леру, что надо подать на алименты и на развод.

Муж золовки тоже обиделся: развод так развод. Им давали время на примирение, но все же развели месяц назад. И, кажется, свекровь уже пожалела о том, что Лера вернулась домой.

-Строит Лера теперь еще и маму: не топай, не сопи, ванну не занимай, на внука не дыши, посудой не греми и так далее. Я сказала, что у Леры не только характер поганый, но, скорее всего, есть проблемы. Депрессия, тревожное расстройство или как, в общем, посоветовала показаться специалистам.

Свекровь радостно за эту идею ухватилась и Леру попыталась убедить, сославшись на мнение Олеси. Теперь Олеся и собственный брат у Леры враги, примерно где-то они в одном ряду с бывшим мужем.

-Я нормальная, понятно? — кричала на мать Валерия. — Это вы голову проверяйте. Я не знаю, как там у других дети растут, как сорняки растут, точно, а мой ребенок будет расти так, как положено: в чистоте и уюте. А ты, вместо того, чтобы мне передавать идиотские советы от своих родственников, лучше бы ковер в своей спальне почистила. Или вообще его выбросить надо.

Золовка упаковала и отнесла собственноручно в подвал весь декор, который был на стенах, который стоял на полках: пылесборники. Она гоняет мать за то, что та оставляет пуховик на вешалке в прихожей, а не убирает его в шкаф. Не разрешается свекрови жарить в квартире рыбу, смотреть телевизор на кухне, не дай Бог после 8-ми вечера у матери телефон будет с невыключенным звуком.

-А пинка дать ей? — удивляется подруга Олеси. — У нее в квартире доля есть? Нет? Отлично. Пусть идет и наводит порядки в своей квартире. Ах, нет такой? Тогда рот надо закрыть и благодарить мать, что не выгнала.

-Что ты, свекровь ее не выгонит, ни в жизнь, будет страдать, жаловаться и… признавать ошибки. Недавно сказала, что теперь зятя своего понимает и ценит, мол, с Лерой жить невозможно. Тяжелый случай, конечно. Зять назад жену не горит желанием принять, Лера проблему не признает. Кем вырастит мальчишку и как дальше будет — не знаю, — говорит Олеся. — Мы что? Мы только слушаем, даже советов больше давать не собираюсь. Как хотят.

Что скажете? Где грань между послеродовой депрессией и дурным характером?