Свёкры обиделись: мы не хотим вкладываться в дачу, которая даже им не принадлежит

– Свекры обиделись, и самое печальное, что не только на меня, но и на своего сына, – делится Ксения с подругой. – Хотя виноваты во всем сестры свекрови, очень уж хитрые.

– Вы отказались вкладываться в чужую дачу, и муж тебя поддержал? – догадывается подруга, знакомая с конфликтной ситуацией, которая существует между Ксенией и родителями ее мужа. А теперь вот и муж оказался в стане «плохих».

– Именно. Муж поехал для решительного разговора и озвучил наши условия, вполне логичные, кстати. И получил бурю. Свекровь в слезы: «Как мы можем так с ними поступать?», свекор за сердце хватался, ногами топал, обвинял, что мы ничего не хотим делать просто, по-родственному, только за деньги, мол, в свое время они нам помогали. А я бы не против помогать им, Степан – единственный их сын, понятно, что все после них ему достанется, хотя и мой вклад был бы в этом случае. Но я разводиться с мужем не собираюсь, а помогать посторонним людям не хочу.

Ксения и Степан женаты 14 лет, у них есть дочь, которой исполнилось 11 лет. Когда-то, на заре семейной жизни, родители мужа и родители Ксении помогали семье с первым взносом на однушку. Та квартира давно продана, сейчас супруги живут в двухкомнатной, расширения не планируют, дочь у них одна, больше рожать Ксении нельзя по медицинским показаниям.

Ксения с мужем успешно работают, зарабатывают. Есть средства, которыми можно поддерживать пожилых родителей. Но в данной конкретной ситуации денег родителям Степана Ксения давать больше не хочет.

– Девять лет назад у свекрови умерла мама, – рассказывает Ксения. – У свекрови две младшие сестры. Живут далеко, уехали когда-то с мужьями служить, у обеих они военнослужащие, так теперь одна сестра в Мурманске, другая в Красноярске.

После того как не стало бабушки мужа, в наследство вступили все три сестры. Хотя за мамой ухаживала преимущественно старшая дочь – свекровь Ксении. Домик под Звенигородом был небольшой, старенький. Сестры свекрови тогда рукой махнули: «Нам тут ничего не надо, пользуйся, решишь продать – деньги бери себе, вот тебе две доверенности».

А свекры продавать не захотели, навели в доме порядок, расчистили участок, обустроили себе дачу. И вкладывались в нее, пока работали. Сестры матери мужа действительно практически не приезжали, только… Сроки доверенностей истекли, да и даны они на продажу дома. А переоформлять дачу на старшую сестру не спешили:

– Люба, нам тут ничего не надо, но заниматься этими формальностями совершенно некогда. Когда-нибудь мы точно все переоформим.

У одной тетки сын взрослый уже, у другой дочь замужем, есть ребенок. Родители мужа вышли на пенсию, денег, чтобы вкладывать в дачу, не стало. А она требовала финансирования, как и всякое старое строение.

– И тогда финансировать начал мой муж, точнее, мы с ним, потому что у нас общий бюджет, – говорит Ксения с обидой. – Ну ладно, зиму свекры живут в Москве, лето проводят на даче. Дочь к себе брали на лето, когда я на работу вышла. Мы, конечно, не наглели: денег отправляли, помогать приезжали. Иногда могли сами там пару недель отпуска провести.

Супруги помогли родителям мужа сделать пристройку к даче, переделали полностью водопровод, установив теплую ванную комнату и туалет, крышу перекрыли, перечислять можно долго. Теперь на участке есть летняя кухня, уложена красивая садовая плитка, в доме комнаты оборудованы с учетом того, что они приезжают, а их дочь вообще подолгу на даче с бабушкой и дедом живет.

Пару лет назад приезжали обе сестры свекрови. Не просто так, а покупать квартиры своим детям в ипотеку, в Москве. Жилье купили, зато времени на переоформление дачи так и не нашлось.

– Зато было на голубом глазу сказано, что двоюродные брат и сестра мужа теперь будут приезжать на «дачку», шашлычки пожарят, поживут несколько дней, – злится Ксения. – Еще и в таком ключе было сказано, мол, хорошо, что не продали, пригодилась, сыну кузины нужен свежий воздух и пресловутые ягодки с куста, а там и у братца двоюродного дети пойдут.

Ксения говорит, что свекрови такие речи было слушать неприятно, лицо она удержать не смогла, не ожидала такого от сестер. Да и дача – уже не то сиротское строение, каким его оставила покойная бабушка. Но судиться с сестрами она не будет, спорить и ругаться – тоже.

– У меня нет родителей, – объяснила мама мужа. – Только сестры и остались. Я верю, что совесть у них есть.

А Ксения не верит в чужую совесть. Никто и рубля не предложил родителям мужа за те работы, что уже были сделаны. Свекор, возможно, был и недоволен, но он под каблуком у жены жестко, очень ее любит и, если и есть у него свое мнение, отличное от убеждений супруги, он его все равно всегда меняет под ее влиянием: «В семье мнение может быть только одно – общее», – посмеивается отец мужа.

– Первое лето раза три приезжали родственнички, – говорит Ксения. – Но вели себя очень по-хозяйски. Неприятно, когда ты укладываешься спать у себя и на своем, а тебя просят переместиться в комнату дочери, потому что приехала племянница с сыночком и ночевать останется. Прошлым летом были раз пять в общей сложности, дочка моя там оставалась пару недель, потом в город попросилась. Мы приезжали только на день, не оставались. Конечно, свекры заметили: не остаемся, денег больше не возим. Спросили прямо, а мы прямо ответили.

Ксения со Степаном обсудили все уже давно: или они выкупают долю свекрови у ее сестер с учетом того, каким было строение, когда его унаследовали, и с учетом уже вложенных денег, или… Или они с мужем купят себе свою дачу, на которой их не попросят перейти спать на другую кровать.

Причем Ксения поставила условие, что в случае приобретения доли у сестер матери мужа, это будет их с мужем общая собственность. Да, долю матери он унаследует по закону в свое время, но две трети дачи – это их, и Ксении тоже.

– Свекровь сразу руками замахала: «Что ты, как я такое скажу сестрам? Да нас никто не гонит, да они и приезжают-то раз в год и вот-вот вообще дарственную на меня подпишут, а если не подпишут, то и Бог им судья, а она ругаться с сестрами не намерена», – усмехается Ксения. – Ну нет, так нет, мы спорить не стали. А потом дерево упало на кровлю пристройки, а потом водопровод прорвало, тут же, одновременно с крышей. Ну и куда свекры с протянутой рукой? А мы отказали. Решили откладывать деньги на свою дачу. И им сказали прямо об этом, мол, просите у двух остальных хозяев. Ну и все, свекра прорвало.

Разумеется, никто нести расходы из сестер или племянников свекрови не согласен. Свекры все в обиде, звонки от сына сбрасывают, а о Ксении и речи нет, как выразился отец мужа: «Не знали мы все эти годы, что ты такая».