«После кошмарного развода сестра сидит на шее у родителей, которые её жалеют»

– Мне её тоже жалко было, я же не зверь какой, – говорит Алёна о своей младшей сестре. – Вляпалась знатно, конечно, а ведь её Толик до свадьбы был прямо душка.

– Всех обманул, искусно притворялся, что ли?

– Не знаю даже, что и сказать, но встречались они год, у нас этот фрукт бывал, на знакомство с родителями такой букетище маме припёр – закачаешься. Хотя знаешь, сейчас анализирую и понимаю, что звоночки были, никто их просто не замечал. Слишком обходительный, слишком правильные вещи говорил, в общем, активно пудрил мозги, – отвечает Алёна.

– Да уж, как они разводились – это хоррор просто, – вспоминает подруга, качая головой.

– Твоя правда, – вздыхает Алёна. – Только… как мне кажется, 8 лет – уже достаточный срок, чтобы выйти из того состояния, как-то взять уже жизнь в свои руки, начать лапками шевелить самой. Но нет, Жанна сидит, застряла в позиции жертвы. Это же удобно. Её все жалеют, она принимает эту жалость и не думает совершенно, что маме с отцом элементарно уже тяжело их тащить. И главное, нет у неё психологических проблем давно, просто удобно.

Алёне 42 года, сестра на 8 лет моложе. Алёна замужем, есть двое детей-подростков, ипотека на трёшку, работа, семейные заботы, к которым сейчас добавились ещё и проблемы со здоровьем родителей. У мамы – диабет, отец мается сердцем, но продолжает работать, потому что без его зарплаты им не справиться, у них же дочь и внучка. Надо внучку на ноги поставить.

Жанна, сестра Алёны, замужем была три года. Развелась, когда дочке было 2 года, с тех пор она живёт у родителей в двухкомнатной квартире. В малогабаритной квартире, занимая с дочерью более просторную комнату. Сестра вышла на работу, когда дочери Даше исполнилось 5 лет, а с предыдущей уволилась, так как та её работа была совсем близко от дома, где жил и живёт её бывший, а встречаться лишний раз не хотелось. И так еле ноги унесла. Поэтому и уволилась, написав заявление за 14 дней до окончания отпуска по уходу за ребёнком.

Муж, который умело пустил всем пыль в глаза, оказался тем ещё абьюзером. Разгоняться начал, когда Жанна забеременела, а когда родила, жизнь стала кошмаром. Сначала обругал, потом наорал матом, потом толкнул, потом унизил. Сестра довольно долго терпела, потому что муженёк ещё и угрожал: если пикнешь, тебе и твоей родне будет плохо.

– Он её действительно обижал, – говорит Алёна. – И он реально урод. Мы Жанну с Дашей чуть ли не выкрадывали из дома, когда он был на работе. Я, отец, мой муж и его приятели, чтобы все вещи сразу увезти и дать отпор, если что.

Бывший зять заявлялся со скандалами к родителям жены, долго Дашу не отдавали в сад, так как отец грозился её выкрасть, караулил у дома, писал гадости на телефон и в соцсетях. Не только Жанне – всем родственникам. Судился за каждую ложку, высуживал себе дочь, строчил жалобы в опеку, заявлялся на работу к отцу бывшей жены.

Родственники жаловались в правоохранительные органы, но… Ответ стандартный: «Ну он же её не убил, вот убьет – приходите». Бывший муж успокоился сам, когда нашёл новую женщину. Как уж он с ней живёт – Алёна не знает, не интересно. Главное, что оставил в покое их семью. Жанна смогла оформить Дашу в садик, нашла себе непыльную работу рядом с родительской квартирой, живёт, растит дочь, иногда даже ходит на свидания.

– Алименты бывший платит минимальные, – продолжает Алёна. – Жанна не идёт требовать больше. Да, я могу её понять и в этом: не хочет, чтобы бывший о них вспоминал, раз забыл, то и хорошо. Но у неё зарплата – 30 тысяч. Ты только подумай, где сейчас и кто зарабатывает 30 тысяч, тем более в Москве! Зато она дома с обеда. И ни единой мысли о том, что своего ребёнка ей надо как-то содержать самой.

Алёна злится, видя, что маме и отцу неудобно жить в одной маленькой спальне, оба довольно тучные, вторую кровать поставить просто некуда, это их с сестрой бывшая комната, у них стояла двухъярусная кровать, места было больше.

К тому же отцу уже 68 лет, а он никак не может уйти на пенсию: обоим родителям нужны лекарства, Даше вообще нужно много всего, а сестра сидит на попе ровно и ничего не хочет менять.

– Что там квартиру купить, – злится Алёна. – Она себя и дочь не кормит даже. Родители уступили большую комнату – приняла и не чешется, отец гробит последнее здоровье – делает вид, что так и надо. Дочку балуют родители в ущерб себе – отлично же.

Жанна уже могла бы выйти замуж, есть у неё мужчина, но сестра не хочет. Официально: боится повторения кошмара. А на деле, как считает Алёна, просто не хочет. Мужу же надо готовить, стирать, убирать. А зачем Жанне это, дома же всё делает мама.

Так сложилось, когда сестра действительно была не в лучшей форме, но те времена позади, а позиция, что её необходимо жалеть, осталась. И не только у самой Жанны, но и у её родителей.

– Жанн, тебе не стыдно? Отец на пенсию сесть не может, потому что ты никак на ноги не встанешь, – уже прямым текстом говорит Алёна сестре.

При этом у Жанны на лице появляется довольно хищное выражение, она готова дать отпор, но на разговор бежит мама и у сестры моментально снова: круглые глаза, в которых появляются слёзы, полуоткрытый ротик – сейчас заплачет, растерянность во всем облике, поникшие плечики, согбенная спина.

– Алён, ну зачем ты так? Девочка такой кошмар пережила! Ты не помнишь, что ли!

– Помню, мам, – отвечает старшая дочь. – Но тот кошмар давно закончился. Никто её не караулит уже. Бывшему мужу нет до неё никакого дела. Хватит её жалеть, пусть уже на ноги встаёт.

– Ничего, все люди разные, это ты бы давно оправилась, а Жанночка до сих пор мужчинам не доверяет. А работа… всех денег не заработать, зато там ей никто нервы не мотает, – мама чуть ли не по голове гладит младшую дочь.

– Сил нет смотреть, просто противно, – признаётся Алёна. – Тем более что мама не видит, каким торжеством передо мной блестят у сестры глаза. И главное, да, уже понятно, что родители наследство оставят ей. Ведь она же несчастненькая, куда же она пойдёт. Мне плевать, у меня есть своё. Просто обидно, что наследство сестра получит очень скоро, если мать продолжит всё тянуть на себе в быту, отказываться от нормальных лекарств в пользу тех, что подешевле. А отец… я каждый день боюсь звонка, у него сердце давно больное, а он всё никак не может просто отдыхать – тянет бедную младшую дочку. Паразитка она, как есть, паразитка.

Встречали таких как Жанна? Что скажете?