«В одной квартире с кузеном наша дочь оставаться не будет», — отрезал муж, а сестра в обиде

– Муж ей отказал, не я. Но, откровенно говоря, я рада, что он избавил меня от неприятного разговора. А так – с меня взятки гладки, – говорит Оксана про ситуацию с сестрой.

– А если бы муж плечами пожал, ты бы согласилась?

– Вряд ли. Сама подумай, у нас двушка, дочери 12 лет, племяннику – 13. Им в одной комнате жить? У девочки уже месячные начались, это неловко. Да и воспитан сын сестры… ммм… специфически. Даже если на кухне его спать укладывать – все равно не дело. Мы весь день на работе, дети дома одни. Не хочу неприятностей. И вообще, не хочу я возни с чужим ребенком. Да, чужим. У меня своя семья, и точка, – отвечает Оксана.

– Сестра, разумеется, в обиде?

– А как же! Кричит, что я замужем за козлом и чудаком на букву «м», что я могла настоять, начинает манипулировать, мол, я в своей семье не имею ни на что права, говорит о том, видела бы сейчас мама, как ей родная сестра помочь отказывается. Да, получается, отказываюсь. Просто помощь кому бы то ни было не должна выкручивать руки помогающему.

Оксана – старшая из сестер, ей 39 лет, Марии – 34. Мамы у сестер давно нет на свете, есть где-то отец, но с ним лет 30 нет контактов. Алименты и те давно перестали приходить – девочки же выросли. После похорон мамы сестры продали квартиру, разделили деньги пополам.

Оксана тогда уже была замужем, вложилась с мужем в покупку двухкомнатной, есть еще его добрачное жилье, в аренде оно, оставили для дочери, ипотеку за двушку погасили быстро, расширяться дальше не планируют, так как Оксана больше не сможет родить ребенка из-за двух внематочных беременностей, случившихся после рождения Насти.

По этому поводу давно не переживают, муж сына не просит. Супруги работают, вполне довольны своим материальным положением: есть машина, есть дача – свекры отдали. Живут все герои истории в провинции, городок – с около сотни тысяч населения. Зарплаты не столичные, но если жить с умом, то и хватает. За работу люди держатся, хотя у них в городе как раз есть где трудиться: фабрики, завод, куча всего на самом деле.

Младшая сестра Маша, когда получила деньги от продажи маминого наследства, тоже в ипотеку вступила, правда, купила однокомнатную. А потом вышла замуж, и долги уже выплатила в браке. В этом же браке родился сын сестры, а через 6 лет Маша развелась.

– Расходились ужасно просто, – вспоминает Оксана. – С руганью, с пакостями обоюдными, с судами. Сестре пришлось выплачивать по суду бывшему долю за квартиру. Небольшие были выплаты, но все же. Если бы еще Маша умела с деньгами обращаться…

Оксана с сестрой когда-то была близка – при маме и потом, когда общее горе соединило, а потом жизнь как-то развела. Может, на сестру повлияло и неудачное замужество, и то, что без матери она осталась рано, а Оксане было не до нее – устраивала свою личную жизнь. Факт в том, что сестры перестали друг друга понимать с какого-то времени.

– Муж у нее бывший, конечно… Я мамины слова про нашего отца вспоминаю и думаю: сестра нашла точь-в-точь, хотя отца и не помнит почти. Да и к Маше самой у меня много претензий, – продолжает Оксана. – И сына запустила, и с деньгами ее обращение – это что-то.

После развода сестра была «в активном поиске». Племянника то и дело подкидывала к Оксане с мужем. При этом мальчишка рос сложным: мог взять чужое, рано начал покуривать, хулиганил, отговаривался, обижал Настю.

Да, с какого-то момента помощь сестре с сыном перестала требоваться – он один оставался. Оксана вздохнула спокойно. Хотя и пыталась вразумить Машу: сыну надо уделять больше времени. С личной жизнью у сестры так, кстати, и не сложилось. Материально – все сложно. Ребенок, подросток уже, учится плохо, весь какой-то…

– Натурально озабоченный, – говорит Оксана прямо. – Я понимаю, что пубертат. Но если бы Маша им занималась, то и гормоны можно было бы держать под контролем разума. А он к девчонкам старше себя пристает только так.

– Мужик растет! – посмеивалась сестра. – Тестостерон же!

Спортом сын сестры не занимается, болтается с такими же друзьями или с ребятами на несколько лет старше. А Маша… Маша набрала долгов. Сначала, чтобы бывшему отдать за его долю в квартире. Потом, чтобы отдать этот долг. Потом, чтобы съездить в отпуск, потом, чтобы расплатиться с предыдущими долгами. Есть и несколько кредитных карт, по которым начисляются бешеные проценты.

– И на работе она долго не держится, ей слово поперек – она заявление на стол, – вздыхает Оксана. – Алименты она получает, но этого же мало.

Еще летом сестра Оксаны придумала гениальный выход из долговой кабалы: уехать в столицу на заработки. Нашла какое-то место, Оксана даже не стала вдаваться в подробности, какое. Факт в том, что там предоставляют общежитие.

– Сначала буду без выходных пахать, – рассказывала Мария. – Надо же из долговой кабалы как-то вылезти. А потом вахтами буду ездить. Девчонки знакомые довольны. А чего мне тут ловить? А там, кто знает, может, жизнь устрою, сына заберу.

– А пока он с отцом будет или с бабушкой? – поинтересовалась Оксана.

– Вот об этом я и пришла поговорить, – неуверенно как-то улыбнулась сестра. – Оксан, ну какое с отцом? Ты спроси, когда мой бывший последний раз ребенком интересовался? А бабка и вовсе никогда внуком не интересовалась. Выручай, пригляди за племянником, а? Они в одной школе учатся, как-то поладят. Мой – согласен.

Оксана впала в ступор. Ее сын согласен? Очуметь! А их троих: Оксану, мужа, Настю – забыли спросить. И ладно бы речь шла о мальчике лет 6-ти или 7-ми. И то – все сложно и с садом, и со школой. И «лишний» ребенок в двушке – это в планы никак не входило. Но тут речь о парне 13-ти лет, да еще и о каком парне!

– У мужа спрошу, извини, но одна я решать такие вопросы не могу, – дала себе отсрочку Оксана.

– Она в своем уме? – возмутился супруг. – О таком просить? Подселить ее сына к Насте? Оставлять их одних на целый день в одной квартире? Я своей дочери не враг, других у нас с тобой нет и не будет. Я уже не говорю о том, что это ответственность, какая. Он что-то натворит, а нам отвечать? И речи быть не может. Я на такое «счастье» никогда не подпишусь. Сам ей сказать? Да пожалуйста!

Когда Мария позвонила сестре, то Оксана молча передала трубку мужу. Тот стесняться не стал, выложил родственнице все, что думает о методах ее воспитания сына и неприемлемости ее просьбы.

– Она пыталась продавить меня на то, чтобы я издалека приглядывала, дескать, мальчик будет один жить в своей квартире, а я буду страховать, – усмехается Оксана. – Не хочу и не буду, а муж ей сказал, что в опеку «стукнет», если она уедет, а сына оставит. В общем, теперь мы оба – сволочи, из-за которых она на грани голода.

– Слушай, а я бы тоже не взялась. И потом, почему ты должна чужие ошибки расхлебывать? У пацана есть отец, бабка. Не хотят? А ты причем? И да, муж прав, лучше с сестрой быть врагами, чем кусать локти потом, а натворить он может всякое. Был бы у вас сын – и то сто раз подумаешь, а нужен ли такой братец, а тут – дочь.

Историю рассказала анонимная читательница