Женщина-беда
Он был женат, ему было сорок, когда взбалмошная и решительная юная особа двадцати одного года написала письмо с объяснением в любви. И Федор Михайлович «пропал».
Именно пропал, потому что спокойно жить и любить, пусть даже и не совсем праведной любовью, Аполлинарию Суслову было невозможно. Многие вообще полагают, что эта женщина всю жизнь любила только одного человека — себя.
Она была не просто эгоистичной, истеричной, способной устроить на пустом месте мучительную сцену. Она была бедой. И не только для Достоевского.
Прокофий Суслов родился крепостным крестьянином. И первые шаги в зрелой жизни сделал, будучи в этом рабском состоянии. Принадлежало его семейство графам Шереметевым. В те времена предприимчивые помещики, заметив коммерческую жилку у своих крепостных, умело этим пользовались, позволяя крестьянам заниматься торговлей или искусным ремеслом.
Пользы от такого крепостного «бизнесмена» было гораздо больше, чем если бы он гнул спину на барщине. Помещик получал от богатого раба живые деньги и не препятствовал развитию дела. Средства иногда были настолько солидными, что некоторые крепостные выкупались на волю. Так произошло и с Прокофием Сусловым, сначала мужчина выбился в купеческое звание, а потом и вовсе стал преуспевающим фабрикантом.
Появилась у Прокофия семья, две дочки родились: Аполлинария (дома ее звали Полиной) и Наденька. И сынком Васенькой порадовала Прокофия супруга. Вспомните «новых русских»? Сначала они жили шумно и напоказ сорили деньгами, а потом притихли, детям своим стремились дать образование, чтобы уже никто не упрекнул второе поколение нуворишей в их простом происхождении. Прокофий сына и девочек своих тоже решил учить.
Женщине в то время можно было дать только домашнее образование или определить в институт благородных девиц. Даже знаменитые «бестужевские курсы» были еще впереди. В Петербургское учреждение, предназначенное для девочек из благородного сословия, Сусловы не подошли. Поэтому Аполлинария, появившаяся на свет в 1840-м, и Надежда, родившаяся тремя годами позже, учились в частном пансионе.
Куда девицам потом? Да еще и умненьким? Семья перебралась в Санкт-Петербург, замуж Полина не стремилась, а отец не неволил, денег было много, девица стала посещать университет в качестве вольной слушательницы.
-Ой, Прокофий, зря ты Полине потворствуешь, — предупреждали бывшего крепостного. — Одна беда для бабы — вот что такое учение. Замуж бы ее за хорошего человека, дом и детишки, самое то, что порядочной девушке надобно.
Но Прокофий видел: его Полинушка и есть беда. Девица обладала таким характером, что, пожалуй, выдай ее замуж и греха не оберешься. Аполлинария ходила на лекции, вращалась в студенческой среде, впитывала настроения, флиртовала. Внешностью девушку Бог не обидел, поклонников у нее было много. А кровь бурлила.
Дочь Федора Михайловича Достоевского Любовь, настроенная явно отрицательно по отношению к Полине, позже вспоминала, что Суслова даже в политику умудрилась ввязаться: ходила на студенческие манифестации, пела «Марсельезу», рассуждала об идеях свободы. Но танцевать на балах, посещать литературные салоны, где собиралась творческая интеллигенция, тяга к свободе и рассуждения о прогрессивном обществе, не мешали.
На одном из таких литературных вечеров Аполлинария встретила Достоевского. К тому времени Федор Михайлович был уже несколько лет женат на Марии Дмитриевне, урожденной Констант, в первом браке — Исаевой. Мария была на три года моложе писателя, а в юности была тоже особой весьма экзальтированной (Достоевского такие «цепляли»).
Мария Дмитриевна имела сына от первого брака, а овдовев, она не сразу дала согласие на брак с Достоевским, некоторое время Федор Михайлович наблюдал со стороны за ее романом с другим. Все же, в 1856-м Мария Дмитриевна, 35-ти летняя вдова обвенчалась с Федором Михайловичем. Совместных детей супруги не имели, да и были полноценной семьей очень недолго. Чаще всего они проживали в разных городах, а потому, в 1861-м году писатель, получив письмо от молоденькой и хорошенькой поклонницы, обратил на девушку внимание.
Что это были за отношения! Резкая, порывистая, Полина могла швырнуть в огонь пачку денег и смеяться при этом. Считается, что характер Настасьи Филипповны Достоевский рисовал именно с роковой своей Полинушки, которая то обдавала его ледяным холодом, то милостиво допускала до своей мятежной особы.
Условности того времени Аполлинарию волновали мало. При женатом писателе она стала любовницей и все прекрасно об этом знали. Включая и законную жену, которая болела чахоткой. Любовь-страсть в паре сменяла любовь-ненависть. Полина могла закатить грандиозный скандал, требуя от Достоевского развода, содействия публикации ее собственных произведений. Дама, как говорили, пописывала, и Достоевский действительно хлопотал о том, чтобы повесть любимой, с названием «Покуда» была опубликована. Литературный труд, однако, был встречен весьма прохладно и следа не оставил.
Она требовала, он уступал, уставал, клялся себе, что выйдет из этих больных отношений и не мог. А Аполлинария не прощала мужчине ни единого промаха. Возможно, она и нравилась ему тогда именно такая: со злыми словами, унижающими, позорящими.
Достоевский и Суслова должны были поехать в Европу вместе, но накануне поездки случилась особенно крупная ссора и Полина рванула за границу одна. А когда Федор Михайлович приехал к ней во Францию, у Аполлинарии был в разгаре роман с французом. Новый кавалер обманул женщину, а она требовала, чтобы Федор Михайлович был рядом, угрожала ему лишить жизни себя, а потом своего коварного возлюбленного. В общем, полный набор истерички.
Достоевский свою красавицу успокаивал, уговаривал и… уговорил поехать вместе с собой в Германию, оставив в прошлом «французское приключение». В 1865-м году писатель стал вдовцом и тут же предложил Аполлинарии узаконить их отношения. Полина сделать это гордо отказалась, продолжая терзать Достоевского и играть на его нервах.
Некоторые исследователи жизни и творчества писателя полагают, что литературное творчество Федора Михайловича Суслову не интересовало. Он для нее был всего лишь поклонником, знаменитым, щедрым, ведущимся на ее манипуляции. Но… от всего можно устать. И от эмоциональных качелей тоже.
В 1867-м году Федор Михайлович вступил в брак с Анной Григорьевной Сниткиной, женщиной совершенно другого типа. В этом браке Федор Михайлович стал отцом, жена отвадила его от рулетки. Анна Григорьевна преданно ухаживала за мужем, проводила его в вечную жизнь и посвятила остаток своих дней сохранению его литературного наследия.
Но… десять лет спустя после первой встречи с Аполлинарией, будучи женатым на другой, Достоевский говорил: «Я люблю ее еще до сих пор, очень люблю, но я уже не хотел бы любить ее». Не только Настасью Филипповну Достоевский «списал» со своей бедовой Аполлинарии. Ее чертами (и именем) он наделил и Полину из «Игрока». Это произведение вообще отражает его отношения с Сусловой, хотя и написано в 1866-м, после расставания. Есть ее черты и в других женских образах Федора Михайловича.
А что же сама Полина? Суслова продолжала метаться. После окончания отношений с Достоевским женщина сожгла почти все письма писателя к ней, все, что могло пролить свет на их непростые отношения.
В 40 лет Аполлинария вдруг вышла замуж за Василия Розанова, который прославится позже как религиозный философ и писатель. Знакомство состоялось, когда Сусловой было уже за 30, а Розанов, большой поклонник творчества Достоевского, был только гимназистом. Разница в возрасте составляла 16 лет в пользу женщины. По тем временам — скандальный брак: невесте 40, жениху — 24.
Семейная жизнь для Розанова вскоре стала кошмаром. Аполлинария устраивала сцены ревности, прилюдно и не стесняясь. А сама флиртовала с такими же юными приятелями мужа. Жена высмеивала творчество мужа, называя его жалким и никому не нужным. Она обвиняла Розанова, что тот женился на ее деньгах, что он изменяет ей.
Ад на земле продлился для Розанова до 1886-го года, но, когда Аполлинария дважды сама уходила от мужа, он умолял ее вернуться и прощал все. Что же такое было в этой женщине, что даже неимоверно страдая, умные и тонкие мужчины продолжали выносить невыносимую Полину?
Как бы то ни было, Василий Розанов нашел в себе силы порвать с женой. Он встретил Варвару Дмитриевну Бутягину, а Суслова еще 20 лет отказывалась дать мужу официальный развод. Розанов со второй женой в 1891 году венчался тайно и фактически стал для закона двоеженцем. Жизнь во втором браке была сильно осложнена этим обстоятельством. Пять дочерей и сын Розанова были незаконнорожденными, носили отчества своих крестных отцов и смогли получить фамилию Розанова только в 1905-м году.
Аполлинария Суслова в 1900-м переехала в Крым, жила в Алуште и Севастополе, наследство отца позволяло ей весьма не бедствовать. В Крыму Аполлинария, будучи уже в почтенном возрасте, связалась с черносотенцами, став «председательницей» Союза русского народа. Чудила до конца и до конца жизни она продолжала носить фамилию своего официального мужа.
Скончалась роковая женщина в 1918-м, ей было 78. Василий Розанов пережил ее на год, незадолго до кончины он вспоминал о первой жене: «С ней было трудно, но её было невозможно забыть».
