«Не хотим оставлять наследство непонятно кому», — решили родители

В детстве я не замечала разного отношения родителей к нам с братом. Наоборот, всегда думала, что наши родители — не такие.

У моей подруги мама явно выделяла младшую дочь, а Света всегда должна была входить в положение: «Сестренка маленькая, сестренка слабенькая, сестренке нужно…» Мы гулять собираемся — возьмите Лилю, мы в кино — Лиля тоже хочет. Даже просто поехать с классом на экскурсию в Питер в старшей школе Света не могла: «Кто будет с Лилей после уроков сидеть, продленка — это же не для Лилечки».

А у нас дома было иначе. Мы с братом, правда, не особо дружили, ругались часто, но родители всегда старались разобраться, кто прав, а кто виноват. Не как у Светы, когда она была виновата всегда и во всем. И покупалось нам все поровну, даже шоколадки и конфеты делились, чтобы никого не обидеть.

Брат был более проблемным, чаще от родителей получал нагоняй. А я была паинькой: послушной, старательной. Хорошо училась, помогала по дому, летом подработку нашла, чтобы были карманные деньги. Брат же лентяйничал, учился «на отвали», как он вообще поступить смог при таком отношении к учебе!

На втором курсе брат надумал жениться. Подружка — такая же студентка. Залетела, решили рожать. А жить негде. У нее родители в двушке, еще и младшая сестра. И у нас не хоромы, не предел мечтаний, трешка в старом доме, с проходной комнатой. Брат как раз в проходной и жил, а у меня была хоть и маленькая, но отдельная комната. Покупали это жилье с кредитом, переехав из однокомнатной. Первое время очень тяжело было, потом папа смог поменять работу и стал больше зарабатывать.

К окончанию братом 9-го класса разделались с долгами, стали копить «подушку безопасности». В общем, родители сначала хотели молодую семью к нам поселить: в свою спальню, сами — в мою комнату, а меня, соответственно, в проходную. Я возмутилась. У меня одиннадцатый класс, подготовка к поступлению. Как готовиться, когда за стеной орет младенец, а мимо туда-сюда все ходят?

Тогда родители скинулись с родителями невестки и купили им однокомнатную. Даже не в ипотеку, ее тогда то ли еще не было, то ли не дали им. Набрали кредитов, которые «молодые» должны были гасить. Брату нашли подработку. Считалось, что он платит по кредитам, только содержали его семью все равно родители. Жена молодая перевелась на заочку.

Ближе к окончанию учебы, у них нарисовался второй ребенок: решили отстреляться сразу, да и брата не призовут в армию с двумя детьми (тогда были 90-е, сами знаете, какая война шла, законы были такие).

Родители все равно им помогали, но это уже так сильно по бюджету не било. С детьми невестке помогали наша мама, ее сватья и сестра жены брата. Я выучилась, устроилась на работу. Там познакомилась с будущим мужем. Он был на пять лет старше, умный, образованный, достаточно обеспеченный.

Отношения развивались, вскоре я перебралась к нему. Мы оба делали карьеру, путешествовали, жили в свое удовольствие. Накопили на приличную свадьбу, для меня было принципиально важно, чтобы свадьба была на собственноручно заработанные средства, а не как у брата — родители платят за все.

Обжились, купили вторую машину. Детей сразу сознательно не заводили. В это время мои родители сделали очередную глупость: поменялись квартирами с братом, переехали в однушку. Мне они сказали, что брат получает жилье сразу, а однушка достанется мне. Конечно, было обидно — одному трешка и сразу, а второму однушка и когда-нибудь. Это прямо классика жанра какая-то в некоторых семьях. Но квартира была родительская, что я могла поделать? Только обидеться, почти перестав с родителями общаться.

Через несколько лет мы с мужем накопили на декрет, чтобы уровень жизни не упал, сделали ремонт в будущей детской, решив, что пора. Но беременность не наступала. Мне было немного за тридцать, я вела здоровый образ жизни, правильно питалась, занималась спортом. Муж — первый мужчина, никаких абортов, никаких неприличных болезней.

Пошли на обследование. Он получил вердикт «здоров». А у меня все оказалось не так радужно. Назначили лечение. Потом дополнительные обследования, еще лечение. Попытка ЭКО, вторая, третья… Лучшие клиники, лучшие врачи. И ничего.

Я во многом виновата. Я стала одержима ребенком, всю жизнь подчинила новой цели — забеременеть. Все остальное отступило. Тогда я не думала, что муж отдаляется, что он устал от этой борьбы. Супруг пытался вернуть «как было», но я не могла отпустить ситуацию. Ссорилась с мужем, с коллегами, со всеми вокруг.

Косые взгляды на работе я замечала, но не придавала им значения. Правда свалилась как снег на голову: у мужа интрижка с новой сотрудницей. Ее взяли в их отдел на освободившееся место, мужа назначили ее куратором. Вводил, как сказать, в курс дела. Во всех смыслах. И вскоре — ее беременность.

Развелись. Поделили накопления, которых было не так и много: борьба за мое материнство сожрала львиную долю. Я забрала свою машину и переехала на съемную квартиру. С работы тоже пришлось уволиться, у соперницы явственно виднелся живот, видеть ее я не могла.

Приехала к родителям за поддержкой, а у них столкнулась с невесткой, у которой тоже явно округлился живот. Сдали нервы, устроила истерику из-за пустяка. А мама встала на сторону невестки. Она беременная, ее расстраивать нельзя, а я, бессовестная, цепляюсь без повода. То, что мне плохо, мама как будто и не заметила. Подумаешь, дочь развелась из-за измены мужа.

Следующий год помню плохо. Сидела дома, смотрела какие-то тупые передачи по телеку. Почти не выходила, еду чаще всего заказывала готовую, телефон поставила на беззвучный, родных заблокировала. Деньги таяли, поэтому переехала в квартиру поменьше в другой район.

Все изменилось, когда в гости приехала подруга. После института она переехала в Европу, мы с ней несколько раз пересекались, когда мы с мужем путешествовали. Переписывались, потом переписка сошла на нет, и последние годы связь мы не поддерживали, а тут она приехала в гости к родным и решила меня навестить.

Видимо, выглядела я, хотя причесалась и даже накрасилась, не очень. Подруга взялась меня вытаскивать из болота депрессии. На шопинг дала денег, мое резюме разослала, потянула в тренажерку и к психологу.

Осталась она на месяц, и весь этот месяц провела со мной. Иногда я с ней ругалась, пыталась выгнать, но в итоге она заставила меня делать все, что она считала нужным. Я даже вышла на работу — на резюме пришел отклик.

На работе я познакомилась с человеком, который окончательно вернул меня к жизни. Коллега, старше меня на десять лет. Тоже прошел через развод, но с бывшей женой остались друзьями, просто поняли, что им не по пути. Дети выросли, каждый пошел своей дорогой. С ним я окончательно ожила.

Мы вместе сняли квартиру неподалеку от работы. Личного жилья у него нет, после развода переписал на детей свою долю в общей с женой квартире. К маме возвращаться не стал, предпочел снимать.

Про свои проблемы я ему рассказала сразу, как только он сделал мне предложение, хотя и понимала, что, вероятнее всего, это для него не имеет большого значения. Но это имело значение для меня. Я хотела ребенка, хотела нормальную полноценную семью. Готова была за это бороться, даже понимая, что шанс на успех мизерный. Снова пошла по врачам, надеялась, что, возможно, появились какие-то новые методы.

Когда-то давно, еще с первым мужем, я поднимала вопрос усыновления. Муж был против. Второй супруг поддержал меня безоговорочно. Мы прошли школу приемных родителей. Я хотела совсем малыша, но оказалось, что на таких огромная очередь. Тогда я стала просматривать анкеты детей постарше и на одной из них сердце екнуло. Я увидела свою дочь.

Малышке было три, она была удивительно похожа на меня. Такой же цвет волос и глаз. Со здоровьем было не все в порядке, плюс педагогическая запущенность, ее изъяли у матери, которая ребенком практически не занималась, даже нормально не кормила. В свои три дочка весила, как годовалый ребенок.

С работы пришлось уйти. Проблемы дочки нужно было срочно решать, она не говорила, не была приучена к горшку, не умела сама есть. От громких звуков вздрагивала и замирала. Детский сад в обозримом будущем не предвиделся, а я отлично понимала, что дочку нужно социализировать.

Помирилась с мамой, которая сидела с младшей дочерью брата. Старшие племянники были уже совсем взрослые, в их младенчество мои родители работали и не успели насладиться ролями бабушки и дедушки, теперь восполняли этот пробел с младшей внучкой, не скрывая, что она — любимица. Для моей дочери у них любви не нашлось.

Мама без восторга приняла новость об удочерении. Когда приехали в гости, критике подверглось все, что делала, точнее, не делала моя дочь. Было постоянное сравнение с племянницей: «Анечка то, Аня сё». А потом Анютка не дала игрушку дочке, дочка ее выхватила, и племянница упала.

Мама налетела на мою дочь коршуном, отобрала игрушку, отругала. Я вступилась, и мне указали на дверь. Родители предупредили, чтобы с дочерью я больше не приходила, пока она не научится себя вести.

Я не опускаю руки. У нас есть, пусть и маленькие, но улучшения. Родителей я вычеркнула из жизни окончательно. Когда-то они говорили, что их квартира достанется мне. Недавно я узнала, что по дарственной она перешла к их любимой Анечке. Они даже не стали писать завещание, оформили все при жизни. И не постеснялись сказать, что это из-за моей дочери.

-Потому что она твоя наследница. Если бы ее не было, то за тобой бы наследовали дети брата. Оставлять жилье непонятно кому мы не хотим.

Случись что с мужем, мы с дочерью окажемся на улице. Но родителей это не волнует. Я дочь, не оправдала ожиданий. Интересно, а если Анюта окажется бесплодной, они и у нее квартиру отберут? Хотя нет, дарственная же обратного хода не имеет. Анютка может быть спокойна.

Историю рассказала читательница Ольга Г.