Оставлять наследство чужому человеку мама не захотела, пусть он и внук

И телефон нашла, тем более что он у меня не менялся уже 20 лет, и позвонила, и возмутилась, — усмехается Вера Сергеевна. — Главная претензия: «А чой-то всё только Насте?»

— Здравствуйте-пожалуйста, а кому еще? Ей что ли? — удивлена подруга. — С какой радости? С того, что у твоей матери было двое внуков? Ну так, ключевое слово «было», Лида сама так сделала, что внук ей стал посторонним человеком.

Вера Сергеевна с приятельницей полностью согласна. Почти полгода назад у женщины не стало мамы. Вера Сергеевна благополучно замужем, есть дочь, ей 23 года. У них с мужем двухкомнатная, у мамы тоже была двушка. В наследство вступать не надо, еще два года назад мама подарила свою квартиру Насте — внучке от дочери.

Когда-то у Веры Сергеевны был младший брат, а у ее мамы — сын. Брат женился на Лиде, женщина была приезжей, жили на съеме, в арендованном жилье родили сына. Потом, когда мальчику было 3 года, брат с женой купили в ипотеку однокомнатную квартиру, а через два года развелись.

Трудно сейчас сказать, кто был виноват в том разводе, Вера Сергеевна считает, что оба хороши. Но… факт остался фактом, семья существовать перестала. Брат, когда развелся, подал в суд на раздел имущества, и это бывшую жену бесило больше всего. По ее мнению, мужчина должен был не просто оставить ей жилье, но и ипотеку продолжать платить.

— Ага, он бы продолжал платить, якобы для сына, при этом долю свою должен был подписать бывшей. А если бы она через год мужика привела? — говорит Вера Сергеевна. — И потом, а почему, собственно, он должен был ей всё оставлять? Ее родственники ни копейки не вложили в это жилье, а мама наша на первоначальный взнос денег добавляла.

Брат квартиру поделил, забрал свою часть денег, собирался подкопить, чтобы купить себе уже отдельное жилье, временно вернулся к матери. Алименты он платил исправно, а бывшая жена обиделась основательно и всячески препятствовала встречам мужчины с сыном.

— Это от приставов не вылезать надо было, и то не факт, что они заставили бы Лиду давать ребенка отцу и бабушке по отцу, — считает Вера Сергеевна. — Муторно это, да брат и не успел ничего.

Через год с небольшим после раздела имущества брат Веры погиб. Деньги он хранил наличкой, но мама тогда ровно половину отдала бывшей невестке, мол, внук и она наследники. И на это бывшая жена сына тоже обиделась. Она считала, что вся сумма должна принадлежать сироте. Вера Сергеевна очень возмущалась и тогда, и сейчас возмущается: мама вообще могла ничего не отдавать — в конце концов, это ее деньги, которые она когда-то сыну давала.

Бывшая свекровь была заблокирована Лидой везде, где только можно. Как раз тогда Лидия купила квартиру где-то рядом с Москвой, но адреса не оставила, если ей пытались звонить или писать с «левых» телефонов, кидала трубку. В общем, вычеркнула семью бывшего мужа совсем.

Вера Сергеевна вспоминает, что когда сыну Лиды, маминому внуку, было лет 10, она случайно от приятельницы узнала, что ребенок брата занимается в одной секции с сыном этой самой приятельницы. Ту насторожила фамилия и сходство мальчика с покойным братом Веры.

Они с мамой кинулись туда, встретились с внуком и племянником, причем он их послал, видимо, мама научила, а на следующее занятие не пришел: его из секции забрали. Искать? А смысл? Мама, конечно, расстраивалась, но жизнь идет, есть внучка от дочери. Если мальчишку так воспитывают, значит, растет он чужим человеком. Кровь родная решает многое, но далеко не всё.

Дальше жили уже спокойно, без надрыва. Росла дочь Веры, старела мама. Несколько лет назад мама начала заговаривать о том, что хочет, чтобы квартиру унаследовала после нее Настя. Мол, по праву представления и внук от Лиды имеет право на долю, если без завещания помру.

Вера Сергеевна сначала на маму шикала, а потом тоже задумалась: племянник тогда еще был несовершеннолетним. Даже если завещание мама напишет, то не факт, что Лида его не оспорит. Тогда пришло решение сделать дарственную на внучку. Оформили всё правильно, приложив справку о психическом здоровье. Понадеялись, что этого будет достаточно.

Мама прожила еще достаточно, за пару месяцев до того, как ее не стало, сын брата достиг возраста 18-ти лет. Так что теперь он точно не считается иждивенцем. Как Лида узнала о кончине бывшей свекрови — для всех большая загадка. Много лет они вообще не пересекались, если только Лида тайком лазила на страницу мамы бывшего мужа в социальной сети. Но пожилая дама туда редко заглядывала, как и сама Вера.

— Но как-то узнала, и понеслась к нотариусу, я так думаю, а потом наводила справки о недвижимости, — усмехается Вера Сергеевна. — Мне позвонила, я чуть не упала. Симка у меня старая, а телефон новый, Лиды там в контактах и не было, я не переносила, так что и узнала ее не сразу. А она — в крик.

— А чего кричать? — пожимает плечами подруга.

— Ой, как же, сироту же обидели! — отвечает Вера. — Я едва не оглохла от ее ора. Обвиняла нас, что сначала мы деньги ее сына себе забрали, а теперь еще и без наследства оставили. Можно подумать, что у брата что-то было. Не успел, какие вопросы, кого теперь винить? А мама имела полное право своей собственностью распорядиться по своему усмотрению.

— Да уж, интересная женщина, — качает подруга головой. — То не давала внука, учила его гадостям, а тут вдруг наследство ему подавай? Для того чтобы что-то получить, надо было не лишать несчастную женщину права на общение с единственным, что от сына осталось. Если бы они общались, разве мама бы твоя так сделала?

— Конечно же, нет, — уверена Вера Сергеевна. — Но оставлять наследство фактически чужому человеку… Ну как-то это тоже не очень правильно.

Теперь Лида обвиняет, что это Вера и ее мать вычеркнули внука и племянника из жизни. А вы что думаете?