«Заблокировала мать — освободи квартиру»

– А знаешь что… а возьми их к себе, раз ты такая жалостливая, – говорит Нина сестре в ответ на упреки о том, что она слишком жестоко поступает со своей дочерью Дарьей и внуком.

– Нин, ты же сама понимаешь, что у меня самой сын-студент, а в той квартире, которую я купила на свою часть наследства, сейчас старший живет с семьей. Но мне, например, в голову не приходит сказать им «выметайтесь», хотя с невесткой тоже у меня всякое было, – отвечает старшая сестра.

– У тебя «было» всякое, да еще и с невесткой, а не с сыном. А у меня всякое – есть. Постоянно, большую часть жизни. И не с чужой, по сути, женщиной, а с родной неблагодарной дочерью, – считает Нина. – Пусть Дарья будет уже последовательной: она вся такая самостоятельная и независимая, раз мать смогла заблокировать везде? Значит, пусть и живет сама, а не моими благодеяниями.

Нине 51 год, разведена давно. 12 лет назад у них с сестрой не стало матери. Родительскую трешку унаследовали обе, отца не стало еще раньше, продали ее и вложились в недвижимость: сестра купила себе однокомнатную квартиру без всяких ипотек, а Нина приобрела двушку, куда и переехала с дочерью, которой на тот момент было 15 лет.

У Нины уже была однокомнатная, которая ей досталась при разделе имущества с бывшим мужем. Тоже была ипотека, которую женщина погасила окончательно, в том числе и деньгами от продажи наследства. В двухкомнатную они с Дарьей переехали, однушку Нина сдавала, растила дочь.

– Алиментов же у меня не было по договоренности о квартире, – поясняет Нина. – Ты же помнишь, каково мне приходилось крутиться, но я никому на голову не упала тогда, сама жила. На двух работах работала, третью прихватывала.

Сестра считает, что у Нины сложный характер, в конце концов, она могла бы пойти жить к их матери, легче бы было, но сестра не пошла – самостоятельная. Характером дочь Нины пошла, по мнению родственников, в свою же собственную мать. Только есть нюансы.

– Я сама жила, ни от кого рубля не взяла, и я вправе была требовать, чтобы в мою жизнь не вмешивались, – считает Нина. – Если бы жила с матерью или на ее щедрости, то пришлось бы идти на компромиссы и выслушивать то, что я не хотела выслушивать. А так… кто меня и в чем упрекнет? Не пропала, дочь вырастила, доучила, довела до ума, выдала замуж. Моя вина, что она такого мужа себе выбрала?

Брак Дарьи действительно сложился неудачно (а мама ведь говорила, что будущий зять – ненадежный человек). Дочь жила на территории мужа, чуть ли не с середины беременности зять начал погуливать, мог не прийти ночевать. С его матерью Даша тоже отношения умудрилась испортить.

Женщина считала, что от хороших жен мужья не гуляют, да и в целом, свекрови она кто? Правильно, никто. Когда ребенку было полтора года, Дарья сказала матери, что больше замужем жить не может. Действительно, сложно жить, если муж ночами пропадает, а днем требует борща, чистые носки и исполнения супружеского долга.

Нина вздохнула, что приходится лишаться дополнительного дохода (у нее сейчас только одна работа), что дочь падает фактически на ее шею, но предупредила арендаторов однокомнатной, что им надо освободить жилплощадь.

Нине тогда советовали (и родная сестра, в том числе): надо взять дочь и внука к себе в двушку, легче будет жить, тем более что Даша еще в декрете, а так, проживая вместе, сдавая дополнительную квартиру, у них хотя бы будут деньги, все же легче питаться «из одного котла».

Нина рассудила иначе. С дочерью у нее отношения сложные. Как говорится, коса находит на камень. Даша не желает слушать и слышать советы матери, у нее свой какой-то дурацкий режим дня, есть у Нины претензии и по ведению дочерью домашнего быта, и по воспитанию ребенка. Рассудила так: чем ругаться, проживая вместе, лучше уж изначально этого избежать. Нервы дороже денег.

– Алименты зятек будет выплачивать, – предупредила Нина дочь. – Ты какое-никакое, а пособие получаешь, вот и проживете потихоньку до выхода из декрета.

– Да, – согласилась дочь. – Я некоторое время назад начала подрабатывать в интернете, выживу, не пропаду.

Нину уже тогда задело, что слово «спасибо» из уст дочери так и не прозвучало. Вскоре дочь оформила алименты и развод, обжилась в маминой однушке, подрабатывала как-то. Иногда просила мать посидеть с ребенком, иногда занимала у нее деньги. Но в последнее время у Нины накопилось очень много претензий к Даше.

– Спят до обеда, в квартире развела бардак, она неделями может с ребенком вообще не гулять, а станешь говорить – начинает еще и голос на меня повышать, это нормально? – злится Нина.

– Даш, у тебя в холодильнике плесень, – делает дочери замечание Нина, когда открывает этот самый холодильник, чтобы положить йогурты или фрукты, принесенные внуку. – И в комнате хорошо бы окно вымыть, и в ванной у моих квартирантов плитка чище была, чем у тебя.

– Ну вот, началось! – дочь реагировала нервно. – Мама пришла, стройся. Может, упасть-отжаться еще? Мам, я взрослая женщина, не надо меня воспитывать. Не приходи и не приноси ничего, чтобы не раздражаться…

Один разговор в таком ключе и еще «горячее», другой… Потом скандал с хлопаньем дверьми, а полтора месяца назад Нина обнаружила, что дочь заблокировала ее в социальных сетях, чтобы не смотрела фото, которые она выкладывает на своей страничке. Высказала по этому поводу и получила: «не лезь в мою личную жизнь», а потом и блок телефона по номеру.

– С рабочего позвонила, она взяла трубку, услышала, что это я – и нажала кнопку отбоя звонка, – продолжает Нина. – Внука не вижу, ему в сад надо комиссию проходить, но, по-моему, не начали еще.

Нина попробовала приехать и не смогла открыть дверь своим ключом – замок дочь поменяла. Это и было последней каплей, дождалась дочь с внуком в своей же квартире, слесаря вызывала, чтобы он замок вскрыл и новый поставил, а когда Нина пришла с прогулки (выбралась в кои веки из дома), поставила дочь перед фактом: собирай вещи и уматывай, раз мать в блоке, то и квартиру матери освободи, и никто в твою личную жизнь больше не полезет.

– Ребенка? Ребенка пусть бывшему мужу отдаст временно, свекрови бывшей, на несколько дней внука я точно возьму, а куда она пойдет – ее дело, – считает Нина.

Дочь прощения не просила, внука действительно временно забрала бывшая сватья Нины, сама Дарья ушла в неизвестном направлении. Через месяц ей на работу выходить. Сестра считает, что у племянницы и так жизнь не ладится, ее бы поддержать в такой трудный момент, а Нина только давит и давит.