Свекровь: «Остаюсь в доме, а вы — эгоисты, раз помогать не хотите»

Дарья и ее родственники живут в небольшом городе, райцентре с несколькими многоэтажными микрорайонами и обширным частным сектором на окраинах.

Женщине 42 года, есть муж и двое детей. Когда только поженились, пробовали обустроиться поближе к столице, упорно копили деньги на собственное жилье, но не получилось, плюнули и уехали на малую родину, а накоплений хватило на покупку однокомнатной квартиры.

– Ну и успокоились мы тогда, с работой повезло, устроились, ребенка старшего родили. И помощь с ребенком была, а это всегда важно, – вспоминает Дарья. – Потом «доросли» до трешки, родили второго.

Младшему сыну Дарьи сейчас 3 года, недавно женщина вышла на работу из второго декрета. Дочь подросла, ей 13 лет, растет помощница. Мама Дарьи тоже живет в квартире с младшей сестрой женщины и ее сыном (сестра в разводе).

У мужа тоже есть мама, уже возрастная, весной ей будет 74 года. Свекровь живет в частном секторе, со всеми вытекающими: огород, участок, крыша, забор. Плюс еще и частичные удобства: газ есть, вода в доме, туалет на улице, есть душ, но свекровь пользуется им только в холодное время года. Летом моется как привыкла – в душе на участке.

Огород и прочие прелести частного дома Даша не любит и не знает. И муж не мечтает о бане и прочем. Поэтому в свое время и пытались уехать, и потом, когда вернулись, выбрали вариант с квартирой. А купить дом тоже была возможность – не захотели.

– Муж слишком хорошо знает, что такое частный дом, – считает Дарья. – То дерево надо спилить, а то оно вот-вот упадет, то забор поправить, то крышу градом посекло, то копать, то сажать, то полоть, то снег чистить. В общем, можно это называть и ленью, как моя свекровь, но да – мы хотим жить в комфорте и после работы отдыхать, а не впахивать еще одну смену.

Пока был жив свекор и старший брат мужа, Дашу с семьей как-то и не особенно трогали. Брат любил домашнее хозяйство, жил рядом, тоже в своем доме, да и свекор справлялся. Теперь ситуация такая: нет ни отца у мужа, ни брата. Вдова деверя дом продала, переехала с дочерьми в другой город – поближе к своим родственникам, а свекровь осталась одна.

– Первое время она справлялась. Конечно, если что-то сделать или огород вскопать, звала моего мужа. Он брюзжал, но ехал и делал – мама же. Но ведь годы идут, на здоровье сказываются. И в последнее время нас просто одолели этим домом и огородом.

– Даша, я спину потянула, – звонит весной свекровь. – Морковку надо сеять. Нет, сын не может, там мелкая работа, приезжай ты, я все покажу.

Даше сеять эту самую морковь вообще не улыбается. Она отругивается, свекровь начинает наступать: «А, вы ничего не хотите, умер старший сын, а младшему до меня и дела нет». В конце концов Даша уступает, едет, сеет эту ненавистную морковь, успевает еще раз поругаться с матерью мужа из-за того, что та ждет помощи с прополкой и посадками, и с поливом, и вообще: «Внучка подросла, надо ее к труду приучать, иначе ленивая вырастет как… ты».

– А я и не думаю дочь к огороду «приучать», – говорит Дарья. – Ее это не тянет, да и не надо ей этого. Мне и самой не надо.

Много раз Даша с мужем предлагали свекрови продать дом и купить квартиру. Ведь тяжело же. Ну, или бросить огород, хотя это не решит проблемы: снег зимой надо чистить, летом надо косить траву, постоянно надо поправлять то одно, то другое. Ответ всегда был один:

– Тут прожила, тут и помру.

– Но тогда зачем нас дергать? – злится Даша. – Да еще и с манипуляциями: все ее бросили, вот, был старший сын жив, он помогал, а вы… И слезы, и жалобы на здоровье.

Помимо хозяйственных забот, у мамы мужа еще и полная беспомощность была в некоторых вопросах: записаться к врачу-специалисту через интернет для нее – темный лес. Просила постоянно сына или невестку. К нотариусу пойти – тоже целая история (ходила после мужа наследство принимать с сыном, одной страшно).

Родственников у свекрови тоже уже нет, кроме младшего сына и его семьи. Была закадычная подружка, жила в однокомнатной квартире рядом с тем самым частным сектором, где находится свекровин дом. Но умерла недавно. А у той подружки – никого. И тут выясняется, что подружка завещание на свекровь Даши оформила.

– Приятная была неожиданность, – говорит Даша, а главное, начали мы мать мужа уговаривать, мол, давай, продавай дом, под дачу у нас берут охотно, а сама переезжай в квартиру. Красота же – второй этаж, лифт есть, балкон. Выращивай цветочки летом в свое удовольствие, если уж «без земли» не можешь. Ванна есть, туалет теплый. Ни тебе крыши прохудившейся, ни забора падающего, ни снега зимой.

– Да, наверное, пришла пора, – Даша от неожиданности едва не подпрыгнула, когда услышала такое от мамы мужа. – Время пришло, тяжело стало, да и вас дергать лишний раз не хочется. Только раз уж я рассаду посеяла, лето доживу, а к зиме точно перееду.

Ну ладно, к зиме так к зиме. Дергать мать мужа тоже не стали. Только ближе к осени начались другие разговоры снова: как я там буду, я всю жизнь тут прожила, а там скучно, нет, доживу тут и все. Проходит неделя, снова начинаются сборы: вас не дозовешься, я одна уже не могу, сил нет, переезжаю.

– Последний раз переезжать собиралась после того, как капусту уберет и антоновку снимет, – усмехается Дарья. – А потом – тишина.

Две недели назад муж снова был вызван к маме по поводу того, что котел забарахлил и надо на чердаке проверить воду в расширителе, а возможно, решить вопрос с покупкой нового котла. Мужчина возмутился, какой новый котел, когда переезжать надо? Тогда свекровь и призналась, что однокомнатную она продала (!), деньги положила на счет. Почему? Потому что хочет дожить тут, а пока есть подружкина квартира, сын с невесткой от нее не отстанут.

– Подписала договор с риелтором! – возмущается Даша. – Это она-то, которая всего опасается! И дорожку нашла, и сделку провернула, и нам – ни гу-гу! Это при том, что однушка могла бы сдаваться, деньги приносить. У нас, вообще-то, дочь почти невеста!

– Остаюсь тут и все тут! – заявила свекровь на все вопросы. – Мое наследство, захотела и продала.

Муж Дарьи психанул, сказал, что ни копать, ни чистить снег больше не будет. Есть у мамы деньги? Пусть нанимает. И котел ремонтировать тоже не станет. Свекровь опять плачет: все ее бросили, никому она не нужна, хоть бы помереть скорее, сын с невесткой – эгоисты, думают только о себе и своем удобстве.

– Просто замкнутый круг какой-то. И ведь она не понимает, что она мотает нервы сыну. Ему 45 лет, не мальчик уже тоже, – злится Даша на свекровь. – Конечно, он отойдет и будет помогать, слушать, лететь на выручку. Ну и кто после этого эгоисты? Мы или свекровь?