«Ты в декрете, у тебя время есть за мамой смотреть, а потом скинемся на сиделку», — настаивает сестра

— Ты вообще себе представляешь, что это будет? — кричала на Ларису младшая сестра. — Приходит мой маленький сын домой из школы, а там — лежачая больная, не вполне адекватная к тому же.

Маргарита свято уверена, что Лариса должна забрать маму к себе, потому что она сама весь день на работе, ей за мамой присматривать некогда, а сын, которого приводит из школы мама его одноклассницы, а потом оставляет до вечера на созвоне с Ритой, не должен находиться полдня с лежачей бабушкой, которая и кричит, и зовет к себе, для мальчика это стресс.

— Ты сидишь дома с ребенком, у тебя времени вагон. И не забывай, что речь идет о нашей общей матери, между прочим, — не унималась сестра.

Беда в том, что забрать маму Ларисе некуда — она живет в однокомнатной квартире. Есть и еще одно обстоятельство: мамина двушка несколько лет назад по дарственной отошла Маргарите, младшей дочери, которая после развода с мамой и жила.

— Мне тогда просто сказали, что Рита так и останется с мамой, будет ее «дохаживать», а у меня квартира есть, я устроена, — усмехается Лариса. — Только когда дело коснулось действительного ухода, что-то поменялось стремительно. Теперь мама — мне, в однокомнатную, потому что я в декрете сижу.

Разница между сестрами составляет 7 лет. Лариса рано стала самостоятельной, сначала снимала квартиру, работала, потом купила себе просторную однушку. С замужеством у женщины так и не срослось, три года назад она решила родить «для себя». Родился мальчик, ему сейчас 2 года, Лариса подрабатывает удалённо, немного материально её поддерживает отец ребёнка. Женщине сейчас 44 года.

Маргарита же замужем была. Только развелась, когда её сыну было полтора года. Не ужилась в квартире со свекровью, а на собственное жилье молодые только копили. Лариса усмехается на этот счёт, мол, так копили, что ребенка родили через 10 месяцев после регистрации брака. Ну, да ладно, чего уж там.

Сыну сестры сейчас 9 лет, учится во втором классе. После развода Рита вернулась к маме, жила, получала алименты. Естественно, бабушка в старшем внуке души не чаяла, он же рос у неё на глазах, в то время как у старшей дочери вообще детей не было и совершенно непонятно было, будут ли они вообще.

Пять лет назад мама объявила Ларисе, что передает жилье по дарственной её младшей сестре. Правда, право пожизненного проживания в документе она для себя обговорила. Объясняла свое решение тем, что Лариса одна, рожать ей уже поздно (!), квартира у неё уже есть, а Рита воспитывает ребенка одна, на бывшего зятя нет надежды и вообще Рита же будет ухаживать за ней, если что.

Лариса молча согласилась. Да и что она могла поделать? Решение принято, не устраивать же скандал. Хотя, конечно, было обидно. Лариса, когда могла, помогала маме материально, да и племяннику старалась дарить дорогие и нужные подарки.

Рождение ребенка у Ларисы ничего не изменило. Для мамы «тот» внук всё равно ближе. Да и не вкладывалась мама в сына старшей дочери, не сидела с ним. Потому что была занята с ребенком сестры: подготовка к школе, потом сама школа, надо же водить туда и приводить домой, делать уроки.

Ларисе же было сказано, что мама уже не так молода, чтобы оставаться с младенцем, да и живет старшая дочь далековато, неудобно ездить и вообще…

Месяц назад маму разбил инсульт, тяжелый. Врачи делают по поводу восстановления очень осторожные прогнозы. Мама лежит, плюс, кажется, с головой у неё сейчас не всё в порядке. Месяц она пробыла в стационаре, сейчас сестры отправили её в восстановительный центр, но через три недели её надо забрать домой. С этим и возникли сложности.

Маргарита быстро сориентировалась, кем заменить бабушку в деле сопровождения сына в школу и обратно, один мальчик сидеть дома может, не такой уж и маленький. Но возник вопрос, а как быть с мамой? И сестра нашла выход: Лариса сидит дома, маму должна забрать она, к себе в однокомнатную.

— Хотя бы на время твоего декрета, — говорит Рита. — А дальше… ты на работу выйдешь, сможем скидываться на сиделку.

Вариант Ларису не устраивает вообще. Как так? Квартира — сестре, а маму должна забрать она? К маленькому ребенку в однушку? Да и идея «скидываться», опять же, так себе идея. Сейчас Лариса вообще не может себе позволить лишних расходов, а через год смогла бы. Наверное. Но опять же, почему сестре жилье, а ей половина расходов?

— Помнится, тебе квартиру отдавали «под соусом», что ты маму будешь дохаживать, — говорит женщина сестре. — И что? Дохаживай, у мамы право пожизненного проживания. Ничего с твоим сыном не случится. Да, тебе придётся трудновато, но ведь это было условием, помнишь же?

— Какая у меня с матерью была договорённость, тебя вообще не касается, — отвечает сестра. — А я и так столько лет за ней ухаживаю уже. И дома убираю, и готовлю.

— О как, — усмехается Лариса в разговоре с подругой. — Оказывается, это она маме помогала с бытовыми делами, а не мама ей ребенка растила. Наглость, конечно, запредельная. Меня бортанули из числа родственников вообще, а теперь в мою крохотную квартиру и больную привезут, и деньги с меня требуют на дальнейшее?

— Да уж, очень хитрый ход, — кивает подруга. — Пусть Рита ищет удаленную работу и ухаживает за мамой, если уж на то пошло. Да, понятно, что родной человек, но ведь это должно было в обе стороны работать, правда? Ты с 17 лет с мамой не жила, сама крутилась, сама жильём обзаводилась. Пусть Рита с тобой меняется, раз уж на то пошло. Официально, по документам. Переедешь в двушку, у мамы право жить там имеется…

В сердцах Лариса этот способ сестре предлагала, без особой надежды, просто чтобы показать Рите всю абсурдность её требований.

— Ну ты вообще… — задохнулась сестра праведным гневом. — Речь о родном человеке идёт, о нашей маме, а ты под это дело мечтаешь у меня жилье оттяпать? Ларис, извини, это уже дно!

А вы, что думаете, где дно и почему?