«Сын предупреждал: ещё раз за чемодан схватится, будет развод», — пожимает свекровь плечами

– Ну и что, что она беременная, это ей дает право так себя вести? Родится ребенок, будем материально участвовать, видеться, но так жить невозможно уже, я сына понимаю,

– говорит Людмила Андреевна подруге. – Чуть что не по ее – за чемодан хватается. Уже каждую неделю уезжает. Потом сваты мозг выносят, что мой сын над беременной женой издевается, потом является Нина, как ни в чем и не бывало, и так до следующего их скандала. А скандалы, я считаю, она сама и провоцирует. Такие качели кого угодно способны достать.

– Надо же, может, гормоны у нее шалят? С беременными такое бывает, повышенная плаксивость, смена настроения…

– Ну ведь не каждую неделю все 6 месяцев, что моя невестка ребенка ждет. А дальше что будет? И потом, ей 31 год, чего из себя малышку строить? Это манипуляции, просто манипуляции своим положением, а ведь она даже в декретный отпуск еще не вышла! И сын ее предупреждал, что если еще раз соберет сумку – назад может не приезжать, пусть у мамы с папой и остается. И что теперь? Он ее должен снова назад принять до следующего психа?

– Но ведь развестись твой сын сейчас все равно не сможет!

– Не сможет, значит, потом разведется.

Сын Людмилы Андреевны женился три года назад. Ему сейчас 32, жена Злата на год моложе. У Людмилы Андреевны пять лет назад не стало матери, женщина в наследство вступать не стала – лишняя квартира у нее и так есть, от отца, родители в разводе были, так что в бабушкину квартиру поехал жить единственный сын женщины.

Вскоре он начал встречаться, а затем и жить со Златой. Людмила Андреевна была довольна: пора создавать семью. И девушка ей поначалу понравилась: взрослая, разумная. Вроде бы. Была. Первые годы молодые люди жили в полном согласии, ничего не изменилось и после официальной регистрации брака.

– Купили машину в кредит, отношения у него нормальные были с тестями, я к невестке тоже относилась хорошо. Да мы и виделись нечасто: работаем же все, – объясняет Людмила Андреевна. – Но вот, после того как забеременела, и началось. Чуть ли не с той же недели, когда тест две полоски показал.

«Началось» – это явное изменение поведения жены сына. Злата начала провоцировать конфликты, у нее появилась к мужу просто тонна претензий. Причем чувствует себя будущая мать вполне сносно: нет никакого токсикоза, ест все подряд, никакой тошноты, самочувствие отличное, анализы в норме.

– Но обидеться может на ровном месте: не так на нее муж утром посмотрел, не то сказал, она с работы пришла, а он уже был дома и в прихожей ее не встретил, разуться не помог. А чего помогать? Тогда недель 7 было беременности. Или надо с тапочками в зубах беременную жену с работы встречать? – злится Людмила Андреевна.

После первого же скандала Злата схватилась за большую сумку, собрала ее, вызвала такси и уехала к родителям, откуда немедленно полетели гневные звонки и сообщения: зять, негодяй, довел беременную жену, вся в слезах приехала, не остановил, не кинулся следом.

– Остановить это как? Сумку отнимать? Чтобы потом еще быть обвиненным в том, что я грубо ее схватил, грубо толкнул? – говорил сын, который, кажется, был в шоке от таких изменений, произошедших в его семейной жизни. – А потом ехать и извиняться? Перед ней, перед тестями? А за что?

Через несколько дней, в которые молодого мужчину кошмарили звонками, в один прекрасный вечер он обнаружил жену дома, на диване сидела, в телефоне носом. Словно и не было ничего. Правда, потихонечку тут же начинались новые претензии: что муж помыл не так чашку или не помыл, что он ужин не приготовил, хотя приехал с работы на 10 минут раньше и… снова – сумка, такси, отъезд жены, звонки с обвинениями в доведении беременной жены.

– Злат, это не дело, – сын попытался поговорить с женой в один из спокойных периодов. – Ты нагнетаешь на ровном месте. Мы взрослые люди, в чем дело?

– А я просто не могу находиться в такой нервной обстановке, – заявила Злата мужу. – Я беременная, мне нельзя нервничать, а ты меня доводишь.

– Да чем я тебя довожу? Ты сама устраиваешь шоу, вовлекая в него своих родителей, я с ними нормально даже общаться уже не могу, ты меня выставила перед ними монстром каким-то!

– Я тебя выставляю? Я виновата? В чем? В том, что я ребенка нашего жду, а ты мне мотаешь нервы?

Разумеется, спокойный период тут же закончился новыми сборами «тревожного чемодана» и отъездом жены к родителям. Через 5 дней вернулась, обещала, что постарается сдерживать себя и…

– Сколько раз такое было и сколько можно? – говорит Людмила Андреевна. – Сыну моему это все тоже по нервам бьет. В последний, точнее, в предпоследний раз она уходила за три недели до этого случая. Сын ее предупредил: еще раз уедешь, живи с родителями, назад не приму. И что же, надолго невестку не хватило.

В очередной раз, когда, обвинив мужа во всех мыслимых и немыслимых грехах, Злата громко хлопнула дверью и, обливаясь слезами, поехала к маме и папе, сын Людмилы Андреевны поменял симку на телефоне, а потом сменил в квартире замок.

Звонки понеслись в сторону Людмилы Андреевны, воспитавшей негодяя, который от родителей жены даже трубку не берет. Людмила Андреевна послала сватов очень далеко, заблокировала их номера, позвонившему сыну высказала свое полное одобрение.

– Мне своего ребенка тоже жалко, – говорит она. – Если Злате не живется с мужем, кто ей доктор? А беременность не дает индульгенций на отвратительное поведение. Миллионы женщин рожают, но так себя не ведут.

Видимо, Злата все так же внезапно решила вернуться к мужу, но обнаружила, что замок другой. Начались звонки свекрови еще и от невестки:

– У меня в квартире вещи, обменная карта, мне срочно надо в больницу, какое право Ваш сын имеет замок менять?

– Его квартира, ему и решать, менять замок или старый оставлять. Злат, поезжай к родителям, муж привезет все твои вещи или позвонит сам, после работы.

Сын снова сменил симку, набрал номер жены, чтобы договориться о том, когда перевезти ее вещи и то, что уже куплено для будущего малыша. Вроде бы спокойно договорились, а когда привез пакеты с одеждой, тестя снова пошли в наступление:

– Выгнал из дома беременную жену! Как можно козырять своей квартирой? Как можно вообще так к женщине относиться?

Злата тоже попыталась примириться, мол, да, дурой была, больше так не буду, давай жить и добра наживать. Только мужчина никакого добра в браке уже не ждет. И надолго его жену не хватит. Неизвестно, в какой момент она снова начнет кидать вещи в сумку.

Подруга Людмилы Андреевны считает, что жизнь ее сына с женой еще вполне может наладиться, родит, все вернется на круги своя, да и не очень виновата невестка в своих заскоках – состояние такое. И нельзя было так однозначно, действительно же, нервничает будущая мать. А вы что скажете?