Спросила кузину прямо: «Тебе нужна крёстная для сына или спонсор?»

В тот день, когда раздался звонок, Агата заканчивала погрузку пакетов в багажник — ездила за продуктами. Телефон в руке вибрировал. На экране — «Ксения».

Имя двоюродной сестры, с которой их пути разошлись так давно, что редкие переписки в мессенджерах и обязательные поздравления с праздниками были лишь формальностью, данью когда-то общей, но давно забытой детской истории, когда они гостили у бабушки или вместе с родителями оказывались в одной компании на каком-либо празднике.

— Агаш, привет! Как жизнь? Как семья? — голос Ксении звучал сладко-сладко, и Агата напряглась.

Потом последовали несколько минут светской беседы ни о чём. Агата машинально поправляла пакеты в багажнике, ожидая главного. Ксения никогда ничего не делала просто так. Это знали все: и мама Агаты, и тётка, родная мать кузины, и её родная полнородная младшая сестра. Так и есть, родственница, сбросив маску учтивости, перешла к цели.

— Слушай, я давно думала… Мы крестим Сашеньку через две недели. И я очень хочу, чтобы его крестной стала ты.

Агата сразу даже не нашлась что ответить. Предложение упало как снег на голову, вызывая внутренний протест. Они с Ксенией были родственницами, но не подругами. Их жизни практически не пересекались: у Ксении — муж, новорожденный сын, ипотека и бесконечные разговоры о ценах; у Агаты — карьера, муж, чей небольшой, но стабильный бизнес позволял им жить комфортно.

Детей у Агаты с супругом пока не было, и несколько раз на эту тему двоюродная сестра очень топорно «прошлась», причём за глаза, высказав маме Агаты недоумение:

— И чего тянут? Сначала карьера, бизнес этот, который просто прогорит. Зато время родить они с мужем упустят окончательно. Или так удобнее, бездетные, не надо ни о ком заботиться, ни на кого деньги тратить. А, может, не могут, хи-хи…

Бизнес не прогорел, развивается. Очень даже успешно. Дети? Агате 32, мужу 36, будут и дети, никуда они не опаздывают. Но слова кузины тогда неприятно резанули: какое ей дело до чужих трусов? Своего племянника, маленького Сашу, Агата видела один-единственный раз, месяц назад, и то мельком, на семейном ужине у родителей. И тут — предложение стать крестной.

— Мне нужно подумать, Ксюш, — выдавила Агата, не желая сейчас спорить и терять время.

— Конечно, подумай! Но мы очень на тебя рассчитываем, — в голосе Ксении прозвучал нажим.

— У меня сразу же глухое неприятие возникло. Просто мысленно все факты перебрала. У Ксении есть младшая родная сестра, ближе меня по крови, в этом же городе живёт, замужем. Почему не она? Не лучшая подруга кузины? Наверняка же есть такая, должна быть. Почему не она? — делилась Агата вечером с мужем.

— Ну да, странно, — кивнул мужчина, знающий характер «кузины». — В чём подвох? Не знаю, как там по поводу подруг у Ксюши, но её сестра платит ипотеку, ждёт малыша, пусть и пока беременность в самом начале, значит, в ближайшее время с финансами будет туго. А тут мы, явно не бедствующие «бездетные сволочи». Может, решила, что у нас просто не может быть своих детей, поэтому зазывает в крёстные? Помнишь, на свадьбу они нам подарили набор полотенец, а мы им — приличную сумму в конверте?

Агата задумалась и вспомнила, как кузина отреагировала на их с мужем подарок вскоре после рождения сына, прокомментировав: «Ого, нам такие подарки, кроме как от вас, больше и ждать неоткуда».

Пазл сложился. Агата вспомнила десятки мелочей. Восхищенные взгляды Ксении на её новую сумку или часы. Расспросы про отпуск. Постоянные, завуалированные намёки на то, как «здорово, когда у ребёнка есть обеспеченные родственники». Ей, Агате, предлагали роль не крестной в традиционном понимании, не роль второй матери, а… почётного спонсора.

— Чтобы хорошие подарки дарила на день рождения и новый год, чтобы потом наследство оставила, видимо, уже и мысли не допускает, что мы с мужем своего родим. Восемь же лет в браке и — никого, — усмехается молодая женщина. — Просто противно!

Тем не менее, Ксения через пару дней перезвонила с вопросом: «Ну, подумала? Давай скорее, а то крёстному ещё надо золотой крестик для малыша покупать и подготовка должна быть». Агата коротко сказала, что через час заедет лично, и отключила звонок.

Приехав в аккуратную, но скромную квартиру родственницы, она попала в атмосферу показного, почти театрального радушия. Ксения и её муж встретили Агату как дорогую гостью. Стол ломился от угощений, чайник был уже заварен. Маленький Саша мирно сопел в кроватке в соседней комнате.

— Ну как, подумала? — с наигранной лёгкостью спросила Ксения, а потом затараторила. — Сейчас я тебе расскажу, что и как, что надо купить, в чём надо приходить. Мы уже договорились в церкви, выбрали дату. Будем так рады видеть тебя и Дениса!

Муж кузины одобрительно кивал. Агата глубоко вздохнула и сказала спокойно:

— Ксюш, я не буду крестной твоего сына.

— Что? Но почему? — голос Ксении дрогнул, в нём явственно прозвучало задетое самолюбие.

— Потому что мы с тобой не настолько близки для этого. Это большая ответственность, и я не чувствую в себе… внутреннего желания.

— Ты же мне как сестра! Ближе, чем сестра! — воскликнула Ксения, и её слова прозвучали настолько фальшиво, что даже муж неловко отвернулся. — Я хочу, чтобы Саша рос рядом с такой… с такой, как ты!

— А Алина? — спокойно спросила Агата про родную сестру Ксении. — У тебя есть родная сестра. Почему не она?

— Алина… Ну, ты же знаешь, ей скоро в декрет, у них ипотека, да и вообще… — глаза кузины забегали: такого вопроса она явно не ждала. замялась. — Она не сможет, ей тяжело… А ты… у тебя всё есть, ты такая уверенная, ты могла бы его направлять, поддерживать…

— Материально?

— Что ты такое говоришь! Я имела в виду морально! Духовно! — Ксения покраснела.

— Ксюш, давай без этого. Мы видимся раз в год. Мы не звоним друг другу просто так. Ты ни разу не спросила, как мои дела, по-настоящему. Но каждый наш подарок ты обсуждаешь в деталях. Ты закатываешь глаза, когда твоя мама хвалит нашу новую машину. Ты выбрала меня, потому что видишь во мне не родственницу, а ходячий кошелёк для своего ребёнка. И это мерзко. Особенно после того, что ты говорила о моём муже и о нашей бездетности.

— Как ты можешь! — вскрикнула Ксения, вскакивая. — Ты меня сейчас очень обижаешь! — Я хотела для сына всего лучшего! Чтобы у него было надёжное плечо! А ты всё переворачиваешь!

— Надёжное плечо или надёжный банковский счёт? — холодно парировала Агата. — «Всего лучшего» — это про любовь и заботу, а не про брендовые комбинезоны и дорогие игрушки, которые я, как ты рассчитывала, буду дарить. У тебя есть сестра, которая любит тебя и твоего сына по-настоящему. Вот к ней и иди.

— Ты просто жадная и черствая! Боишься, что тебе придётся тратиться на чужого ребёнка! — с кузины окончательно слетела маска вежливости. Конечно, неприятно же понимать, что тебя раскусили.

Спустя пару недель Агата от мамы узнала, что крестной маленького Саши всё-таки стала Алина, родная сестра Ксении. Агата больше не слышит от кузины восторженных комментариев о своих обновках или отпусках. Их жизни окончательно разошлись.