Муж у мамы занимает, а деньги жены — это деньги жены

— У них машинка стиральная вышла из строя. В воскресенье. — Галина Ивановна тяжело вздохнула. — Матвей звонил, голос какой-то… Я сразу поняла — дело не в технике.

Матвей и Катя поженились два с небольшим года назад. Галина Ивановна еще до регистрации брака предупредила арендаторов своей «второй» квартиры, что надо съезжать, будущие новобрачные переклеили обои, заселились с благодарностью — для сына с невесткой это была шикарная возможность накопить на собственное жилье: без спешки, без расходов на аренду.

Квартира раньше принадлежала матери Галины, мебель там оставалась, конечно, старенькая, а технику меняли. Лет 15 назад, когда маму перевозили из Иркутска поближе. Мамы нет на свете 9 лет, время и арендаторы изрядно «убили» все, что в квартире было. Но все же все было рабочее.

Матвей, услышав подозрительный гул из ванной, выключил стиралку. Попытка запустить машинку снова успеха не принесла. Стало ясно — нужна замена. Оба супруга работают: он, инженер, получает около 90 тысяч, она, менеджер — примерно 65. В маминой квартире им предстоит прожить еще несколько лет, накопления идут, хотя и без фанатизма. Но, по мнению Галины Ивановны, на новую стиралку деньги вполне могли бы выделить.

С самого начала совместной жизни сына с невесткой действовало негласное правило, которое Матвей по глупости и влюбленности принял как должное. Катя выросла в семье, где отец, успешный предприниматель, полностью содержал дом, а зарплата матери — скромная, бухгалтерская — была ее «личными карманными деньгами».

Эту модель Катя перенесла в свой брак, несмотря на то, что их с Матвеем доходы были сопоставимы. Он платил за коммуналку, за страховку и ремонт добрачной машины, за отпуск. Катя могла купить что-то из продуктов и бытовой химии, но большую часть своих доходов тратила исключительно на себя: на одежду, косметолога, кафе с подругами.

— Жена должна сиять, а не киснуть в быту, — любит Катя повторять. — Моя внешность и настроение — это же и твоя инвестиция, Матвей. Тебе же приятно, когда на меня смотрят с завистью?

Сын Галины Ивановны долго отмахивался, считая это женской логикой, тем более что денег в целом хватало. Но копилку на свою квартиру наполнял в основном он: с премий, с дополнительных подработок, когда они случались.

На следующий день после поломки машинки, после работы, Матвей сел с женой обсуждать варианты. Показал подобранные в интернете модели в районе 35-40 тысяч, объяснил, почему не стоит брать совсем дешевую. И предложил, как ему казалось, самое логичное и справедливое: купить вместе. Он готов был отдать 25 тысяч, с Кати — оставшиеся 10-15. По сути, просил вложить лишь четверть от ее месячной зарплаты.

— Ты это серьезно? Скидываться? Матвей, ты вообще о чем? — Катя рассмеялась, выслушав. — Ты муж, тебе и карты в руки. Большие покупки — твоя забота. Мои деньги — они для другого. Для того, чтобы я могла хорошо выглядеть, не нервничать из-за каждой копейки и быть в форме.

Матвей попытался возразить, говоря о совместных целях, о квартире, на которую копит в основном он. Жена лишь отмахнулась. А когда он начал настаивать, Катя раздраженно выдала:

— Ну не знаю! Если не хватает — займи у своей мамы. У нее, наверное, есть. И потом, она оставила квартиру, говорила, мол, заезжайте и живите на всем готовом. А где оно? Все готовое? Машинка сломалась, мы потом отсюда в новую квартиру стиралку старую потащим? Нет, в новую мы приобретем все новое. Так что… логично: это твоя забота и свекрови.

Не просьба помочь, а спокойное, почти бытовое указание «занять у мамы», да еще и с обоснованием, что «мама обязана»…

— Да уж. Наглость — второе счастье, — подруга Галины Ивановны была искренне возмущена. — И что, Матвей пошел у нее на поводу?

— Нет, — покачала головой рассказчица. — Сказал, что это исключено.

Как выяснилось дальше, Матвей, не желая ссоры, но и не имея лишних денег, нашел временное решение. Купил старую, но работающую машинку за двенадцать тысяч. Сам привез, подключил. Катя, увидев ее, поморщилась.

— Фу, какая древность. Ладно, пусть стоит.

На этом инцидент, казалось, был исчерпан. Но через неделю Галина Ивановна, заехав к молодым, застала дома одну только невестку. Та была в прекрасном настроении, похвасталась новой сумочкой — изысканной, из мягкой кожи.

— Коллекционная, — говорила невестка, поглаживая ручку, — такой больше ни у кого не будет!

Галина Ивановна вежливо похвалила, но внутри все кипело. В ценах женщина неплохо разбирается. Вечером позвонила сыну, как бы между делом.

— Катя сегодня новинкой хвасталась, сумка у нее и правда стильная.

— Да, — поделился сын. — Пятьдесят семь тысяч, мам. Я чек случайно в мусорном ведре обнаружил. Обрывок. Она, видимо, выбросила, чтобы я не нашел. Больше, чем новая стиралка стоила, на которую у Кати денег не нашлось. Знаешь, что самое обидное? Я не знаю, что теперь делать. Скандалить? Бесполезно. Молчать? Не могу и не хочу.

Конфликт, как свекровь узнала позже, произошел в тот же вечер. Матвей не выдержал. Он не стал кричать. Он просто достал из кармана смятый обрывок чека и положил его на кухонный стол перед Катей.

— Объясни.

— Ты что, роешься в мусоре? Это вообще нормально? Ты следишь за мной?! — ответила жена со злостью.

— Я не следил. Он на пол выпал, когда я выносил ведро. Ответь на вопрос. Пятьдесят семь тысяч на сумку, при том, что у нас нет нормальной стиральной машины, при том, что мы якобы копим на квартиру.

— «Якобы»? — жена вскинула голову. — Я же тебе говорила! У меня свои потребности! Я не могу ходить в половых тряпках! Я должна соответствовать своему кругу! Ты думаешь, мои клиенты и подруги не оценивают? Это часть моей работы — выглядеть безупречно!

— Твоя работа приносит шестьдесят пять, Катя. Не сто шестьдесят пять. Ты тратишь почти всю зарплату на внешний вид. А на нашу общую жизнь, на наши цели — ноль. Просто ноль. Я тащу все на себе. И самое ужасное, что ты даже не видишь в этом проблемы. Ты считаешь это правильным.

— Потому что это и есть правильно! Мужчина обеспечивает! А женщина создает красоту и уют! Что в этом непонятного? Ты что, хочешь, чтобы я, как загнанная лошадь, считала копейки и донашивала твои старые свитера? Тогда найди себе такую! Я не такая! Твоя мама деньги откладывала много лет, сдавая эту квартиру. Но она даже не предложила помочь купить нам свою! Мои родители? Я еще раз повторяю, ты — мужчина, ты должен привести женщину в свой дом! А ты со мной ругаешься из-за несчастных копеек.

Утверждение невестки, что если у сына денег нет, то обязана обеспечивать комфорт его жене мама, за гранью, считает Галина Ивановна. Похоже, Матвей с матерью согласен. И, похоже, у мужчины начали открываться глаза на свой брак.