«Ты «приватизировала» нашу маму, а у неё две внучки, между прочим», — обвинила сестра

— Да, это мы с мужем маму выручаем сейчас, а не она нас, — злится София. — Я легко бы могла найти дочери няню. Да, чуть больше бы платили — проблем-то!

София нервничает из-за недавнего скандала с сестрой и ее дочерью. Тогда сестра высказалась в неприемлемом для Софии тоне, дескать, их мама выручает Софию с мужем, сидит с их ребенком, и вообще, дочь Софии и сама она виноваты в том, что у ее девочки возникли проблемы со здоровьем.

Софии 31 год, сестре 29. Обе женщины замужем, но замужем очень по-разному. У Софии муж старше нее на 10 лет, вышла она замуж 6 лет назад за уже состоявшегося мужчину. Да, свекры были людьми обеспеченными, к сожалению, несколько лет назад их не стало — одного за другим. Но и муж не сидит, сложив руки.

— У него уже и свое дело было, когда мы только встречались, — говорит женщина подруге по спортклубу. — Работал официально, параллельно бизнес развивал, потом ушел с работы, трудится успешно и сам на себя.

Софию супруг по своим связям тоже неплохо устроил на работу: отсидела декрет, вышла, без проблем получила повышение, она не собирается сидеть дома как жена обеспеченного мужа, супруг это одобряет.

В собственности мужа — трехкомнатная квартира родителей, есть загородный дом. Была еще небольшая двушка, в которой они с Софией начинали жить, сейчас двушка переписана на Софию — подарок за рождение дочки. Что-то муж получил в наследство, как дом, что-то (двушку) купил сам.

Семья не бедствует, отдыхают хорошо и несколько раз в год. Последние пару лет берут на отдых маму Софии. Последние пару лет мама Софии как раз сидит плотно с внучкой. Так вышло, что ее сократили с работы, возраст — пенсия на горизонте, но до нее теперь еще 4 года, как-то надо жить, а на нормальную работу уже не берут.

Тогда старшая дочь и предложила: сиди с внучкой, а я — на работу, будем платить. И тебе хорошо, и нам спокойно. Естественно, мама согласилась. София с супругом ее не обижают: платят зарплату, которую женщина получала по последнему месту работы (квартира Софии сдается, тоже деньги приносит), берут маму на отдых, забирают за город летом, оплачивают маме коммуналку, лекарства, дочь постоянно что-то покупает из одежды.

— И питается мама в основном у нас, и ночевать частенько остается, а если не остается, то грех ей обижаться — домой и к нам она едет на такси, я деньги даю, — объясняет София. — И я даже не спрашиваю, куда она девает то, чем мы ей помогаем. Это не мое дело. Младшей дочери часть передает? Ну и ее дело, деньги заработаны, мне не жалко. Я и вспомнила об этом, потому что просто речь зашла.

У младшей сестры Софии, Ренаты, дела идут не очень. Есть муж. Пока есть. Есть дочь, которая немного моложе, чем дочка Софии. Рената сидит дома, у дочки аллергия, к тому же с работы перед самой беременностью сестра ушла, так что по сути возвращаться из декрета ей было некуда, если только искать новое место.

Однажды сестра почти нашла, но дочь в садике съела что-то не то, в общем, вылечив очередное обострение, Рената перестала пытаться. Говорит, что когда девочка хотя бы немного подрастет — будет видно, а пока ей только 4 года, маленькая.

Беда в том, что и супруг сестры работает не напрягаясь. Были с его стороны заходы к мужу Софии, чтобы устроил, взял к себе. Но тут уж муж твердо ответил, что с родственниками дел иметь не хочет и не станет. Софию только обрадовало такое решение, что такое муж Ренаты, она знала еще до брака сестры.

— У меня с ним одно время близкая знакомая встречалась, — говорит она. — В общем, сокровище то еще. И сестру я предупреждала. Но… любовь.

Рената как-то живет, пытается подрабатывать из дома, чтобы платить ипотеку за их с мужем однокомнатную. С мужем скандалит почти ежедневно, так как он не утруждается и дома, и с ребенком, в общем — затратное приложение к дивану. И ясно, что дело идет к разводу и к тому, что сестра вернется с дочкой к маме.

Ссора Софии и Ренаты состоялась из-за детей. Мама позвонила накануне, сказала, что младшая дочь просит ее посидеть с ребенком, Ренате куда-то надо, не будет ли София против того, что племянницу привезут к ней домой. София против не была: у дочки своя комната, игрушек полно, девочки не часто видятся, но они примерно одного возраста, лишь бы мама ладила. Продуктов тоже не жалко, тем более что племянница ест только то, что ей с собой дает Рената из опасений вызвать приступ. Если только манную кашу сварить — на нее аллергии нет.

— И мама пошла варить эту самую кашу, — усмехается София. — А моя дочь дала двоюродной сестренке конфету. Взяла ее в вазе в гостиной и дала, поделиться захотелось. Может, конечно, там была и не единственная конфета, но мама тоже не признается, на сколько времени она девчонок из поля зрения выпустила.

— Нормальное чувство, не жадная у тебя дочка, — говорит приятельница. — Угостила. Она же не знала, что сестричке такое нельзя.

Племянница сама знает, что конфеты нельзя, смутно понимает, почему именно, но… это ребенок. Одна девочка рядом ест, а второй почему нельзя. В общем, к приезду Ренаты за дочерью у Софии в квартире уже была скорая, бабушка не растерялась, вызвала сразу. Дочь Софии была и так напугана, а Рената еще и наорала на нее. На маму тоже наорала. И на Софию наорала чуть позже, когда сестра позвонила сама, чтобы выяснить, на каком основании ее дочери пришлось слушать мат и оскорбления.

— А на том! Ты понимаешь, что у меня ребенок болен? Твоя дочь накормила ее конфетами, до внутривенных дошло! Она теперь вся в коросте. Тебе дела до этого нет? Ты бы могла убрать из дома конфеты, ты знала, что я дочь привезу! И потерпела бы твоя драгоценная дочь без сладостей и фруктов! — кричала сестра.

София резонно напомнила, что это не ее дочь к Ренате домой привезла конфеты и фрукты, что ее собственный ребенок был у себя дома, где она вправе есть и сладости, и фрукты, у нее аллергий нет. Убирать из квартиры все, что может у племянницы вызвать приступ? Может, еще содрать обои и вынести ковры, как же, племянницу привезут.

— У себя дома, Рената. Командуй у себя дома. И подстраивай под особенности своей дочки все там, а не у меня. Но орать на мою дочь ты права не имела. Ты ее привезла сама.

— Привезла, — не сдалась сестра. — Потому что ты нашу маму просто приватизировала. Она сидит с твоим ребенком 5 дней в неделю по 12 часов, у нее две внучки, между прочим. Как мне быть, если мне тоже время от времени надо с кем-то оставить дочь?

— Я не знаю, как тебе быть, я маму не приватизировала, я ей плачу и даю возможность дожить до пенсии, — считает София. — Но то, что сестра устроила — из ряда вон. Она на это права не имела никакого.

София теперь думает, что вскоре сестра вернется со своей дочкой к их маме и будет еще один виток на тему того, что бабушка сидит только с одной внучкой. Няню София в уме держит, только… только просто так помогать маме, чтобы та помогала сестре, она тоже не собирается.