Все женщины стараются, чтобы от мужчины был толк для них и их детей, а свекровь старается ради чужих людей?

— Мам, погоди, — будущий муж Ларисы потер переносицу. — Толя в курсе? Это же его дом, ему и решать эти вопросы, причем тут ты, а тем более я?

Галина Геннадьевна что-то быстро говорила на том конце. Иван вздыхал, кивал, хотя мать его не видела. Лариса поняла: что-то случилось. И что-то подсказывало ей, что случилось это с домом.

У Галины Геннадьевны, с которой Лариса состоит в длительных отношениях и планирует свадьбу, есть муж. Анатолий, отчим Ивана. Живут они душа в душу уже лет пятнадцать. Анатолий мужчина хороший, спокойный.

И есть у Анатолия дом. Достался ему по наследству от родителей: старый, бревенчатый, в деревне за сто километров от города, там муж свекрови вырос, там его детство прошло. Но есть нюанс. У Анатолия есть взрослые дети от первого брака. Двое. И по закону именно они имеют право на этот дом после смерти отца. Пока Анатолий жив — дом его. А после — детям.

Галина Геннадьевна к дому не имеет никакого отношения. Ни по документам, ни по совести, как она любит говорить. Но это её не останавливает. Почему не имеет? А потому что пять лет назад будущая свекровь Ларисы развелась с мужем и обратно они не расписывались.

Сделано это было на всякий случай, чтобы Анатолий не претендовал на наследство, которое причитается Ивану. Про этот дом постоянно возникают вопросы. Анатолий уже на пенсии, со здоровьем у него не очень, и помощи, чуть что, просят у Ивана. Он и помогал, пока на горизонте у него не было Ларисы и их собственных планов по созданию семьи.

— Там же Толина память! — объясняла всегда свекровь. — Он там вырос! А дети его в том доме ни разу не были, им плевать! Если дом развалится, кто виноват будет? А мы же пользуемся, отдыхаем там. У нас там посадки разные, и вообще, я летом в городе сидеть не люблю.

Ларису бы дела с домом отчима мужа вообще не касались, но она умеет считать деньги, свадьбу планирует, уже траты приблизительно расписала: платье для неё, костюм для Ивана, ресторан, фотограф, торт, флористика, ведущий.

Они с Иваном мечтали об этом дне два года. Год копили, экономили: ни кафе, ни новой техники, ни отпуска. Лариса перестала покупать дорогую косметику, Иван донашивал куртку третий сезон. Каждый месяц они откладывали. И это при том, что живут молодые люди в наследной однушке Ларисы, не так остро перед ними вопрос с жильем стоит и за аренду огромные деньги каждый месяц отдавать не надо. Через год на счету было триста тысяч.

— Ваня, у Толи дом в ужасном состоянии, — голос Галины Геннадьевны звучал трагически. — Крыша протекает, полы гниют. Если ничего не сделать, он просто рухнет. Там вода капает прямо на диван.

— Мам, а Толя что говорит? — спросил Иван.

— А что Толя? Толя махнул рукой, говорит, что денег у нас всё равно нет на него. Но я же вижу, что он очень переживает.

Иван посмотрел на Ларису. Лариса посмотрела в пол.

— Мам, а дети Толи? Им же этот дом достанется. Может, они вложатся?

— Да что ты к детям привязался! — вспылила Галина Геннадьевна. — Они там не были ни разу! Это мы там лето проводим, ты приезжаешь с Ларисой шашлыки жарить. Ваня, мне всего-то двести тысяч надо. Ну помоги матери!

— Ваня, — Ларисе вся эта история очень не понравилась. — Это не наш дом, это даже не имущество твоей матери. Это, по сути, дом детей Толи от первого брака. Мы будем платить за чужое наследство?

— Лар, ну давай поможем? Накопим еще, успеем.

Лариса согласилась. Сама сейчас не может объяснить, почему, потому что любила, думала, что это разовая акция. Через неделю они перевели деньги. Галина Геннадьевна была очень благодарна, обещала, что век не забудет, что Лариса золото, а Иван — лучший сын на свете.

В соцсетях появились фотографии. У Анатолия на странице. Стояли оба на фоне дома с новенькой крышей, обнимала мужа Анатолия и подписывала: «Сохранил память для детей!»

«Дети», разумеется, это дети Анатолия от первого брака, которые к Ивану никакого отношения не имеют. Ни слова об Иване и Ларисе. Иван тогда сказал: «Ну они просто не подумали». Лариса промолчала.

Прошло полгода. А потом — снова звонок.

— Ваня, там печка развалилась, — голос Галины Геннадьевны был привычно-жалобным. — Мастер сказал, надо новую, а эту только ломать. Сто тысяч надо.

— Мам, — осторожно начал Иван, — а Толя вообще хочет этим заниматься?

— Толя хочет! — отрезала Галина Геннадьевна. — Просто он стесняется просить. А я не стесняюсь.

— Мам, но это дом детей Толи. Мы будем вкладывать деньги в то, что нам не принадлежит? У нас свадьба через на носу. Нет, мы не станем вкладываться в чужое.

Но Галина Геннадьевна не отстала, она звонила и уговаривала, шантажировала, манипулировала чувствами Ивана к ней, матери. Однажды она просто приехала внезапно к Ларисе, чтобы, как она выразилась, в глаза посмотреть, получив отказ от сына и будущей невестки.

И тогда Лариса не вытерпела. Она предложила будущей свекрови потребовать переоформления дома на саму Галину Геннадьевну, на Ивана и себя. Сказав, что так будет честно, они будут с Иваном вкладываться, Галина Геннадьевна и Анатолий будут пользоваться, зато потом имущество, которое требует сейчас то одних вложений, то других, пойдет им, а не детям Анатолия, с которыми тот толком и не общается.

— Что тут было? — закатывает Лариса глаза, вспоминая тот разговор. — Я бы еще поняла, если бы этот Толя начал возмущаться, но у нас начала кричать свекровь, что я меркантильная, что я хитрая, что я хочу чужого мужика облапошить.

— Он что-то должен оставить своим детям! А ты готова у них последнее забрать! — обвиняла мама будущего мужа. — Ларисе пришлось попросить её быстро уйти, наверное, получилось даже жестковато.

Иван не обиделся, он Ларису поддержал, а матери не устает удивляться. Удивляется и мама Ларисы:

— Надо же, все женщины под себя стараются грести, чтобы от мужчины, который рядом, толк был ей самой и её детям. А тут что? Она думает о незнакомых людях, что им наследство от отца не достанется?

Лариса считает, что очень даже хитрая мама у Ивана, за счет сына отремонтировать дачу вознамерилась. Да и мало ли какие договоренности у неё с Анатолием? Может, дом уже давно на неё саму и записан, а сыну признаваться не хочет?

В любом случае, свадьба Ларисы и Ивана скорее всего пройдет без участия матери мужа и её Анатолия. Шашлык тоже придется жарить где-то в другом месте, да хоть бы и на даче родителей Ларисы, у них она тоже есть, ремонтируют, правда, сами.