Мама ставит условие: «Если выберешь мужа — родителей у тебя больше нет»

— Лариса сама, конечно, руку к этому всему приложила, но я ей такого, конечно, не говорю — себе дороже будет. Но мне племянницу жалко, до слез, — говорит Дарья подруге.

Речь идет о старшей сестре женщины. Дарье 37 лет, а сестра Лариса, от первого брака матери, гораздо старше — разменяла шестой десяток, у нее есть взрослая замужняя дочь Женя, которая недавно родила ребенка.

Характер у Ларисы, как считает ее сестра, всегда был властный и деспотичный. Она стремилась командовать всеми: и на работе, и дома, ее, Дарью, «строила» в свое время только так. Хорошо, что отец падчерице дочь в обиду не давал, заступался, даже с мамой по этому поводу у него конфликты были.

— Она пыталась мной командовать, когда я уже замуж вышла, — вспоминает Дарья. — Но тут уже и я сама, и муж мой, просто ее послали. Довольно долго потом не общались вообще, кстати. А в своей семье она себя, конечно, ведет как хочет.

Муж у сестры давно и прочно сидит под каблуком и высунуться оттуда не смеет. Лариса и выбирала такого: тихого, покладистого, согласного всегда быть на вторых ролях в тандеме с жесткой волевой женой.

Дарья удивляется, как еще на работе у сестры все не разбежались от такого несговорчивого начальства, конечно, Лариса выбилась в руководители и у своего начальства она на хорошем счету — добивается результатов.

— Слезами подчиненных, — считает Дарья. — Ну ладно, это к делу не относится, но то, что она сейчас, да и вообще, творит с жизнью собственной дочери — уму непостижимо.

Жене 27 лет, она пошла в отца. Мягкая, неконфликтная. Может, не совсем пошла в родителя, но при такой маме иной она и не могла вырасти: в семье Ларисы только одно мнение верное — ее собственное. Женя прилежно училась, поступила туда, куда наметила мама, устроилась работать туда, где мама смогла составить протекцию.

— О мальчиках долго и речи не было, — вспоминает Дарья. — Я как-то ее спросила, лет в 20, есть ли у нее молодой человек. Ой, что было! Лариса меня едва на месте не испепелила: какой молодой человек, ей учиться надо, а не романы крутить, ты, Дашка, брось, дочь я тебе портить не дам, свою роди и пусть хоть на панель выйдет.

Дочь Дарьи не выйдет на панель, потому что у женщины двое сыновей. Да и Женя совершенно не была похожа на человека, который сможет пойти по кривой дорожке. Но как-то познакомиться с будущим мужем племянница все же исхитрилась. И долгое время, взрослая, в общем-то, девушка, держала свои отношения в тайне от матери, а когда заикнулась о том, что выйдет замуж — была буря.

Лариса орала на дочь, словно та украла или спуталась с уголовниками, топала ногами и заявляла, что за этого Никиту ее дочь выйдет замуж только через ее труп: разузнала, навела справки, что уж не понравилось будущей теще в биографии Никиты — неизвестно, нормальная у него семья, полная, не маргинальная, сам с высшим образованием, две сестры в семье младших? И что?

Тем не менее маме пришлось уступить — Женя была в положении. Покричала еще для порядка, но что ей было делать. Молодая семья сняла квартиру и стала жить отдельно, готовиться к рождению ребенка. И тут Лариса ложилась костьми: зачем, мол, отдавать в декрете такие деньжищи за аренду?

— Приходите и живите, по крайней мере, пока Женя на работу не выйдет. Копите деньги, свое жилье вы собираетесь покупать или нет?

Женя носила ребенка не очень хорошо — у нее проблемы с почками, лежала в больнице, теща метала громы и молнии, в каждом разговоре с зятем упрекала, что он не думает о жене совсем. Старалась на него сильно не давить, иначе, наверное, зять бы не совершил глупость и не поддался бы на убеждения со стороны матери жены.

В общем, когда племянница Даши была на шестом месяце, молодые переехали в трешку Ларисы. Сначала все шло и неплохо даже, Никита с тестем нашел общий язык, теща не лютовала, жалела дочь. Но все же ее твердая рука чувствовалась.

— Зачем сейчас выбирать имена ребенку? Вы родите сначала. Зачем вы это купили? Надо было посоветоваться, мебель Женьке тетка отдаст. Живете бесплатно? Экономьте. Почему вы вчера так поздно фильм смотрели? С ума сошли? Никита, твоей жене надо соблюдать режим, ты о ней хотя бы подумай, я уже не говорю, что и нам с отцом вы мешали. Молчи! — это уже мужу, который попытался влезть в разговор.

А потом случилась свадьба кузины Никиты. Не в Москве и не в Подмосковье, а в соседней Калужской области, Женя как раз только выписалась из больницы, Лариса жестко сказала, что нечего в ее положении по гулянкам разъезжать. Может, в этом она была права.

— Женька мужа решила отпустить на свадьбу, это его сестра, он с ней вырос у бабушки, тетка — крестная Никиты, там родители его будут, сестры, что вообще криминального? — пожимает Дарья плечами. — Но Лара завелась, мол, нечего женатому мужику одному по свадьбам раскатывать. Женя сидит дома — ты сиди рядом, будущий отец.

Никита не собирался подчиняться властной теще. Объяснить попытался — бесполезно, собрался и уехал, под крики матери жены о том, что он не думает ни о Жене, ни о будущем ребенке.

— А если что-то с ней тут случится? А? — Лариса уперла руки в боки.

— Если что — вы рядом, скорая быстро приедет, — ответил, начавший уже злиться зять и был таков, чмокнул жену в щечку, сказал, что завтра в середине дня вернется.

Как понимает Дарья, когда зять уехал, Лариса принялась выносить мозг собственной дочери на тему: ты выбрала в мужья никудышного человека, как ты могла ее отпустить, женатый мужик не должен раскатывать один, пока беременная жена дома сидит, он тебя не любит, о тебе не думает, а ты рохля, раз не можешь держать мужа в ежовых рукавицах.

Видимо, Женя настолько перенервничала, что у нее начались преждевременные роды под утро. Увезли в больницу, мальчик родился живой, но сильно недоношенный и проблем у него много. Зять примчался как только смог, в первой половине дня, ему позвонила рыдающая Женя, когда уже все закончилось, Лариса набрать непослушного зятя по телефону принципиально отказалась.

— Итог такой: Женю выписали, малыш в больнице, на интенсивной, Лариса вещи зятя выкинула в подъезд, он к родителям вернулся, зовет жену снова на квартиру съехать, — качает Дарья головой.

— А мать против?

— Не то что против! Она племяннице моей заявила, что если та выберет мужа, то может считать, что у нее нет родителей.

— Он тебя уже один раз предал, — бушует Лариса. — Бросил тебя беременную, развлекаться укатил! Довел тебя до преждевременных родов, малыш твой сейчас между жизнью и смертью, давай, уходи, он тебя еще раз предаст. Будет по бабам в открытую шляться, пока ты будешь сидеть с ребенком, если он выживет, конечно. И учти, мужики от больных детей быстро сливаются. И зятек мой сольется, плевать, что сына своего он и загубил фактически. Только мы с отцом будем тебя всегда поддерживать, что бы ни случилось, так что не пили, Женя, сук, на котором сидишь!

Женя плачет, но решительный шаг сделать не решается: а если мама права? Бросит ее муж с больным ребенком, куда она тогда пойдет?