Свекровь не желает знать кровного внука, зато общается с дочерью бывшей невестки,

Инна не ладит с матерью своего мужа. Категорически не ладит. Даже рождение сына, кровного внука свекрови, не помогло наладить отношения.

— Очень неумная позиция, — считает Инна. — Взять и испортить отношения и с сыном, и со мной, и с внуком родным не знаться, выбирая чужого, по сути человека. Я плохая? В семью влезла? Во-первых, не влезла. Само там уже развалилось всё, без моего участия. А во-вторых, а Аня хорошая? Святая, ага. Только тест ДНК показал совершенно обратное.

— За этот тест она на тебя зуб и точит, — считает подруга Инны. — Она к девочке привязалась, считала внучкой, а ты взяла, да и всё разрушила.

— Я? — удивляется Инна. — А не Анна, когда она мужу изменила и родила неизвестно от кого? Да, я просто удивилась вслух, что у родителей с третьей группой крови родилась дочь, у которой группа крови вторая. Я неплохо помню биологию ещё со школы.

Инне 35 лет, пять лет назад она вышла замуж за Игоря, четыре года назад родился общий сын. И тогда же муж женщины пошёл в суд, чтобы подать иск об аннулировании отцовства. Игорь до Инны был женат. Бывшую зовут Анной, все участники треугольника ровесники, плюс-минус несколько месяцев.

Женился впервые Игорь 11 лет назад, ему было 24 года, Анна говорила о беременности, потом оказалось, что тревога была ложной, но поданное заявление забирать не стали, пошли и расписались. Через год после регистрации брака в семье родилась дочка.

Как рассказывал Инне муж, первое время всё было довольно неплохо: жили в квартире, предоставленной родственниками жены, копили на своё, растили дочь. А потом как-то всё разладилось. По мнению Анны, муж недостаточно помогал по хозяйству, мало внимания уделял дочери, был недостаточно предупредителен с тещей. В общем, стандартный набор претензий в семье, несчастливой «по-своему».

— Там дело закончилось тем, что когда мы с ним познакомились, то он уже жил у мамы месяц, его выставили из дома, дескать, он там никто и звать его никак. Он вообще, пока мы встречались, был просто плательщиком алиментов, я считаю. Свекровь к внучке допускали, а его к дочери, ну, мы так думали, что к дочери, — нет.

Через полгода после знакомства с Инной жена предложила Игорю сойтись, мол, ребёнок без отца растёт, а он уже отказался. Анна подала на развод, а алименты были назначены раньше. После официального расторжения брака Игорь представил Инну своей маме. И та едва ли не с порога высказала всё, что она думает о женщинах, которые раздвигают конечности перед мужчинами, состоящими в браке.

— Если бы ты не влезла, они бы сошлись и моя внучка росла бы в полной семье!

В общем, взаимопонимания не возникло, свекровь даже не старалась сыну не высказывать своего презрения к его новой жене. В конце концов отношения матери и Игоря тоже испортились. Когда Анна забеременела, Игорь маме сообщил, а как же. Но та в своей манере гордо провозгласила, что у неё есть только внучка, а других, «от всяких там», ей не надо.

Не надо, значит, не надо. Родился сын, когда ему было всего несколько недель, у Инны с мужем возник как-то сам собой разговор о группах крови. И Инна вслух, а как иначе, удивилась тому, что дочь Игоря имеет вторую группу.

— Не может такого быть и всё, — Инна даже разозлилась. — Или ты сам чего-то не помнишь, или ты что-то перепутал, смотри!

И показала мужчине информацию, которую в сети найти можно совершенно свободно и за пару секунд. Игорь почесал в затылке, допустил, что мог ошибиться или напутать. Проехали, забыли, у только что родившей Инны было полно других забот, а через некоторое время муж пришёл домой мрачнее тучи.

— Бывшая жена ему давала ребёнка изредка, пойти и сделать анализ — никакого труда, сейчас это не стоит бешеных денег, — продолжает женщина. — В общем, ничего никто не перепутал, просто святая Анечка оказалась не святой.

Был скандал с бывшей, суд. Слёзы Анны, слёзы и отрицание со стороны свекрови: «Это тебя новая жена настроила, она всё подстроила, я не верю». Алименты муж Инны теперь не платит. С девочкой он свернул общение постепенно. Сначала, пересилив себя, ещё встречался с ней, потом свёл встречи на нет. Наверное, можно его за это осуждать, считает Инна, но не больше, чем Анну, которая была неверной женой в первые же месяцы супружества.

Зато свекровь Инны общения с чужой внучкой не прекратила: ходит, носит игрушки, гостинцы, игнорирует внука от второй жены сына, периодически выносит мозг Игорю:

— Это всего лишь ребёнок, и он ни в чём не виноват! Как ты можешь вообще? Дочкой называл, любил и всё — в один миг испарились чувства? А девочка тебя ждёт, спрашивает, а когда папа к ней придёт. А я знаю, откуда ветер дует. Это Инна твоя расчистила дорогу от конкурентов своему ребенку. Ты бы проверил, может, и это не твой! Я воспитала бессовестного сына, способного бросить ребёнка!

— Не своего ребёнка, — замечает Инна. — Я расчищала дорогу от конкурентов своему ребенку? Можно и так назвать. А почему у моего сына должен отнимать ресурсы плод адюльтера его матери? Девочка скучает? Анна встречается с мужчиной, и вообще — не наши это проблемы и точка.

— Я просто поражаюсь, — качает головой подруга Инны. — Так заботливо твоя свекровь страдает по поводу того, что скучает чужой ребёнок, и совершенно не хочет знать своего собственного внука? Странная позиция, а ещё страннее то, что пожилой человек совершенно не думает о будущем? Кто за ней ухаживать будет?

— Ой, — отмахивается Инна. — Ухаживать, может, и будут. Квартира у неё есть, завещает любимой внучке. И пусть, мне ничего чужого не надо. Мне — лишь бы моё у моего сына не отнимали.

Инна с мужем сейчас выплачивают ипотеку за общую двухкомнатную. В глубине души Инна очень даже рада, что так всё случилось, зато дочь мужа от первого брака не будет претендовать на наследство потом, а свекровь как хочет. Пусть любит дочь бывшей, лишь бы к ним в семью не лезла.