«Наверное, давай, выходи на работу, мне надо помочь Юле», — сказал муж

— И тут Юля решилась на развод, с ребенком шести месяцев, без жилья в Москве, а к маме ехать ей не хочется, — злится Ольга. — А у нас к чертям летят все планы и договоренности.

— А что там с мамой? В конце концов, какая золовке разница, где сидеть во время декретного отпуска? Нет, ну понятное дело, в Москве ей больше нравится, но что поделать, раз сама на развод пошла, — пожимает плечами подруга.

— В том, что касается ее мамы, я отчасти сестру мужа понимаю, — отвечает Ольга. — Мама там четвертый раз замужем, в квартире живет в своей, Юля там на птичьих правах будет, но причем тут я и моя семья? Кто просил Юлю выходить замуж, раз мужик такой никудышный? Кто не давал спокойно хотя бы досидеть декрет? Значит, она безбедно дождется трехлетия сына, а я побегу на работу, чтобы ее квартиру оплачивать? Да еще и буду рваться на части между слабеньким младшим и первым классом старшей? Это нормально?

Ольге 35 лет, замужем за ровесником, оба супруга из провинции, в браке 11 лет почти, вместе вставали на ноги, покупали жилье. У них двухкомнатная квартира, ипотека почти выплачена, так как экономили, старались, платили с опережением. Двое детей, сын и дочь, точнее, дочь и сын — именно в такой последовательности, так что предстоит расширение жилплощади.

Муж в последние четыре года, сменив работу, получает вполне себе приличную оплату, а Ольга с самого рождения старшей дочери сидит дома. Так вышло, разница между детьми без нескольких дней три года, из одного декретного отпуска она ушла во второй.

Муж сам просил второго ребенка, ему хотелось сына, Ольга пошла навстречу. Нет, она не планировала осесть дома на всю оставшуюся жизнь в домохозяйках, просто одно дело — мечты и планы, а другое — реальность.

Первая дочь у супругов родилась крепенькой, здоровой, без проблем пошла в садик и ходит туда практически без проблем. А с сыном вышло все иначе: роды пошли не по плану, мальчик родился в срок, но у него есть неврологические диагнозы. К счастью, основные проблемы удалось решить за первые годы жизни, но…

— В сад я попробовала его повести в 2 года и 9 месяцев, — вспоминает Ольга. — И практически сразу, хотя ходили мы плавно, на 2 часа, потом на 3, но у нас начался откат по неврологии, да еще и оказался слабеньким иммунитет. Так бывает, что лечишь одно и страдает другое. После недели попыток ходить в сад мы в больницу загремели на месяц. Я не говорю уже о том, что мужу непросто пришлось одному с дочкой, бабушек рядом у нас вообще нет, но разве гробить сына садом — это нормально? Нам врач сказала прямо: если есть хотя бы малейшая возможность сидеть дома, сидите.

Ольга с мужем тогда сели, прикинули все и решили, что жене надо увольняться: пусть малыш окрепнет, денег им хватит, да и вообще, через год дочке в школу, а с первоклашкой без бабушек и нянь вообще трудно.

Ольга поехала и написала на работе заявление об уходе. Сидит чуть больше года дома, дочка ходит в садик, правда, в конце мая перестанет, но трагедии нет — мама дома, все нормально, не надо думать было о том, куда пристроить будущую первоклассницу.

Ольга смотрела на жизнь с оптимизмом, здоровье сына улучшилось, на занятия с ним времени хватает, деньги зарабатывает муж, они даже продолжали гасить свою ипотеку с опережением, а тут… Юля!

Сестре мужа 27 лет. Два года назад золовка расписалась со своим молодым человеком, с которым познакомилась по интернету и к которому три года назад переехала. До этого Юлия с матерью не жила, из родного городка уехала работать в областной центр, снимала жилье с подругой.

За сестру мужа у Оли порадоваться не получалось. Да, муж с квартирой и машиной, вроде бы работает, но… сразу было видно, что он не для семьи. Какой-то вертлявый, «легкий», ни о чем нет заботы и отказывать себе в привычных удовольствиях, брать на себя лишние проблемы, меняя образ жизни, он ожидаемо оказался не готов.

— Сначала, как это бывает, была романтика, любовь, потом начался быт, — усмехается Ольга. — А еще и беременность золовки. Она с токсикозом, а его друзья куда-то позвали, собирается и идет. Он умудрился даже «потеряться» на шашлыках с друзьями на сутки, когда жена рожала, мой муж сестру и отвозил, и вызванивал ее мужа. Но все это, прям, видно было сразу. Ожидаемо, прогнозируемо, а Юля надеялась, что рождение ребенка его серьезнее сделает?

Конфликты в семье золовки начались в период беременности, а после рождения сына усугубились: молодой отец не считал нужным ни помочь жене, ни даже проводить выходные дома. Гулял точно так же, как гулял до этого. С друзьями. Какие-то деньги он жене отдавал, но и на свои удовольствия оставлял заначку. Начались еще и конфликты по поводу денег.

— Я тебе только отдал 30 тысяч, а ты заявляешь, что на памперсы нет? Живем, за аренду не платим, ипотеки нет, куда ты деваешь деньги? Что? Погулять пойти с ребенком, пока ты в ванну сойдешь? Юля, у меня выходной, я не кормящая мать, я Глебу обещал с ним поехать на авторынок, он заедет через 15 минут.

— И все в этом же ключе, — говорит Ольга. — Свинство, конечно, но что поделать, сама такого выбирала, сама от такого беременела. В общем, Юля пуганула мужа, мол, не изменишь отношения к семье — разведусь. Мне вообще кажется, что он только этого и ждал. Сказал ей, что если она сейчас уйдет, то обратно может не возвращаться. Не устраивает — вали.

— Ну да, для него развод равен освобождению, — соглашается подруга. — Исчезнет раздражитель, который что-то требует постоянно…

Золовка не поверила, сняла квартиру на месяц, решив мужа проучить. Ушла, оставив записку, а он написал вечером, что вещи их с сыном собрал, пусть Юлин брат приедет. Сестра мужа снова психанула и едва ли не через неделю подала заявление на развод и алименты. Хотя могла спокойно подать только на алименты, до года ребенка муж бы с ней не смог развестись.

Развели пару быстро, золовка уже три месяца живет на съеме, получает алименты от бывшего мужа и не собирается никуда съезжать. Кто платит за аренду? Муж Ольги, кто же еще. Своих денег ей не хватит, потому что аренда в Москве кусается, а пособие, алименты на ребенка и на саму Юлю не покрывают всех расходов.

— Она не может ехать к матери, матери не до нее, свекровь ее бывшая плечами пожала, мол, я вас не сводила, разводитесь тоже без меня, на ее бывшего надежды никакой, — объяснял Ольге муж необходимость материально помогать сестре. — К нам ее тоже не вариант, ты же первая будешь против, да я и понимаю, что в двушке не жизнь таким табором, что поделать, Оль, ей больше никто не поможет.

Денег в последние месяцы в семье — в натяг. О том, чтобы гасить ипотеку прежними темпами, уже никто не заикается. Даже сборы дочки в школу — проблема, потому что не откладывали почти, за жилье старались расплатиться. Как-то на днях встал вопрос о деньгах, и Ольга услышала от супруга:

— Оль, что поделать, такая ситуация. Наверное, надо тебе срочно работу искать, мы не справляемся!

— Мы справляемся! — злится Ольга. — Это Юля не справляется. Муж будет спонсировать сестру, а я работу искать, срочно? А проблемы с сыном никто не отменял, год с небольшим всего с той попытки его в сад отправить. А из школы кто будет забирать осенью дочь? Юля с коляской?

Ольга впервые серьезно поссорилась с мужем. Почему он делает в ущерб своей семье? Почему надо тащить сестру, ну ладно, не хочет жить с матерью, пусть снимет жилье в родном городке, оно там дешевле, на это даже помощь мужа Ольги будет уходить почти безболезненно для семьи.

— Я отказалась искать работу, хоть режьте меня, принципиально. Во-первых, я из-за наших с мужем договоренностей лишилась нормального, по сути, места. А теперь куда? В первую попавшуюся контору? Чтобы что? Чтобы рваться на части, а Юля будет жить в декрете, в оплачиваемой братом квартире, зато в Москве?