«Мам, ну я же имел право забрать свои деньги», — огорошил сын с подачи невестки

У Аллы Николаевны, пенсионерки, двое детей: старшая дочь от первого брака, окончившегося разводом, и сын от второго, его отец умер семь лет назад.

Дочери 36 лет, давно замужем, с мужем у них ипотека на двухкомнатную квартиру и две дочки. С сыном женщина пополам вступила в наследство за покойным мужем, тоже двухкомнатная, в ней Алла Николаевна и жила.

Есть у женщины ещё и старенький маленький домик в полутора часах езды от Москвы на электричке, его Алла Николаевна использует в качестве дачи, лето проводит там с тех пор как вышла на пенсию: общается с приятельницами, выращивает цветы, зелень, плодовые кустарники. Есть на даче и старенькая яблоня с грушей и вишнями. Тишина, правда, домик уже совсем плохонький, но летом — самое то.

Старшая дочь время от времени привозит на дачу внучек. Им 9 лет и 4 года, по праздникам едут на дачу все — шашлыки жарить и просто отдохнуть, речка рядом.

Сын год назад женился, живут с невесткой в квартире, принадлежащей теще. Жильё наследное от матери, сватья его молодым предоставила лишь временно. Два года назад у Аллы Николаевны скончалась одинокая старшая сестра. Детей у неё не было, Алла Николаевна ухаживала сама, навещала, пыталась лечить, но у сестры с юности было слабенькое здоровье.

Сестра в своё время не стала вступать в наследство за родителями, мол, ей не до дачи, а после её смерти Алла Николаевна унаследовала ещё и однокомнатную квартиру. Предугадать, как будут развиваться события, она не могла, поэтому однушку, достаточно неудобно расположенную, решила продать и поделить деньги между детьми.

Дочь вложила свою часть в их с зятем ипотеку, сын положил средства на счёт, он уже тогда собирался жениться на Тамаре, жил с ней к тому времени пару месяцев вместе. Никаких бумаг о том, что Алла Николаевна выкупает у сына его долю, никаких дарственных на деньги — ничего. Ведь это её кровные дети, они же семья — так думалось.

А чуть больше года назад у Аллы Николаевны сменились соседи по квартире. Сразу две семьи продали жильё: через стенку и соседи сверху. И с тех пор всему подъезду покоя нет: те соседи, что сверху, — откровенные маргиналы, остаётся только удивляться, откуда у них деньги на жильё, Алла Николаевна слышала, что родители женщины буквально откупились от неё и зятя покупкой квартиры, у них есть благополучные дети, а эта — не удалась.

— Гуляют так, что мама не горюй, — качает головой Алла Николаевна. — Дым коромыслом, а жаловаться соседи боя́тся, там у мужа конкретно с головушкой беда. И через стенку соседи немногим лучше.

Осенью соседки сверху Аллу Николаевну залили, не сильно, но в совокупности с постоянным шумом и страхом выйти в подъезд… в общем, неприятное соседство.

— Мам, да продай ты эту двушку и купи себе другую, поближе хоть к сестре, — посоветовал как-то сын. — Зачем мучиться-то?

Дочь тоже высказалась за продажу и переезд поближе к ней и внучкам. Алла Николаевна задумалась и решилась. Сама она опасается сделок с недвижимостью: сейчас все наслышаны о мошенниках всех сортов, дочь обещала подыскать удобный вариант, но от продажи отказалась, ей некогда.

— Тома у брата в конторе по продаже недвижимости работает, неужели она не поможет? — пожала плечами дочь, и снова женщина этот совет приняла: кто же думает об обмане со стороны близких людей.

— Да и не было по сути никакого обмана, — вздыхает пенсионерка. — Просто обидно, что всё сделали так. По закону, кто же спорит, а по совести?

Алла Николаевна с Тамарой и сыном съездила к нотариусу, оформила доверенность на сына и в середине апреля с чистой совестью съехала на любимую дачу. На днях сын отзвонился и сказал, что сделка прошла, мамина квартира успешно продана и надо в течение двух недель вывезти вещи и сняться с регистрационного учёта.

Алла Николаевна на радостях позвонила дочери, дескать, где там твои варианты? Не хотелось бы вещи тащить на дачу, а потом опять в город. Дочь вариант подобрала, и Алла Николаевна с зятем и дочкой заехала за сыном, чтобы поехать в банк и перевести с его счёта средства по сделке за свою новую квартиру через два дома от квартиры дочери и зятя.

В банке женщина испытала настоящий шок, так как денег сын ей отдал на руки… ровно половину от продажной цены их квартиры. Подняла на него удивлённые глаза, думала, что ошибся сын, ан нет, стоит спокойный, и Тамара рядом с постной личиной.

— А как? — только и нашла в себе силы спросить Алла Николаевна.

— Мам, ну я же имел право забрать себе свою половину? Нам с Томой тоже квартиру надо покупать. Ну да, на двухкомнатную не хватит тебе, найди что-то поменьше или дачу продай.

— Алла Николаевна, вы, наверное, и не вспоминали, что половина квартиры принадлежит вашему сыну? — заботливо спросила невестка.

Дочь с зятем поняли всё первыми, у Аллы Николаевны было такое чувство, что зять сейчас её сына ударит. Сдержался. Подхватили мать и выбежали из банка. Алла Николаевна в машине сидела в полной прострации, рыдать начала, когда уже подъезжали к дому дочери.

Никакой сделки не заключили, естественно. Алла Николаевна сначала решила, что на даче теперь поселится, что уж, на те деньги, которые у неё остались, даже однокомнатную не купишь, а какая ипотека, если у неё пенсия?

Но дочь сказала, что дача останется в семье, а они с мужем возьмут маме однокомнатную, оформив ипотеку на себя, вторую, за свою двушку им платить совсем немного осталось, а ведь мама в их квартиру наследство своё вложила, так что будет матери жильё, а пока они зарегистрируют её у себя, чтобы пенсию московскую не терять.

— Ничего, мам, справимся, надо теперь только вариант приемлемый искать, — говорит дочь.

А Алла Николаевна не может сдержать слёз: почему же дети у неё такие разные, ведь одинаково воспитывала? И как теперь строить отношения с сыном и его женой? Дочь та сразу сказала, что брата у неё больше нет, Алле Николаевне горько, больно, но… он же ей сын…