«А почему я не могла распорядиться своими деньгами?» — злится Жанна

От Жанны муж ушел. Пока — временно, как он сказал, мол, ему надо остыть, да и Жанне поразмыслить над тем, что у них — семья или так.

— Я и поразмыслила, — говорит женщина подруге. — Обидно, досадно, квартиру теперь придется делить, если решусь на развод. Но то, что он устроил, — за гранью. И главное, а в чем я виновата? В том, что распоряжалась своим имуществом по своему усмотрению? Я не из семьи деньги выводила. Я их вообще не выводила. Я откладывала средства для своей дочери. Не имела права? Это как посмотреть.

У Жанны — второй брак, от первого есть дочь, ей 8 лет сейчас. Замужем за пока еще нынешним мужем женщина 4 года, так как ее первая семья развалилась, когда дочке было всего несколько месяцев. Жанна вернулась с малышкой к маме, подала на развод сама, получала алименты, потом познакомилась со вторым мужем, так получилось — на работе, когда из декретного отпуска вышла.

— Первый муж мой оказался к ребенку не готов, да, мы совсем молодыми были, когда Ника родилась, по 23 года всего. Ну, в общем, лодочка наша разбилась о быт. А тут Гриша, весь такой серьезный, ответственный.

Муж номер 2 тоже был в браке, от бывшей жены есть сын, сейчас ему 14 лет. Мужчина был серьезным, только-только развелся, временно жил на квартире, копил деньги на свое отдельное жилье. И Жанна копила. Встречались, потом незаметно для себя начали планы строить: как купят общую квартиру, потом, через несколько лет, возможно, родят общего малыша…

Перезнакомились с родителями друг друга. У Жанны отдельно живущий отец был, и мама, у мужа только мать. С Никой Григорий нашел общий язык, Жанна прямо зауважала мужика за такое отношение к ее ребенку.

— Сходились, так сказать, на паритетных началах, — продолжает Жанна. — Я алименты получала, он — платил, зарплаты почти равные, расписывались, так как решили общую двушку покупать.

У Григория были накопления, мама Жанны дачу продала, дача давно досталась ей в наследство, думала, что воспылает страстью к земле и цветочкам с огурцами с возрастом, не воспылала. Продала и деньги отдала дочери. Так что и первоначальный взнос на квартиру был практически строго 50 на 50, все честно.

— И жили неплохо, и ипотеку почти погасили, — усмехается Жанна. — А теперь муж обиделся, видишь ли.

Обиделся муж по поводу денег. Так вышло, что бабушка Жанны со стороны отца отошла в лучший из миров, следом за ней 2 года назад не стало отца, осталась некоторая недвижимость, которую поделили Жанна и дочь отца от второго (тоже распавшегося) брака. Единокровная сестра забрала двушку отца, а Жанне досталась однокомнатная квартира бабушки и денежная компенсация за разницу в квадратных метрах: мать сестры неплохо после отца устроилась, выдала Жанне деньги, точнее, перевела по ее просьбе на маму Жанны.

— История всей нашей семьи — это история разводов, — мрачно шутит женщина. — Ну вот так вышло, маме пришлось контактировать со своей бывшей соперницей, впрочем, делить им уже было некого и нечего.

Про однокомнатную квартиру Жанна мужу тоже решила ничего не говорить. Оформила бумаги, сдала по договору, реквизиты — мамины. Почему так?

— А потому что если мы на равных, значит, мы на равных, — считает женщина. — Я просто сказала, что отец оставил завещание на вторую дочь. Потому что у меня есть пока всего один ребенок, а Гриша ей не отец. Вряд ли он будет согласен устраивать ее будущее, у него есть свой сын. И почему, интересно, я должна деньги от своих активов класть в общую копилку?

Деньги, которые были выплачены маме Жанны, частично остались на счете, а частично… мать и дочь сделали вид, что у мамы в загашнике остались средства и она дочери машину подарила. Жанна рассудила, что если это ее наследство, то и незачем обращать его в совместную с мужем собственность. Один развод же у нее уже был, мало ли.

Зять тещу поблагодарил, хотя чаще именно Жанна и пользовалась машиной, но и мужу порулить давала. Супруги спокойно жили, деньги на счете копились. Ипотеку гасили с зарплат. Жанна считает, что сама содержит дочь, с помощью алиментов от бывшего, Григорий, как оказалось, считал, что дочь жены кормит он и Жанна не имела права от него утаивать ни квартиру, ни деньги от ее сдачи. Это он еще о выплаченной разнице за наследство не знает, она по бумагам нигде у Жанны не прошла.

Как супруг оказался в курсе? Все просто, на работу новую решил устроиться, а специфика такова, что надо декларацию об имуществе заполнять на себя и на жену. Так и выяснилось, что у Жанны есть «нелегальная недвижимость», полученная в наследство.

— Ты меня обманывала! — трагически заявил муж. — Не неделю, не две, а годы! Чуть ли не с самого начала. Я работу меняю, чтобы наша семья жила лучше, мы с ипотекой маемся, а ты легко могла ее погасить. Как это называется, Жанн? Это не про семью, уж извини!

— А я не девочка уже, чтобы жить чувствами и эмоциями, — пожимает женщина плечами. — У мен за плечами развод, есть ребенок и вообще, сходились на равных условиях, значит, дальше они тоже должны быть равными. Я не утаивала деньги из семейного бюджета, не крысила, не шаманила с чеками на покупки, чтобы завысить стоимость одежды и продуктов, я просто не отдала свое в общее, это криминал?

Григорий счел, что да, он себя полагает обманутым в лучших чувствах. Предложил пока пожить отдельно, чтобы он остыл, чтобы Жанна сделала выводы, что в семье так нельзя. Жанна и сделала.

— Продадим двушку, куплю себе такую же, но мою, — говорит женщина. — И я считаю, что я права была на все сто. Нынешняя ситуация это отлично показала. Мне хоть не обидно теперь, что я вложилась в семью, а меня кинули. Развод неизбежен. Во всяком случае, быть официально замужем я больше не желаю.