«Есть сын, а наследство он оставил второй жене», — возмущается Зоя Дмитриевна

— Я о том, что всё оставлено Алисе и что они зарегистрировали отношения для этого специально, узнала только за две недели до смерти сына, — говорит подруге Зоя Дмитриевна.

— Зоя, у меня в голове не укладывается, — качает приятельница головой. — Есть единственный родной сын, есть мать, а он оставляет наследство чужой женщине и её детям? Как так-то?

— Вот так, я сейчас всю голову сломала: подавать ли на свою обязательную долю или нет, месяц у меня всё же есть, — грустно отвечает женщина. — Мне по закону положена какая-то часть…

— Ну и подавай, раз положена, — уверенно советует подруга.

— Сын с меня обещание взял, что я не пойду против его воли, дескать, Алиса тоже ему слово дала, что вступит в наследство и сразу же напишет завещание на моего внука, а до её смерти — всё будет принадлежать ей.

— И ты веришь, что Алиса, имея двоих родных детей, сдержит это самое слово? Не дури, хотя бы какую-то часть забери себе, иначе потом поздно будет локти кусать, — говорит Зое Дмитриевне подруга.

Пять месяцев назад у Зои Дмитриевны не стало старшего сына. Мужчина умер от онкологии, с которой мужественно боролся три года. У 78-летней пенсионерки есть ещё, правда, дочь и внуки от неё, но это не отменяет горечи потери: сыну было всего 52 года.

Максим, как звали мужчину, был в юности женат, от этого брака у него есть 25-летний сын, а последние 18 лет Максим состоял в гражданском браке с женщиной по имени Алиса. Жили вместе, неплохо жили, у Алисы двое детей от первого мужа, сын и дочка, трёхкомнатная квартира, доставшаяся в наследство от родителей. Дети у Алисы тоже уже взрослые.

— Максим к ним хорошо относился, сына её платно учил в институте, не прошёл парень на бюджет. Дочка тоже с ним хорошо общалась, — продолжает Зоя Дмитриевна. — Но ведь это не свои дети, Галь, чужие! И потом, у них собственное наследство будет. Не понимаю, почему он так поступил…

Максим с сыном от первого брака начал как-то общаться, когда парень уже подрос, а развелись они с его матерью, когда мальчику не было и четырёх лет. Не из-за Алисы развелись. Бывшую невестку Зоя Дмитриевна не идеализирует: та ещё щука была, и настраивала внука против отца и против бабушки, и видеться не давала, и замуж вышла чуть ли не через два месяца после развода.

— Значит, кто-то у неё был на стороне, когда они ещё в браке жили, — уверена пенсионерка.

Алиса Зое Дмитриевне нравилась: спокойная, домовитая, за Максимом преданно ухаживала, когда он заболел. Но женщина считает, что второй жене достаточно было бы и машины, которую год назад на неё записали, и вклада, который был на её имя открыт, когда стал известен диагноз Максима.

— И достаточно того, что свою квартиру сын все эти годы сдавал, деньги капали, и что Максим в её детей деньги вкладывал, — добавляет подруга Зои Дмитриевны. — Жильё твой сын получил в наследство от бабки, и оно должно остаться в вашем роду. Ну ладно, больной человек, он Алисе был благодарен, что не бросила, что доходила до конца, но ты, Зоя, как говорится, клювом не щёлкай, не жди, когда Алиса выполнит обещание, тем более что тебе этого точно не суждено увидеть: ей и пятидесяти нет ещё, явно ты не доживёшь до её смерти.

Когда Максиму поставили диагноз, Алиса подняла на уши все связи, возила мужа по обследованиям, добилась направления в лучшую клинику — это да, она сына Зои Дмитриевны, кажется, всерьёз любила. На какое-то время рак отступил, а потом вернулся.

Когда стало ясно, что ему недолго осталось, Максим предложил сам: «давай оформлять брак, чтобы потом у тебя не было проблем с наследством и вообще, чтобы не было проблем». Сама Алиса говорит, что даже не из-за наследства это всё делалось, а из-за того, что мать Максима уже в возрасте, а подписывать документы и разговаривать с врачами должна жена, а не сожительница.

А уж когда расписались, то Максим написал и завещание на жену, и взял с неё обещание, что его квартира после Алисы отойдёт его кровному сыну, а не детям жены. Но вот сейчас он не хочет оставлять всё отпрыску.

— У них не особенно тёплые отношения были, даже когда они стали общаться, — объясняет решение мужа Алиса. — Попросил раз, дал Бог, чтобы сын отвёз его на машине в клинику, у нас тогда был период, когда мы старую продали, а новую ещё не купили, а сын отказал ему. И потом, знать, что отцу осталось совсем немного, и звонить раз в месяц — и то, когда я напишу: «мол, не совестно тебе» — это родственные отношения? Да, я понимаю, что его в детстве против Максима настроили, но давно прошло то детство…

Зоя Дмитриевна считает, что не так уж и виноват внук, что с отцом такие отношения были: мол, молодой парень, для них в этом возрасте болезнь и её печальный финал — что-то такое далёкое вообще. Поэтому она сильно удивилась и расстроилась, когда сын сообщил новость, что у него есть законная жена, и взял с матери обещание, что она его решение не будет оспаривать.

— Мам, обещай, что не полезешь? Прямо сейчас и здесь обещай. Я всё обдумал: квартира перейдёт к Алисе, а уж после неё — к моему сыну, она мне тоже обещала.

Что должна была делать мать, видя, что сын тает на глазах? Пообещала. Речь идёт о трёшке, которую сын купил и выплатил ипотеку после получения наследства за родным отцом (дети Зои Дмитриевны от разных мужей). Квартира расположена не очень удобно, но она сдавалась все годы, что Максим жил у Алисы, приносила доход и дальше будет сдаваться.

Мужчина полагал, что дополнительные деньги Алисе не помешают. И вот — сына нет, Алиса была с ним до последней минуты рядом, ухаживала, уколы делала, мыла, утешала, потом организовывала проводы в последний путь с помощью своей родни. До срока вступления в наследство остаётся месяц, а Зоя Дмитриевна вся испереживалась: как сделать правильно, подавать ли на свою обязательную долю или нет?

— Вот, отец Максима, тоже жил с какой-то, но он же не ей квартиру оставил, а сыну, — рассуждает она. — А с другой стороны, если я слово нарушу? Во-первых, я его умирающему сыну давала, а во-вторых… ну отсужу я себе маленькую долю — и что? Алиса квартиру продаст, выплатит мне деньги за мою долю, купит себе на сдачу другую квартиру — и уже никакое завещание на моего внука не напишет. Не сделаю ли я хуже?

Дочь Зои Дмитриевны и лучшая подруга советуют не верить в чистоту и крепкое слово вдовы Максима, брать хотя бы то, что можно будет взять для родного внука. А вы что скажете?