«Нельзя же так, ты всё время в телефоне или в компьютере», — возмущена свекровь

Больше всего Марину взбесила фраза мужа: «Знаешь, а мама отчасти права». Теперь молодая женщина размышляет вообще о природе и судьбе своего брака.

Нет, радикальные шаги делать она пока не готова, но некоторые планы уже пересмотрела.

— Деньги начала откладывать, мало ли что. И я считаю, что я имею полное право вывести эти деньги из семьи. Я и мужа предупредила: если он не извинится или ещё что-то мне подобное заявит, то я вообще перестану вкладывать то, что зарабатываю, в семейный бюджет, — говорит молодая женщина подруге.

— Имеешь полное право, — говорит приятельница. — Ты вполне могла бы сидеть на попе ровно и этих средств вообще бы не было. У тебя декрет, твои обязанности — сидеть с ребенком. Не борщи мужу варить каждый день свежие, не шнурки ему наглаживать и с тапочками к двери ломиться, когда он приходит, а следить за ребенком. Быт — пополам, я считаю, да, даже в декретном отпуске. Ишь, разбаловался. Почему-то у нас считается, что в декрете жена должна стать чуть ли не прислугой — она же дома сидит, блин.

Марина так не считала никогда, быт она брала на себя, кроме, пожалуй, последних месяцев. Полностью, весь, ведь она же «сидит дома». Единственное, что Марина теперь не будет делать точно, так это планировать прибавление в семействе, а ведь они загадывали, что детей у них будет двое и с минимальной разницей в возрасте.

— Какой второй, если пошло такое? — говорит Марина. — Я уже не говорю о том, что в последнее время муж материально не вывозит, ладно, такое со всяким может случиться, я же думала, что мы семья, выстоим, я помогала мужу и готова была дальше помогать. Но после претензий свекрови и его слов про то, что мама права… Нет уж, одного ребёнка я обеспечу, если что, а двоих — не факт.

Сыну Марины недавно минуло полтора года, а около полугода назад у мужа на работе всё разладилось. Фирма, в которой трудился мужчина много лет, теперь банкрот. Кто-то продолжает ждать лучших времён, оставаясь на голом окладе, который минимальный, большинство — уволились.

Марине искренне жаль, работа у супруга была интересная, платили неплохо, они с нуля за несколько первых лет брака накопили на первый взнос за двушку. Но так бывает, дело житейское. Супруг уволился, помыкался, не нашёл такого места пока, устроился туда, куда брали — не в их положении носом крутить: ипотека, декрет, ребёнок.

— И всё, конечно, тут же почувствовали снижение уровня жизни, — продолжает молодая женщина. — Было столько, а стало в два раза меньше, да ещё и после полутора лет сына пособие чисто номинальное. И что делать было?

Марина вспомнила, что в студенческие годы она подрабатывала из дома вёрсткой сайтов, администрированием групп в социальных сетях. Написала по нескольким старым контактам — кто-то откликнулся, даже дали новые контакты. И дело пошло. Вот уже полгода Марина активно трудится, и её заработок почти вышел на тот, который сейчас получает муж. То есть женщина, сидящая дома, зарабатывает столько же, сколько и мужчина, который ходит на работу каждый день. Их уровень жизни вернулся к тому, что было до увольнения супруга.

— Только я, помимо зарабатывания денег, ещё и стираю, убираю, готовлю и за сыном смотрю, — усмехается Марина. — Точнее, готовила, стирала, убирала. Сейчас принципиально не заморачиваюсь, потому что… зла не хватает.

Конечно, времени с работой у Марины стало меньше на бытовые дела. У неё открыт постоянно ноутбук, плюс она держит рядом телефон постоянно. Вместо уборки раз в день перешла на раз в неделю, как и любая работающая женщина (почти любая, потому что некогда).

— И борщ я готовлю теперь не каждый день свежий, а дня на три, потому что элементарно некогда стало, — перечисляет Марина. — И вещи на сушилке могут провисеть лишний день, и посуда может простоять в раковине до вечера.

Муж поначалу относился к занятости жены с пониманием, даже говорил, что он благодарен Марине за то, что та — настоящий соратник, поддерживает его в трудные времена. Мужчина брался поиграть с сыном или уложить его, мог вымыть посуду, пока Марина работой занята была. А потом новизна и ощущение того, что косвенно по его вине жена взяла на себя много, ушло. Началось глухое недовольство.

Возможно, супруги бы справились с проблемой, поговорили бы откровенно, как-то поняли бы друг друга, но… влезла свекровь. Просто зашла вечером, как время от времени делала: проведать внука после работы. Муж при ней уже пришёл и спросил:

— А что у нас на ужин, Марин?

— Разогревай борщ, я не успела с ужином, — ответила мужу Марина, которая как раз, пользуясь тем, что свекровь занялась внуком, присела к ноутбуку.

— Блин, опять борщ, — просопел муж.

И тут раздалась гневная отповедь от его мамы:

— Марин, ты хотя бы понимаешь, что так нельзя? Как я ни приду в последнее время, ты или за ноутом, или с телефоном в руках, вещи не поглажены и не убраны, посуда в раковине, на ужин третий день борщ. Это вообще что? Так нельзя воспитывать ребёнка — не отлипая от трубки. Мужу никакого внимания не уделяется, дом ты запустила основательно, паутина по углам, ну что это такое? У тебя декрет, в это время женщины быт берут на себя, а ты?

Марина просто задохнулась, услышав такие слова. Подняла глаза на мать мужа, медленно перевела их на супруга и чётко сказала:

— В это время мужья берут на себя обязанности по обеспечению семьи. У нас иная ситуация. Мой муж не справился, я взялась помогать, а я не двужильная. Борщ не нравится? Вперёд, к плите. И если я помогаю мужу, то и он может мне помочь: вещи разобрать, паутину смахнуть, ребёнку уделить побольше внимания. Но самое главное, а какое вам до всего этого дело, Людмила Борисовна? Вас ранит моя паутина по углам? Тогда нечего делать у меня в доме.

Был скандал, свекровь демонстративно хлопнула дверью, а муж сказал те самые слова, что в чём-то его мама права, заставившие Марину задуматься о своём браке, о подушке безопасности и прочем.

— Крысить не буду, я ему прямо сказала, что часть денег перевожу своей матери. Пока у нас — стадия молчанки, свекровь не звонит, не приходит и не пишет.