Последняя королева монголов

Бывшая королева плотнее запахнула полы халата, надеясь согреть малыша, который толчками давал понять, что он еще живет внутри нее.

Холод пронзал до костей, Гэнэнпил бил озноб: голая земля неотапливаемой тюремной юрты, отсутствие еды, воды, известий о муже, стареньких родителях и малолетних дочерях и сыне. Временами женщина впадала в забытье и видела себя в богатом и теплом дворце, окруженном цветущим садом, свои одежды из шелка и парчи…

Она не хотела той жизни, все решили без нее и за нее, но сейчас Гэнэнпил платила за чужую волю. Следователь монотонно выкрикивал обвинения в государственной измене, в сборе разведданных в пользу Японии, в подготовке реставрации монархии, слова тонули в пустоте утреннего холода. Женщине исполнилось тридцать три года. Меньше года она была королевой-консортом империи, с тех пор у нее уже 14 лет была совсем другая жизнь, в чем же она виновата?

При рождении ее назвали Цэенпил, что в переводе означает «солнечная мудрость». Имя ей позже поменяли, не спросив, теперь оно переводилось как «невинная». Девочка родилась в 1905, ее род — Борджигины, вел происхождение от Чингисхана.

Нет точных данных, почему при живых родителях Гэнэнпил удочерил бездетный богач Наваанлувсан. В Монголии существовало много традиций на этот счет. Считалось, что удочерение девочки могло быть способом обрести богачу наследницу или с помощью особого ритуала «привлечь» в семью кровного ребенка. А еще, удочерение могло дать самой девушке путь к лучшему замужеству.

Политика Монголии тогда представляла собой причудливую смесь средневековых традиций и новых веяний. В XVII веке Монголию буквально раздирали междоусобные войны, а с юга наступали маньчжуры. Среди потомков высшей знати, сформированной еще во времена Чингисхана, все шире распространялся буддизм, чтобы спасти страну перед лицом захватчиков, приняли решение о том, что верховную власть будет осуществлять не просто князь, потомок Чингисхана, духовное лицо, а «перерожденец», «богдо-гэгэн», «бодхисатва» («светлейший владыка»).

Монголы скопировали тибетскую систему, где Далай-лама уже много веков был одновременно и божеством, и императором. Первым «титулованным» Богдо-гэгэном был Ундур-гэгэн Дзанабадзар (1635–1723) — прямой потомок Чингисхана, ставший первым буддийским лидером Монголии.

Когда умирал старый Богдо-гэгэн, влиятельные ламы и князья отправляли поисковые группы по монастырям Тибета и Монголии: искали мальчика, родившегося вскоре после смерти предшественника. Приметы были странными для постороннего: ребёнок должен был узнать личные вещи умершего (чётки, чашку, ритуальный нож), показать необычные способности — например, прочитать наизусть сутру, которую не мог знать, или назвать по имени лам, которых никогда не видел.

Окончательный выбор часто делали с помощью жеребьёвки, после этого мальчика признавали новым живым богом и возводили на престол в Урге. Так в стране, где веками правили ханы, появились правители-бодхисатвы. В 1911 году, когда империя Цин рухнула, Восьмой Богдо-гэгэн был провозглашён теократическим монархом — ханом новой независимой Монголии.

После смерти первой супруги Цэндийн Дондогдулам, которую почитали как воплощение Белой Тары — богини-спасительницы, Богдо-гэгэн остался вдовцом. Дондогдулам ушла из жизни в 1923 году. Богдо-гэгэну VIII, родившемуся в 1869 году, на тот момент шёл 54-й год.

Разница между ним и его первой женой была минимальной, но теперь правитель хотел жену помоложе. Ламы с князьями принялись искать кандидатку по жёстким критериям. Девушка должна была быть в возрасте от восемнадцати до двадцати лет, непременно прямой потомственной аристократкой из рода Борджигин и, самое странное условие, рожденной в тот же день, что и сам хан.

Отыскав полтора десятка кандидаток, приближенные прибегли к методу жеребьевки — бумажки с именами бросили в специальную чашу, выпал жребий с именем Цэенпил, которая подходила по всем критериям идеально.

— Я не могу стать новой королевой, — плакала девушка. — У меня есть жених, мы обручены!

Это было правдой: Цэенпил была обручена с юношей по имени Лувсандамба — статным, широкоплечим силачом, который впоследствии прославится как борец национального масштаба, удостоенный почетного титула на турнирах.

Жених и невеста искренне любили друг друга и были знакомы с детства. Но что для политики какая-то любовь? С возлюбленным девушку разлучили, сменили имя и привели во дворец. Богдо-гэгэн, по свидетельствам историков, к моменту брака был уже тяжело болен онкологическим заболеванием, практически не мог двигаться и ослеп.

Мог ли муж вообще осуществить брак на практике или Гэнэнпил считалась королевой-консортом лишь формально — мы не знаем, но свои обязанности присутствовать на официальных мероприятиях и церемониях, новая «хатун» выполняла.

Гэнэнпил прожила в статусе королевы меньше года — по 17 апреля 1924 года, а потом женщина овдовела. Семнадцать груженых верблюдов с шелками и драгоценностями сопровождали возвращение вдовствующей хатун домой. Самой Гэнэнпил царственные богатства были не нужны, она наслаждалась свободой от сложных церемоний и… любовью!

Они соединились: гордый борец Лувсандамба и бывшая королева. Двенадцать лет длилось их тихое семейное счастье, Гэнэнпил родила троих детей: двух дочерей, Цэрма и Доржханд, и сына Гантумэра. Семья вела кочевое хозяйство.

Но тени прошлого настигли Гэнэнпил. К середине тридцатых годов в Монгольской Народной Республике начались коренные преобразования. Страна рьяно искореняла все, что напоминало о старом режиме: сословные пережитки, буддийское духовенство, аристократические фамилии. Быть вдовой последнего хана стало смертельно опасно.

Премьер-министр новой Монголии Пэлжидийн Гэндэн, выходец из низов, прошедший путь от простого арата до главы правительства, был фигурой противоречивой и яркой, он не боялся спорить со Сталиным, возражал против размещения советских войск в Монголии, позволял себе резкие высказывания в адрес Москвы. Именно Гэндэн долгое время отказывался подписывать ордер на арест Гэнэнпил, рискуя собственной карьерой.

Мужчина понимал, что расправа над женщиной из рода Борджигинов будет не просто актом правосудия, а символическим убийством монгольской истории. Но Гэндэн был смещен с поста в марте 1936 года, арестован, отправлен в Москву и расстрелян в 1937 году. После этого Гэнэнпил уже ничто не могло спасти.

В том же 1937-м бывшая королева была арестована вместе со всей семьей. Женщину обвинили в подготовке японского переворота и в шпионаже, следствие сопровождалось «тяжелыми пытками», как лаконично сообщают монгольские источники. Есть сведения, что на момент ареста Гэнэнпил ждала своего четвертого ребенка.

В 1938 году — разные источники называют октябрь или май — Гэнэнпил вместе с мужем Лувсандамбой была приговорена к расстрелу. Палачи привели в исполнение приговор не только в отношении женщины, но и в отношении ее нерожденного ребенка из рода Борджигинов, которому не суждено было увидеть свет.

Через 52 года Верховный суд Монголии реабилитировал Наваанлувсангийн Гэнэнпил, сняв с нее все обвинения. Сегодня, глядя на ее черно-белые фотографии, где молодая женщина с высокими скулами и застывшим взглядом позирует в тяжелых шелковых одеждах и массивном головном уборе, весившем почти шесть килограммов, трудно представить, через какие круги ада она прошла.

Дети Гэнэнпил, дочери Цэрма и Доржханд, сын Гантумэр пережили лихолетье репрессий. Сын стал свидетелем возвращения доброго имени своей матери, дожил до преклонных лет, в конце 2000-х годов монгольское правительство официально выплатило компенсацию потомкам Гэнэнпил за незаконные репрессии. Живы в настоящее время и потомки дочери Цэрмы.

Кстати, считается, что художников по костюмам при создании одного из образов королевы Падме Амидалы из «Звездных войн» вдохновляли фото Гэнэнпил: та же гордая осанка, тот же отстраненный взгляд, те же невероятные прически. Официального подтверждения от создателей саги нет, но сходство поразительное.