«Не драматизируй, возьми кредит, это сейчас просто», — ответила сестра

— Главное, я знаю, что деньги есть у них именно сейчас. И она знает, что я об этом знаю, но вот так, сестра родная, называется, — грустно говорит Лариса подруге.

— Лар, я много не могу… Но тысяч 10 я тебе прямо сейчас переведу, а еще могу предложить овощей с дачи, будешь забирать постепенно, хранить же тебе негде, а в следующем месяце мужу отпускные дадут, когда сможешь — отдашь, это я про деньги, а овощей нам хватит, — качает подруга головой.

У Ларисы на глазах слезы: родная сестра в помощи отказала, а подруга дает, хотя и у самой проблем — выше крыши. И не одна такая подруга, правда, 10 тысяч ей погоды не сделают, без кредита все равно — никак, но хоть что-то, приятно даже от самого осознания — она не одна.

Ларисе почти 50 лет, была замужем, 2 года назад муж тяжело заболел и год назад Лариса его похоронила. У нее так и случается в жизни обычно, что беда одна не приходит. Тут еще и дочь четыре месяца назад вернулась домой, беременная.

— Жила с парнем три года, он все отмахивался, мол, женимся, когда забеременеешь, сейчас нам некуда спешить, — объясняет Лариса. — Она забеременела, он кивал: да-да, подадим заявление, обязательно, только не сейчас же, давай завтра, а это завтра так и не наступило. И, главное, если бы он ей сразу сказал, мол, не будем жениться, давай проблему решать… Но нет, дождался, когда уже 14 недель и объяснил: не готов, не хочет, не согласен. И что нам теперь делать? Только рожать…

— Вот же… — качает подруга головой. — А Настя верила. И что теперь?

— А теперь будем рожать и воспитывать, на отцовство, если сам не признает, подадим. Но он же хитрый: одно дело алименты на малыша, а другое — еще и на Настю. В браке не были, так что будет только копейки и пособие матери-одиночки…

А еще у Ларисы одновременно со всем этим на работе неприятности, она же продавцом работает, произошел случай по классике — недостача. Одна брала, а вся смена отвечает. Долг повесили — мама, не горюй. Денег нет, на лечение мужа ушло много, потом его хоронили, потом дочь вернулась домой «с прибытком». Снежный ком проблем.

16 лет назад почти точно в такой же ситуации оказалась родная младшая сестра Ларисы Светлана. Разница между ними 2 года, всю жизнь были близки, дружили, разница в возрасте совсем небольшая, у них и подружки были общими, и замуж выходили почти одновременно.

Лариса и Светлана с семьями живут в небольшом городке, сестра вышла замуж за мужчину с домом. И у их мамы был свой частный дом. Маму они похоронили тогда же, 17 лет назад, вступить в наследство не успели, как у Светы с мужем случилось несчастье — наследный дом сгорел, сами едва выскочили, ничего не осталось — пепелище.

— Сороковин по маме еще не справили, — вспоминает Лариса. — Сестра на тот момент второго ребенка ждала, первому нет и трех, в общем — беда.

Муж сестры со своими родственниками не общался, те обиделись, что бабушка ему дом отписала, поэтому, когда среди осени остались без крыши над головой, от его родни — только злорадство, сестра рыдала, а Лариса тогда и предложила, мол, раз такое дело, заезжайте в мамин домик и живите.

— Нет, ты же понимаешь, что мы не сможем тебе выплатить долю в обозримом будущем, — качала Светлана головой. — А жить в чужом я не хочу, хоть в петлю лезь. Я за мужа вообще боюсь сейчас.

И Лариса, которая с мужем тогда неплохо жила, рукой махнула: забирай весь дом, ничего мне не надо, не буду в наследство за мамой вступать и точка.

— На шею мне тогда кинулась, клялась, что никогда этого моего поступка не забудет, — усмехается Лариса. — Что как только у них деньги появятся, они мне обязательно хоть что-то, но отдадут. Отдали, спасибо им, ага.

Светлана с семьей обосновались в бывшем мамином доме, давно и нажили все, и ремонт сделали, «обросли жирком». Какое-то время после всего этого отношения между сестрами были теплыми, Ларису в семье сестры встречали как самую дорогую гостью, не знали, куда и посадить, Света по выходным пирожки ей носила — сама пекла, любила это дело. А потом благодарность остыла, да и в деньги она так и не превратилась.

— Муж болел, хоть раз сестра предложила помощь, — продолжает Лариса. — Видела, что мне тяжело, но предпочитала ныть и жаловаться. Знаешь, как это бывает, у меня — хлеб черствый, а у них — икорка мелковата. Ну ладно, тогда я справилась, были у нас накопления. Но сейчас я все это разом просто не вывожу.

Когда обнаружилась недостача, Лариса пошла к сестре: поплакать, сочувствие получить, деньги попросить. Деньги у сестры были. Тот самый участок, где стоял сгоревший дом мужа Светланы, они как раз только-только продали. Поставили там небольшой щитовой домик и продали дачникам. Они хоть и живут в 500 километрах от столицы, но дачи уже у них давно пользуются спросом, покупают столичные жители, задорого.

— Выручай, сестра, не знаю, что и делать, — попросила Лариса.

— Ой, Лар, не драматизируй. Не бывает безвыходных положений. Тебя же не увольняют, Настя работает. Кредит возьмите и вся недолга, сейчас с этим просто, всем дают. А у нас… мы, Лар, решили дочке квартиру покупать. Москву не потянем, но на Подмосковье, на первый взнос, у нас есть. Если сейчас не вложимся, просто дороже будет, а ты ведь не завтра нам долг отдашь, — ответила Светлана.

— У меня даже слезы высохли, я обалдела, — признается Лариса. — Вот так, кредит мне предложила взять сестра за половину маминого наследства, да еще и про долг заговорила. Про мой долг, если бы она мне деньги дала, а про свой она уже не помнит. Квартиру для дочки, представляешь? Еще и после своих слов мне такая: «Да ты ешь, пирожки вкусные, ты их всегда любила, домой дам с собой». Да у меня ее пирожки в глотке застряли…

— Так обычно и бывает, — грустно говорит подруга. — Ты думала, что родная душа, без расписки, без всего, просто выручила, а она считает, что никому ничего не должна. Ладно, Лар, как-нибудь справишься, у меня вещей осталось детских — просто уйма. Отдам все.