«Знали, какими деньгами я им помогаю и молчали, а теперь высказались, что это аморально», — злится Юлия

— У меня с ним отношения уже 15 лет, — рассказывает Юлия. — Некоторые супруги в браке столько не живут и близко, а у нас стабильные отношения, ребенок общий.

— А им вообще не все равно, с кем ты живешь и как? — пожимает плечами подруга. — Тебе уже 43 года, ты довольно большая девочка, чтобы учить тебя жить. И не им учить-то, в конце концов, мало ты для сестры и мамы сделала что ли?

У Юлии конфликт с мамой и родной младшей сестрой, точнее, Юлия на родных обиделась за брошенную фразу: «Ой, как ты живешь-то, лучше бы молчать, кому сказать — стыдоба, столько лет с женатым мужиком путаешься, от семьи его отрываешь».

Вроде бы и правда: есть за Юлей такой грех, но так уж сложилось. А с другой стороны, мама и сестра много лет не стесняясь брали у Юли деньги, которые ей давал тот самый женатый мужчина, отношения с которым Юле родственницы поставили в вину.

Когда-то Юля вышла замуж, даже ребенка с супругом едва не завели, родился у них мальчик на месяц раньше срока и прожил всего несколько дней. После этого отношения, казавшиеся такими прочными, рухнули, супруги просто не смогли пережить вместе потерю, развелись, жили у него, Юля просто собрала вещи и ушла на съемную квартиру, домой, к маме, отчиму и сестре возвращаться не захотела.

Женщина работала, успела купить в ипотеку крошечную студию на окраине, о новом замужестве и не помышляла, а потом встретила Дмитрия. Он старше на 15 лет, естественно, женат. Он всегда был женат, с супругой они вместе с института, есть трое взрослых детей у мужика и собственный процветающий бизнес.

Начались отношения, и любовник сразу сказал, что с женой он разводиться не намерен, очень уважает супругу. Юля этого не оспаривала, развода не требовала, она вообще ничего не требовала. Он все давал ей сам. Сначала купил и подарил женщине очень приличную машину, когда она забеременела и решила рожать, то купил приличную евротрешку в хорошем районе, недалеко от центра, на имя Юли, закрыл ее долги по ипотеке за студию, в декрете снабжал деньгами от и до.

— Он никогда не был жадным, — продолжает женщина. — Да я и не наглела, если и просила денег, то только на нужное, а так, он прекрасно понимает, как сейчас живется и сколько денег надо, чтобы я не чувствовала ни в чем недостатка. Балует нас с дочкой.

Юля с одиннадцатилетней дочерью каждый год два раза летают на отдых, иногда снимают на месяц дачу в Подмосковье, женщина, по большей части, работает сейчас из дома, для тонуса, хотя деньги она тоже зарабатывает вполне приличные, во всяком случае, на такие суммы люди семьями живут.

Дмитрий часто видится с дочкой, проводит с ней время, иногда даже едут куда-то на несколько дней втроем. Знает ли законная жена о наличии у Дмитрия «второй» семьи и ребенка в ней — неизвестно. Точнее, Юля никогда не задавала этот вопрос, но она думает, что супруга в курсе и ее все устраивает. Дочка носит фамилию матери, но отцовство официально установлено. В общем, живет женщина с ребенком и ее все устраивает.

— Есть подружки, которые завидуют, — усмехается она. — Мол, никаких грязных вещей от мужика, сплошная польза и материальная, и моральная, и физическая. А я просто живу.

От второго мужа у мамы Юли есть еще одна дочь, младшая сестра. Ангелине сейчас 35 лет. И как раз когда Юля сидела с дочкой в декретном отпуске, у родственников началась полоса неудач. Сначала тяжело болел отчим, и Юля, глядя на то, как расстроены мать и сестра, давала деньги на лечение, на платные обследования, на операцию. Естественно, в тот момент родственницы принимали помощь с благодарностью и слезами:

— Юлечка, ты наша спасительница, что бы мы без тебя делали!

— И прекрасно знали, я не делала тайны, чьи это деньги и кто мой мужчина, но молчали. Их все устраивало, им надо было выживать, — считает Юля. — Может, конечно, осуждали меня, но тихо. Да я сомневаюсь, что осуждали, даже. Пользовались, удобно же — деньги по звонку.

Юля даже не считала, сколько пошло на попытки спасти отца сестры. Три года он боролся с болезнью, а потом болезнь победила. Похороны тоже оплатила Юля. Не успели вздохнуть, как Ангелина забеременела и родила ребенка с проблемами по здоровью. И снова Юля была «палочкой-выручалочкой», оплачивала консультации и обследования у профессоров, давала деньги на реабилитацию.

Мальчику сестры сейчас почти семь лет, готовится пойти в школу, серия операций прошла успешно, и он практически здоров, а сестра Юлии ждет второго ребенка. И вот именно на вечеринке, которую устроили Ангелина с мужем по поводу того, что они узнали пол будущего малыша (будет девочка), Юлю и оскорбили родственницы.

— Сидели, разговаривали, уже когда подруги сестры и ее золовка уехала, — вспоминает Юля. — Дочь моя пошла с братиком погулять во дворе, слово за слово, я сказала о том, как повезло сестре: у нее будут и сын, и дочь, а меня словно грязной тряпкой по лицу хлестанули.

— Конечно, мне повезло, — довольно ехидно высказалась сестрица. — Я от законного мужа рожать буду. Второго ребенка от своего собственного мужа, а не от чужого, как ты.

Юля не успела переварить плевок в душу, а мама продолжила:

— Правда, Юль, путаешься с женатым мужиком, вместе с ним его жену обманываешь. Да и был бы мужик нормальный, он бы давно от жены к тебе ушел, если, конечно, тебе этот старый греховодник нужен.

— Мам, вы обе белены что ли объелись? — удивилась Юля. — Я с Дмитрием 15 лет в отношениях, этот старый хрыч, как ты выразилась, между прочим, спасал твоего мужа и твоего внука. Или ты думала, что я — это я так хорошо зарабатываю?

— Ой, а ты и зарабатывала, одним местом, известно каким, — язвительно хихикнула сестра. — Это аморально, Юль. А ты еще и гордишься этими деньгами, которыми нам помогала? Да мы бы в жизни их не взяли, если бы не приперло. И то — брали не для себя. Грязные это деньги и нечестные.

— Я ушла тут же, дочь в машину посадила и уехала, — говорит Юля. — Представь, каковы размеры благодарности? Просто необъятные, да?

— Ужас, — говорит подруга. — Твоей Лине надо молиться, чтобы на этот раз она без проблем родила и вообще… чтобы больше ничего не случилось в жизни, а то опять за грязными деньгами руку протянут.

— А я не дам, — пожимает Юля плечами. — Вот не дам и все. Я, конечно, даже ожидать такого не могла, но убедилась — родня бывает очень даже… чужая.