«Ну есть эти дети и есть, люблю же я тебя», — говорит Полине муж

— Завидовать тут, конечно, нечему, но если это слово применимо к ситуации, то — да, ей все немного завидовали. Не ситуации, а тому, как относится ко всему этому муж, — говорит о двоюродной сестре Инна.

Женщину зовут Полина, ей сейчас 43 года и она в процессе развода, который переживает очень непросто именно потому, что все почти 16 лет брака ее отношения с мужем казались идеальными. Казались — это всем со стороны. А для самой Полины эти отношения идеальными и были.

Встретились, когда Полине было всего 25 лет, через два года вступили в брак, решили немного повременить с детьми, чтобы встать на ноги, а у Полины тогда еще и карьера в рост пошла, отложили вопрос деторождения на три года. И муж, а не сама Полина, героически отбивал атаки обеих мам и своей бабушки, которые волновались, намекали на тикающие часики и вслух мечтали о том, когда же они, наконец, смогут «потытышкать» своих долгожданных внучат.

— Как только, так сразу, мы вам обязательно сообщим, — довольно жестко говорил родственникам всех мастей Олег, муж Полины.

Прошли те самые три года, женщину существенно повысили, они купили машину, вступили в ипотечную программу, сделали ремонт в новенькой двухкомнатной квартире. У мужа тоже карьера не стояла на месте, зарабатывали на двоих вполне прилично, вернулись к вопросу деторождения, обговорили, что смогут даже взять малышу няню и… ничего.

Обследования, больницы и приговор врачей: Полина никогда не сможет родить, если только суррогатное материнство, да еще и с донорской яйцеклеткой. Для женщины это был удар: мысли о собственной неполноценности, о том, что мужа она обременяет собой, без нее он бы смог стать полноценным родителем, держать на руках кровного ребенка, тяжелые разговоры, депрессия, предложение о разводе, которое женщина сделала мужу.

Олег говорил, что ничего подобного ему не надо, что без Полины кровный ребенок ему не нужен. Мужчина поговорил с родителями, объяснил, запретил своей маме (теща сама сразу успокоилась), что даже упоминать о детях при его жене — табу. А потом отбивал мамины атаки с причитаниями, что такая невестка испортила жизнь и ее мальчику, и всей семье — род пресечется.

Да, можно говорить, что не Ротшильд, не король, чтобы горевать по поводу отсутствия наследников, но у семьи, к слову, было и что наследовать тоже. Двухкомнатная квартира превратилась вскоре в четырехкомнатную, с гостиной, спальней, двумя кабинетами, две машины, благоустроенная дача — все, нажитое за эти годы.

— И отношение у него было к Полине — выше всяких похвал, в отпуск вместе ездили, даже не один раз в год, весь мир обкатали, наверное, — вспоминает Инна. — И гостей принимали, мы с мужем на дачу к ним любили ездить, они хлебосольные. Ну и видно же, когда чувства наигранные, на публику, так сказать, а когда искренние. У них были искренние, так мне казалось, так что теперь я уже не знаю, что и думать. Наверное, проще, как у всех: со скандалами из-за нехватки денег, с периодическими обидами, зато… без этого всего, что теперь у Полины.

Полину не настораживала работа мужа. Вообще. Серьезный мужчина, много работает, приличные деньги получает. У нее и у самой бывали и командировки, и длительные совещания. И у мужа бывали, он всегда и позвонит несколько раз в день, и смс напишет, спокойной ночи пожелает, поинтересуется, как там без него любимая жена…

— А потом оказалось, что в командировки он практически не ездит, часть зарплаты утаивал от жены уже много лет, да, им хватало, но интереснее всего то, куда он тратил то, что скрывал от жены, — качает Инна головой.

Вскрылась история, что у мужа на стороне есть кровные дети. Довольно уже большие, в количестве двух штук. Сам мужчина клялся Полине, что с этой женщиной, родившей ему сына и дочь, у него ничего нет. Но… детям 10 и 6 лет. А командировки — поездки на юг с детьми и «второй женой», детские дни рождения, их болезни. Например, сын ногу ломал, а папа для Полины улетел в срочную командировку аж в Салехард. И слал оттуда виды, скачанные, вероятнее всего, из интернета.

— То есть, когда он на словах для меня «отпустил ситуацию» с нашими детьми, которых я не могла родить, он просто обзавелся на стороне бабой, которая согласилась родить ему, — говорит Полина. — Когда он сказал, что провел с мамой своей работу по поводу того, чтобы она не доставала меня с вопросом деторождения, он просто подарил квартиру бабушки, которая к этому времени уже умерла и завещала недвижимость ему, своей женщине. За то, что родила. И маме своей это сказал, свекровь «тытышкала» побочных внуков и мило улыбалась мне. Не неделю, не месяц, 10 лет!

Сам муж клянется, что его мама узнала о внуках относительно недавно, после рождения младшей внучки, но какое это имеет значение, узнала же и сделала вид, что ничего не происходит.

— А главное, — считает Инна. — Он от Полины не собирался уходить. Его все устраивало: ее внешний вид, я же видела фото матери детей Олега, пухленькая, обычная, серая мышка. Его устраивало то, что дом — полная чаша, где порядок, где приходит делать уборку женщина за деньги, где игрушки никто не раскидывает. Его устраивало все, что можно быть папой-праздником, навещать, дарить подарки и устраивать поездки, а не заботиться, не утирать сопли и кашку не варить. Ну и кто он после всего этого?

— Ну знаешь ты теперь и знаешь, — пытался остаться в браке с Полиной Олег. — Что изменилось-то? Я же не виноват в том, что ты детей иметь не смогла? Есть эти дети и что? Это как-то тебя касалось все эти годы? Ты от чего-то страдала? Тебе внимания не хватало? Нормально же жили, я тебя люблю, а дети… это просто продолжение рода. Я с ней жить не собирался и не собираюсь…

Полина собрала вещи и подала заявление на развод и раздел всего. Потому что дело не в детях, не во внимании, не в том, что ей чего-то не хватит, а в том, что она годы уже живет во лжи. Когда ее идеальный муж обманывает ее нагло и цинично. Как говорит женщина, лучше бы он сразу, когда еще только стало известно о ее бесплодии, выбрал развод. А не устраивал ей иллюзию любви и благополучия длиной в полтора десятилетия. Хотя, конечно, такой крах — очень тяжело.

Историю рассказала анонимная читательница.