«Нажились дочь и зять на нашей беде», — считает мама, получившая деньги для проблемного сына

— Ну, что я могу сказать, Наташ, можешь попрощаться с наследством, мама теперь, наверняка, напишет завещание на любимого сына, — говорит Наталье подруга. — Мол, ты свое наследство уже получила.

— Можно подумать, мне что-то вообще светило, — отвечает женщина. — Она бы все, понимаешь, все, оставила бы ему. А заодно и я бы просто потеряла деньги, которые мама просила в долг для брата. Так что я не в проигрыше. Наоборот, сейчас мы с мужем отремонтируем этот дом, приведем все в порядок, будем там отдыхать. А надоест, или прижмет — у нас будет неплохой актив, по стоимости — дороже, чем он нам сейчас обошелся.

Наталье 42 года, замужем, есть сын, которому 13 лет. Живет семья в двухкомнатной квартире в ближнем Подмосковье. Когда-то супруги планировали расширить жилплощадь до трехкомнатной, родить еще одного ребенка, но у Наташи семь лет назад случилось два выкидыша подряд и попытки увеличить семью они оставили.

Наталья с мужем работают, откладывают часть дохода. Даже когда за ипотеку платили — так было. Хоть и немного средств, но надо было отложить. А потом «в кубышку» стали идти средства от премий или подработок. Накопилось там довольно много, около двух миллионов, хотя в последние годы они мало в чем себе отказывают: и машина имеется свежая относительно, и на отдых выезжают, и гаджеты неплохие приобретают — могут себе позволить, у супруга карьера сейчас неплохо идет в гору и Наталья старается не отставать — подрабатывает из дома.

Из родственников у пары: свекры, живущие далеко у старшей дочери, которой и досталась их квартира и мама Натальи с ее младшим братом. Брата зовут Евгений, ему сейчас 35 лет и он — мамин любимчик, вечно попадающий в какие-то сомнительные истории и схемы.

— То микрозаймов наберет, то в кредит вляпается, задумав бизнес делать, то долг по алиментам громадный накопит, потому что пытается «не работать на дядю», то займет у солидных людей, опять же — на свое дело, которое ему сулит громадные барыши, — объясняет Наталья. — Но для мамы он — мальчик, которому просто не очень везет. Такая, вот, безусловная и слепая любовь.

Брат был женат, но жена, осознав, что за субъект ее муж, подала на развод и выплатила бывшему его долю за участие в общей ипотеке — родители дали денег, лишь бы с зятем больше финансовых дел не иметь. Евгений вложил эти деньги во что-то, ожидаемо — без выхлопа, а жить пришел к их общей маме в трехкомнатную квартиру.

Отец Натальи и Евгения умер, но квартира была на мать оформлена по дарственной, вся. А еще мама унаследовала дачу, в том же направлении, где Наталья живет с мужем. Дача — родительский старенький дом. Какое-то время мама увлеченно занималась огородничеством и цветоводством, потом то ли остыла, то ли сил не стало, ей же под 70. А волнения и тревоги, связанные с младшим сыном, здоровья не добавляют.

Три месяца назад мама позвонила, рыдая: брата трясут коллекторы, нанятые теми самыми «солидными» людьми, у которых брат занял почти два миллиона денег на бизнес. Занял год назад, бизнес благополучно заглох в зародыше, аренда и налоги сожрали остатки средств, которые и так были растрачены наполовину на всякие «представительские расходы».

— Помогите, его же просто пристукнут где-нибудь, — рыдала мама. — Дайте денег, у вас же есть, а мы потихоньку отдадим.

Как мама на пенсии и постоянно находящийся в поисках золотой жилы брат смогут рассчитаться с громадным долгом, Наталья понимала сразу, о чем маме и сказала прямо, без обиняков, мол, давать в долг можно тому, кто отдаст, а брат точно не отдаст, да и ты не можешь.

— Я квартиру хотела продать, купить нам с Женей что-то поменьше, — сказала мама. — Мы вернем. Есть еще вариант продать мамин дом. Он плохонький, но продастся — место хорошее.

В продажу квартиры Наталья не верила, уже было такое, правда, мама тогда еще работала, сумма, которую она заняла для Жени, была меньше, в общем, не продала, отдала потихонечку так. Дачу продаст? Ее можно продавать тоже годами. Расписку взять? И судиться? С кем? С матерью или с братом? Наталья продумала все это быстро, а маме предложила:

— Я с мужем поговорю, если он согласится, мы купим у вас бабушкин дом. Нет, не надо на меня переоформлять, будет дарственная, если что, на меня и на моего мужа.

— Наташ, зачем наше имущество оформлять на твоего мужа, ты совсем того? — навострила мама уши.

— Затем, мам, деньги, которые ты просишь в долг — наши общие. И вообще, это наше дело, как мы свой займ будем обеспечивать.

— А зачем вам тот дом? Продавать? — мама, кажется, начинала думать как и Наталья.

— Продавать. Но сначала — надо его подделать, — ответила дочь.

— Тогда его можно будет продать дороже, — мама размышляла вслух.

— Можно, — согласилась Наталья. — Но вам нужны деньги, а нам тоже, чтобы дороже продать — надо много вложить. Мам, мне с мужем говорить или как?

— Говори.

Муж подтвердил, давай, дачу оформляет теща на нас обоих, даем брату деньги. Через неделю все было сделано. У Натальи с мужем есть еще деньги, но основная часть работ по ремонту дачи будет уже только на следующий год, там надо менять крышу, отопление, водопровод, облицовку дома, возможно, пристройку, участок тоже требует труда и денег.

— Слушай, — сказал муж, сделав визуализацию того, что в итоге будет, — это же уже отличная дача, почти элитный коттедж. Да, денег много вольем, но мы с тобой, прям, отличный загородный дом сделаем в итоге. И продавать жалко.

Брат Натальи, вроде бы, закрыл долги, мама позвонила и похвасталась, что Женя на работу устраивается. И между делом упрекнула дочь в том, что та неплохо так нажилась на беде родного человека.

— Для кого-то долг, а тебе и зятю прибыль. Отобрали у нас дачу за копейки. Точнее, у родной матери ее забрали. А продадите теперь за миллионы. Вот так, сейчас дети родителей готовы ободрать как липку.

Наталья не дослушала — положила трубку. Ясно же, что брат теперь, когда получил помощь и выпутался из некрасивой истории, мать еще и накручивает.

— Наследство Жене? Да пусть, — говорит она. — Если что-то останется от того наследства, а то получится, что мы с мужем снова «отожмем» имущество родной матери.

— Ты серьезно?

— Конечно же нет, я больше с ними не связываюсь, Женю спасать больше не стану.