«Ты живёшь в квартире, которую я сыну помогала купить», — свекровь считает, что невестка ей должна

Алиса недавно узнала, что ровно половину дохода от сдаваемой ею своей добрачной однокомнатной квартиры она вскоре должна будет отдавать матери своего мужа.

Как так? И на каком основании? Расскажу. И да, узнала молодая женщина об этом не от законного супруга, с которым в браке 4-й год, а от его мамы, которая собралась в скором времени выходить на заслуженный отдых, именуемый в нашей стране пенсией.

— Пришла к внуку, принесла игрушку небольшую, творожки и груши с дачи своей приятельницы, мужа дома не было, — рассказывает сама Алиса подруге. — Я, как водится, чай предложила, у меня печенье вкусное было. Сидим, разговариваем, она сначала начала жаловаться, что начальство новое и, видимо, долго она там не проработает, благо ей 57, есть несколько лет льготного стажа и возможность выйти на пенсию. Я ей от души посочувствовала: неприятно же, когда человеку нервы треплют. А она мне и выдала, мол, жизнь на пенсии не сахар совсем, хорошо, что я ей должна буду финансово помогать. Во как!

— Ты? А на каком основании? — удивляется приятельница, такая же молодая мамочка, с которой они гуляют вместе на детской площадке.

— О, оснований, оказывается, масса, — смеется Алиса. — Во-первых, я же помогаю своей маме, которая на пенсии. А во-вторых, я, оказывается, ей должна, потому что четвертый год живу в квартире, которую она помогала сыну своему купить. Следовательно, если бы не эта квартира, у меня не было бы возможности сдавать свое, добрачное жилье, я бы не получала этих денег, а потому — половину обязана ей отдавать.

— Нормально, так, ага…

— Алиса, ты сама рассуди, у тебя дополнительный доход сейчас только потому, что я когда-то экономила, отказывала себе во всем, но сыну на первоначальный взнос накопила. Я понимаю, что сейчас у тебя декрет, деньги вам и самим нужны, но декрет же не будет вечным, выйдешь через годик на работу, будешь получать зарплату. А 25 тысяч — мне. Ты же за пятьдесят квартиру сдаешь? Ну ладно, минус коммуналка, — на полном серьезе милостиво разрешила свекровь «послабление».

— А я не знаю, что и сказать, хорошо, что муж вернулся, переключил ее внимание на себя, — качает Алиса головой.

— Постой, а с ним ты эту ситуацию обсуждала?

— Обсуждала, что он скажет, мол, помогать маме, конечно, придется, но сказал, чтобы я серьезно не относилась к ее словам. А я просто в шоке, жили себе и жили, отношения нормальные были, а теперь, как общаться?

Алисе 34 года, мужу 37. У нее до брака была куплена однокомнатная квартира, львиную долю дали родители, остальное гасила она сама, к регистрации брака успела выплатить ипотеку. Сейчас у нее только мама с проблемами по зрению и инвалидностью; время от времени Алиса переводит маме деньги.

У мужа примерно такая же ситуация: двушку родители помогли купить, когда ему было всего 23 года, дали денег на первый взнос — дальше ипотеку гасил сам, потом умер отец, за год до свадьбы с Алисой мужчина закрыл долги по квартире. Свекровь живет тоже в двухкомнатной и пока все еще работает; проблем по здоровью у нее нет.

Отношения со свекровью у Алисы всегда складывались очень неплохо. Ее и приняли душевно, и не лезла особенно свекровь в отношения, не была навязчивой, двухлетнего внука бабушка искренне любит, может заехать к нему просто так, поболтать с невесткой, если даже сына нет дома. Или сама везет что-то к чаю, или Алиса угощает маму мужа чем-то. Поздравляют друг друга с праздниками, изредка кидают друг другу смешные картинки или видео; Алиса изредка даже советовалась с мамой мужа по поводу материнства или того, как растет их с мужем сын.

— Обычные теплые семейные отношения, — говорит женщина. — У меня еще машина от отца есть, если муж на работу едет на общественном транспорте, а погода плохая, я могла свекровь с работы встретить, завезти по магазинам, отвезти домой, у нас сын нормально машину переносит, катается с удовольствием, никогда не думала, что она сидит и копит злобу по поводу того, что я живу в квартире, к которой она руку, так сказать, приложила. Точнее, помогла купить.

— Помогла, заметим, не тебе, а своему сыну, — кивает подруга.

— Конечно, меня в те времена, когда покупалось это жилье и на горизонте не было еще, — соглашается Алиса. — А живем тут, а не у меня, потому что эта квартира больше.

Деньги от сдачи принадлежащей ей недвижимости Алиса никогда не утаивала от мужа и семьи. Тем более сейчас, когда у них декрет. Изредка они с мужем что-то откладывают: и на отдых хочется съездить, и машину бы надо либо вторую, либо имеющуюся сменить, настанет же такой момент.

Маме своей помогать приходится — у нее лекарства, да и она на инвалидности, пенсия совсем небольшая, помощь не каждый месяц в фиксированной сумме, но она есть. То Алиса продукты закажет на мамин адрес, то оплатит новые очки, лекарства, купит сезонную одежду или изредка переведет маме немного денег.

— В конце концов, если так рассуждать, то мне тоже родители помогали жилье купить, машина в наследство досталась, — возмущена Алиса. — И потом, если бы свекровь на пенсию ушла и нуждалась, разве бы сын, муж мой, не помог бы? И коммуналку бы взяли на себя, и лекарства, если потребовались бы. Но вот так заявлять, что я ей должна — гони половину? Это вообще как? На каком основании? Еще и не успела даже попробовать пожить на скромный доход, а условие уже выдвинула?

Муж, конечно, ее поддержал, но от ситуации у Алисы все равно остался очень неприятный осадок: были прекрасные отношения со свекровью, а после ее заявления они безнадежно испорчены. И что будет дальше? Явно же, что мать мужа еще припомнит свое участие в покупке жилья, которым пользуется невестка, и будет открытый и неприятный конфликт.

— Еще бы за подарки для родного внука счет выставила, — удивляется подруга. — Есть ум у твоей свекрови или жадность одна осталась?

Что скажете?