«Прости, но он мой внук», — прочла Женя, узнав, что тётка аннулировала завещание на неё

— Я от нее лет 20 слышала, что она знать его не хочет, ни его, ни его мамашу, — грустно усмехается Евгения. — И ведь не знала, помирилась и прониклась, тайно от меня, причем.

— Жень, а как так получилось вообще, что эта однокомнатная была куплена на ее имя, а не на твое? — спрашивает женщину подруга.

— Да так и получилось, деньги были ее, от продажи ее двушки, накопления у нее были, она все боялась, что на старости лет на улице останется, ну и справедливо, мы ничего же не доплачивали за жилье, — отвечает Евгения.

— Ничего не доплачивали за жилье, — усмехается подруга. — Просто в виде благотворительности перевозили ее, делали ей там ремонт, возили по врачам, продукты таскали, в квартире прибирали, за «спасибо и извини, Женечка»?

На это Евгении ответить нечего. Ситуация получилась аховая, конечно. Пришла после смерти тетушки к нотариусу, и оказалось, что завещание ее на нее, Женю, уже давно аннулировано, нового нет, а значит, все получает теткин внук, пропавший из поля зрения любимой бабушки два десятка лет тому назад.

Мать и отец Евгении умерли давно, в 25 лет она осталась совершенно одна, с наследной двушкой. Из родственников — тетка, старшая сестра матери, которая жила тогда в Твери, в своей двухкомнатной квартире. Позже к родственникам добавились муж и дочь. Евгении сейчас 47 лет, дочери 19 лет, мужу 49. Тетка, которой исполнилось 87 лет, умерла полгода назад.

Так вышло, что тетка доживала свой век рядом с Женей и на ее попечении. Екатерине Сергеевне тоже в жизни пришлось солоно: муж у нее погиб на производстве, когда она только ждала их единственного сына. Всю душу вложила в отпрыска, излишне баловала, заботилась, растила, больше не устроила личную жизнь, а сын пошел по кривой дорожке.

— Пил, потом запрещенные вещества появились, — вспоминает Евгения. — В общем, непутевый. Тетка расстраивалась, вытаскивала отпрыска из разных передряг, какое-то время он даже подавал надежды, что за ум возьмется, работать пошел, женился, родил ребенка. Но потом все равно взялся за старое. Жена с ним развестись не успела, просто взяла мальчишку и ушла, лет 6 тогда было ребенку, а братец мой двоюродный из запоя не вышел — сердце не выдержало.

Екатерина Сергеевна жутко убивалась по единственному сыну, потом как-то взяла себя в руки и снова посвятила свою жизнь — теперь уже внуку ненаглядному. Помогала бывшей невестке его растить, совала деньги, забирала к себе на выходные и каникулы. Мать внука вскоре снова вышла замуж, как-то отстранила бабушку от внука, хотя совсем они общение не прекращали.

— И с внуком, кажется, случилась та же история, что и с сыном, как я поняла, то ли он бывшей невестке тетки моей не очень был нужен, то ли гены, которые, как известно, пальцем не сотрешь, в общем, с подросткового возраста стоял на учете, попадался на мелких кражах. Непутевый.

Евгения с теткой общалась, созванивались, тетка жаловалась на судьбу, а потом случился просто дикий случай: как раз тогда тетка к Жене приезжала в гости, а внук побывал в ее квартире, ключ у него был, да вынес оттуда и деньги, что лежали в кубышке, и ювелирку, которая у тетки водилась.

— Ничего не знаю, — ответила Екатерине Сергеевне бывшая невестка. — Ваш внук, вы ему ключ давали, вы и разбирайтесь. И не звоните мне больше, вы мне — никто.

— Я у тебя что-то брал? — нахально ответил внук, которому было тогда около 15 лет. — А ты докажи!

Тетка поплакала, пожаловалась Жене, но подавать заявление на единственную кровиночку не пошла, сказав, что не простила бы себе никогда, если бы парня посадили, однако изрекла:

— Знать его, поганца, больше не хочу и видеть не желаю, пусть растет теперь, как хочет.

Может, пожилая женщина и не сдержала бы своего слова, но внук больше у нее сам не объявлялся, а когда 12 лет назад здоровье начало женщину подводить, она выразила желание перебраться поближе к единственному родному человечку — к племяннице.

Евгения с мужем приехали в Тверь, обсудили дела, выяснили, что на однокомнатную квартиру Екатерине Сергеевне вполне хватит средств от продажи ее жилья и отложенных за жизнь накоплений. Тут как раз продавалась квартира в том же подъезде, где живут Евгения с мужем — этажом ниже, однокомнатная. Супруги быстренько отдали задаток, связались с риелтором в Твери, в общем, сделку заключили, договорились о перевозке вещей, тетка еще в комнате с их дочерью два месяца жила, пока в ее новом жилище делали косметический ремонт.

— Конечно, частично и из нашего кармана, — говорит Евгения. — То доставку оплатим, то рабочим отдадим, то везем тетку обои выбирать, муж с работы отпрашивался. А сколько потом всего было? Бывало, я весь вечер носилась между этажами: тете Кате плохо.

— Ничего, Женечка, ты уж потерпи, зато потом, после меня, будет у тебя для дочки квартирка, какая красота, рядышком, — говорила тетка, улыбаясь светло.

И завещание на племянницу она же сама и предложила оформить, супруги ее возили к нотариусу, о внуке блудном тетка и не вспоминала.

Евгения с мужем живут в относительном материальном достатке: у мужа в Подмосковье наследный дом, квартиру побольше покупать не стали, потому что дочь у них только одна, больше не получилось родить. Иногда они задумывались: не станет тетки, они ее однушку продадут, добавят денег, купят дочке двухкомнатную…

Последние года три были адом, тетка, которая, в общем-то, вполне могла себя обслуживать сама, словно издевалась над Женей:

— Нет, гречку не буду, свари картошки. Картошка? А я капусты хотела…

— То пыльно ей и пора окна мыть, то у нее что-то болит, вызовите ей скорую, — вспоминает Женя. — Скорая приедет — здорова бабушка, то пусть с ней дочь моя посидит, ей страшно, скучно, тоскливо. Напрыгались — жуть. То йогурт я не такой ей купила, то мало внимания уделяю, не приду, не посижу, не поговорю. То халат ей купила не той расцветки. В общем, хватило мне с ней капризов. Мама с отцом болели тяжело, и то так себя не вели. А у меня семья, дочь, муж, работа…

— А когда же она с внучком своим помирилась? И как он ее разыскал вообще?

На этот вопрос у Евгении ответа нет. Год назад они с мужем и дочкой уезжали на 10 дней на море. А ноутбуком дочь Жени «бабушку» пользоваться научила. В общем, завещание старушка отменила, а наследником первой очереди оказался внук, а не Женя.

Женщина, похоронившая старушку на свои (у тетки было немного отложено, но недостаточно), была просто в прострации от новости, а потом в подъезде услышала шум — снизу мебель выносили, спустилась — мужчина, с ним дама и девочка. Оказалось — семья внука тетки приехала на новом месте устраиваться, внук ей и вынес бабкино письмецо: «Женя, прости, но он мне внук, сыночка моего любимого кровинка. Спасибо тебе за все, но я иначе не могу».

Муж, конечно, слова не сказал, видя, что Женя и так переживает, но…

— Мерзко больше всего потому, что теперь этот мой родственничек будет жить со мной в одном подъезде и сделала я это все своими руками, — горюет Евгения. — И интересно, а памятник они любимой бабушке поставят или нет?