— Лена, это было что-то, — говорит Валерия подруге. — Вот что я сейчас должна испытывать? Горечь? Нет, я испытываю облегчение с легким налетом недоумения. И всё!

— Не выдержала вчера, позвонила Лизе и спросила ее: «Нормально ли, когда свекровь несет им котлеты, салатик, куриную грудку? Это как? Двое работающих людей!»

— Скажи мне, может быть послеродовая депрессия через два года после этих самых родов? — усмехается в разговоре с подругой Наталья. — Да я и с самого начала в нее не верю!

Вера пришла к выводу, что обида — это удел тех, в ком еще теплится надежда. Надежда на то, что однажды чаша весов качнется в другую сторону. У нее этой надежды уже не осталось.

История Ольги и Константина, кажется, завершилась. По крайней мере, так надеется сестра Ольги, старшая сестра, которая 6 лет наблюдала за ее семейной жизнью.

У Регины недавно муж угодил в больницу: сделали операцию. Ничего страшного, вовремя обратились, удалили мужику аппендикс. И из-за этого сейчас семья на грани распада.

— Ты знаешь, если бы не было нас, родителей, мамы моей и младшего сына, если бы все внимание уделялось только ей, она бы и то была недовольна, — говорит о невестке Екатерина Ивановна.

— Я просто уже нервная больная, — жалуется подруге Валентина. — Такое ощущение, что вокруг меня все беспомощные и все на мне. Раньше это как-то не так ощущалось, легче было.

— Только ничего ей не говори, даже не намекай, — просит Анну мама. — Ты понимаешь, что тот, кто о таком сообщает, сразу становится врагом номер один. Молчи, как-то утрясется.