Фросенька Писарева работала на рудниках Юзовки, и старики, дожившие до хрущёвской оттепели, называли её первой красавицей во всей округе.

— Хорош парень! — прогудел Фридрих Вильгельм, толкнув локтем своего тощего и нервного сына, Фрица. — Смотри, какая выправка! Вот кого в полк надо.

— Повелитель, — гонец коснулся лбом войлока, — от племени икирес прибыли посланцы с богатыми дарами. Они желают говорить о твоей сестре.

Свадебный поезд въезжал в город, когда ударили колокола. В знойном июле 1463 года Сучава, древняя столица Молдавского княжества, встречала свою новую госпожу.

Физическое действие оказалось настолько далеким от романтических грёз, что вызвало у юноши лишь отвращение. С тех пор он решил: без любви ему этого не надо.

Толпа ревела: «Изменник! Латинский подручник!» Декабрьское солнце 1233 года едва пробивалось сквозь низкие тучи, но площадь у Троицкого собора пылала факелами и гневом.

«Без нечистого не обошлось» – так объясняли люди странные, необъяснимые и очень сильные чувства, которые казались нелогичными. Многие, ох, многие искали формулу любви…

Екатерина Михайловна Долгорукова, светлейшая княгиня Юрьевская, стояла на коленях перед креслом царя в малой столовой Зимнего дворца.

— А если он меня бить станет? — тихо спросила Анна, обернувшись к матери, накануне важного дня ей не спалось. — Или не полюбит и в монастырь пошлет, как иные своих жён?

Он написал её портрет пять раз за один год, отправил ей 74 письма, называя себя её рабом. Женщина предложила выбор: дружба или разлука.