«Кто он такой, чтобы твою дочь воспитывать пытаться», — сердится мама на зятя «примака»

-Нашла у них, что называется, коса на камень, — грустит Зоя. — Оба палку перегнули, я считаю. Но теперь еще и мама вмешалась, встала на дыбы.

-Зовет внучку к себе жить, раз ее дома обижают?

-Да нет же, мама ее не зовет, считает, что как раз Лиза имеет полное право жить дома. Дело в моем муже, мама на днях условие поставила: еще раз внучка мне на твоего мужика пожалуется и я с полицией приду его выселять: «Кто он там такой, чтобы мою внучку пытаться воспитывать, да еще такими методами?» — угроза реальная, мама может.

-Да как она может, если вы с Максимом в законном браке живете? — не понимает подруга.

-А вот так и может. Брак-то у нас законный, а вот квартира по документам даже не моя, а до сих пор мамина. Обещала она когда-то еще моему отцу покойному, что переоформит, да так и не собралась. Теперь упорно делает вид, что не было такого вообще, раз ее наследство, значит, ее наследство, а я должна своего дождаться.

В принципе, вопрос о принадлежности квартиры никогда даже и не возникал, до недавнего времени Зоя только однажды спросила маму, когда та оформит бумаги. Было это 7 лет назад, когда мама предложила дочери с 8-ми летней внучкой жить отдельно.

-А то так и не устроишь свою жизнь, — сказала тогда Дарья Серафимовна дочери. — Бумаги оформлять? А смысл? Ты у меня единственная. Потом тебе все отойдет, а после тебя — внучке. Так и мне спокойнее будет, и тебе.

Зоя родила Лизу, будучи не в браке. В 22 года, от однокурсника, который обещал жениться, но, едва узнал о беременности, предпочел скоренько уйти на службу в армию и подписать контракт на 3 года. Делать что-то было уже поздно, Зоя решила рожать, тем более, что мама обещала помогать.

И помогала: возилась с внучкой с удовольствием, буквально выпроваживала Зою из дома, считая, что та не должна ставить на себе крест. Зое же в то время совершенно не хотелось никакой личной жизни. Отец Лизы, правда, пытался возобновить с ней отношения, когда девочке было года 3, но Зоя прощать предательство отказалась. Так и жили с мамой и дочкой: тихо, мирно, спокойно.

У Дарьи Серафимовны вторая квартира, унаследованная от матери, в собственности уже давно, с 15-ти Зоиных лет. Тогда еще был жив отец и Дарья Серафимовна говорила мужу, что переоформит бумаги, когда Зоя станет совершеннолетней. Жилье сдавалось, приносило доход, что очень помогло матери и дочери когда умер отец (Зое было 19), когда родилась Лиза.

А потом мама неожиданно сказала Зое, что той надо отселяться и жить самостоятельно, мол, ты всегда можешь на мою помощь рассчитывать, но пока мы вместе живем, мужа ты себе так и не найдешь, так и проживешь — ни Богу свечка, ни черту кочерга.

Зоя сначала сделала в квартире косметический ремонт, мама помогла с покупкой мебели. С Лизой бабушка всегда охотно готова была посидеть, отношения между бабушкой и внучкой замечательные. А Зоя действительно нашла мужчину. Два года у них были просто отношения, Зоя не решалась впускать Максима в свою жизнь, а 3 года назад они расписались и мужчина переехал к ним с Лизой.

-Максим и так, и этак пытался построить с Лизой хорошие отношения, — говорит Зоя грустно. — И подарки дарил, и что-то придумывал совместное. Но дочь так его и не смогла принять. В конце концов мы все ситуацию отпустили. Лишь бы было уважение и все. Детей общих мы заводить не планировали, у Максима есть сын от первого брака, ему уже за 20. И первые годы вроде бы все было в рамках. Тепла нет между отчимом и Лизой, но и скандалов не было.

Все начало меняться год назад, когда Лизе минуло 14. Пубертат во всей красе. Дочь проколола пупок, выкрасила в зеленый цвет прядь волос, появились какие-то непонятные подруги.

-Надо с ней помягче, — советовала Дарья Серафимовна дочери и зятю. — Терпите, пройдет пару лет и станет легче.

-Но как терпеть, если Лиза начала не просто огрызаться в ответ на замечания, а грубить, хамить и оскорблять? Я еще как-то у нее в авторитете, а как она стала с Максимом разговаривать — ужас просто.

Из последнего Зоя рассказывает о том случае, когда она лежала с высокой температурой, подхватив где-то сильнейшую ангину. Ни рукой, ни ногой. Голова чугунная, то и дело проваливалась в сон. Лиза же ушла гулять с подругами, оставив за собой после ужина грязный стол и немытую посуду.

-И пришла дочка за полночь уже, да еще ключи посеяла где-то. Максим мне даже не говорил, что ее дома нет, да я и задремала после укола, — рассказывает Зоя.

Отчим встретил падчерицу упреками: где так долго гуляла, мама болеет, тебе должно быть стыдно, завтра же в школу, уроки не сделаны, со стола за собой не убрала. В общем, стандартные вещи, которые всем подросткам говорят их родители. Нестандартной была реакция Лизы.

-А ты кто такой, чтобы меня отчитывать? Ты мне отец? Посуду оставила? И что? Уроки не сделала? И что? Твое какое дело? Повторяю, кто ты тут? Ты хозяин квартиры что ли? Нет? А, вспомнила, ты мамин ё….ь.

-Как Максим сдержался, не понимаю, — говорит Зоя. — Я бы пощечину ей влепила, если бы слышала. А он развернулся и ушел в спальню нашу.

Но с того дня Максим начал выбрасывать вещи Лизы, которые лежали не на месте. В помойное ведро. После того как в ведро полетела толстовка, оставленная скомканной в прихожей и любимая кружка Лизы, оставленная на кухне грязной, дочь закатила истерику.

-И толстовка, и кружка, — сказал падчерице Максим. — Куплена мной тебе в подарок. Валяется? Значит, подарок не нужен оказался, значит, в помойку его. И потом, а как еще отучить тебя от свинства? Почему за тобой должен кто-то убирать?

-Потому что это квартира моей бабушки! — заявила истерично рыдая Лиза. — А ты тут вообще никто. Толстовку подарил? Это еще не дает тебе права командовать. И вообще, катись туда, где ты до этого жил.

Квартира у Максима есть, она в часе езды от столицы и сейчас там живет его родственница с семьей, платит аренду, все как положено. Но Лиза пожаловалась Дарье Серафимовне, что отчим ее обижает.

-И приукрасила еще ого-го, — считает Зоя. — Мама такие вещи рассказывала, у меня на голове волосы дыбом вставали. Со слов Лизы отчим ее чуть ли не бьет. Но ведь не было такого. И вот, мама явилась и сказала, что еще раз и Максима она из своей квартиры с полицией выселит. Вот так.

-Я дала тебе квартиру, я радовалась твоему личному счастью, но я не думала, что ты приведешь в мое жилье монстра, который мою внучку третирует. Еще раз пожалуется Лиза, пеняйте на себя, — предупредила Дарья Серафимовна.

Максим сразу предложил Зое съехать хотя бы на съем, но на съем не хочет ехать Лиза, которая теперь ходит по квартире с видом победительницы, как бы намекая, что она вправе творить все, что пожелает, а если что — пожалуется бабушке.

-И вот чувствую я, что Максим уйдет. И я бы ушла. Так жить нельзя, — грустит Зоя. — И я окажусь перед выбором: любимый муж или взбалмошная дочь, в попу передутая. И что выбирать?