-Сделаешь, как я хочу, тогда рожу тебе ребёнка, — говорит сыну невестка

Сын Марии Николаевны женился 7 лет назад. К свадьбе родители жениха расстарались: и квартиру однокомнатную купили, и ремонт в ней косметический сделали, и обставили ее на первое время.

-Не шиково, — говорит Мария Николаевна, — но на первое время, я считаю, вполне хорошо. Мы во всем постарались сыну жизнь облегчить. С детства секции, кружки, упор на учебу, репетиторы одни чего стоили. В институте отучился, работает. Мы с мужем не миллионеры, но многие родители и этого детям на старте в семейную жизнь дать не могут.

Мария Николаевна считает, на мой взгляд, вполне справедливо. Что смогли. Я бы за такое сказало огромное спасибо. Тем более, что родители Сони, избранницы сына Марии Николаевны Вадима, практически ничем молодым не помогли и не помогают до сих пор.

-Хотя, — замечает женщина, — люди они очень небедные. У самих квартира, дача, хорошая работа, за границу отдыхать ездят в год по одному-два раза. Но и на свадьбу не потратились, и из приданого у Сони — только ее личные вещи, одежда и косметика.

-Дочь сама мужа выбирала, — говорит мама Сони, — мы не принуждали. Теперь пусть ее ваш Вадим обеспечивает.

В семье родителей Сони и ее родственников живут по принципу: если тебе что-то от меня надо, то изволь предложить что-то взамен. Если отец Сони соглашается встретить кого-то из родственников в аэропорту, то взамен он обязательно «стрясет»деньги на бензин, да еще и на коньяк.

-Я бы уже лучше такси взяла, — говорит Мария Николаевна, — дешевле обошлось бы. А сватья родной сестре уколы делает за деньги. Представляешь?

Я не представляю. Но судить не берусь. Мягко перевожу разговор на тему внуков.

-Какие внуки, — огорченно говорит моя собеседница, — Соня в первый год говорила, что рожать не хочет потому, что муж, Вадик то есть, мало зарабатывает на своей работе. Сын работу поменял, а ведь там нормально платили, и коллектив был хороший, и работа интересная. Ушел. Туда, где оклад был выше. Теперь еще и в выходные вызывают, и задерживается частенько.

После смены мужем работы Соня отказалась дарить мужу наследника, пока они не съездят на отдых за границу. После Таиланда была отговорка, что нужна шуба. Соня работает в музыкальной школе, получает гораздо меньше супруга, но требовать не стесняется.

-Я у родителей это имела, — говорит девушка Вадиму, — неужели, выйдя замуж, я должна жить хуже? О каком ребенке можно говорить в этой норе однокомнатной?

-Вадим к нам, — говорит Мария Николаевна, — посоветоваться: может продать эту квартиру и взять побольше в ипотеку. Мы с отцом, конечно, против были. Эта однушка, если что, не поделится, а совместную возьмут?

Сын доводам родителей внял.

-Как рожать, — говорила она мужу с обидой, — если ты сам этого вопроса решить не смог? К родителям побежал спрашивать разрешения! Ты сам от маминой юбки не оторвался еще, какой из тебя отец?

Сколько ни бушевала Соня, что платеж за ипотеку будет равен ее зарплате, сколько ни прогоняла мужа спать на кухонный диванчик, но поняла: иначе двухкомнатной им не видать. Въехали в двухкомнатную, однушку сдали, живут.

-Теперь у нее новые отговорки, — говорит Мария Николаевна, — мол, я в декрете сяду, денег будет мало, куда рожать? Надо погасить ипотеку, тогда уже о детях задумываться. Им по 30 лет уже!

-Мама, — делился Вадим с Мариной Николаевной, — я думаю, что Сонька так и будет тянуть. Слишком эгоистичная. Расплатимся за ипотеку к 40-ка годам и что она мне скажет? Рожать поздно?

-Вот если бы мы однушку продали, — говорит мужу Соня, — тогда бы я точно была спокойна и наконец-то родила. И мама так говорит: к чему вам две квартиры?

Соня намекает, что, если муж ее не послушает, то она не сделает то-то и то-то.

-Достала, — Вадим впервые повысил голос дома, — вечная торговля: сделай массаж — приготовлю ужин, сходи в магазин — тогда я тебя порадую, продай квартиру — рожу ребенка. Тебе не в музыкальной школе работать надо, а на рынке. Торговаться ты с детства умеешь.

-Сейчас сын у нас с отцом, — говорит Мария Николаевна, — неделю уже живет, возвращаться у него нет желания. Соня звонит, уговаривает вернуться, обещает горы золотые, на все готова, а он уже перегорел.

-Я вернусь и все начнется сначала, — говорит Вадим, — Сонька наверняка одна у родителей по той же причине: отец в свое время не смог трехкомнатную квартиру купить.

-А как ей не волноваться, — пришла вразумлять Вадима теща, — женщина должна быть ответственной. Заводить детей надо только тогда, когда полностью уверена в том, что сможешь их всем обеспечить. Это не капризы, а ответственная позиция. И что тебе стоит пойти на ее условия, вот сделай, сразу ребеночка получишь.

Как считаете, Соня ответственно подходит к родительству? Или это действительно отговорки и преследование каких-то своих корыстных целей? Или женщина просто не хочет детей, вот и ставит все новые условия? А может быть есть вина Вадима? Он не хочет расставаться с собственностью, а его неуверенность в браке передается Соне?